Это жизнь

Сиротенко Андрей

Антон в очередной раз снял очки и крепко зажмурился. Щека гудела, отдавая болью в голову. Завтра должно быть получше. Надавив несколько раз на переносицу, Антон взглянул на часы. Мама должна была вот-вот вернуться с работы. Окинув взглядом комнату и убедившись в том, что кровать он застелил, вчерашний беспорядок в виде разбросанного железного конструктора, убрал, он глубоко вздохнул и по поручням отправился на кухню ставить чайник. Воды было достаточно, потому никаких дополнительных действий совершать не пришлось. Заодно Антон дошел до холодильника и достал оттуда пол-литра йогурта с клубникой. Мама любила такой. Покупала в больших количествах. А сын никогда

не забывал об этом и всегда старался, чтобы к возвращению мамы домой ее ждал слегка потеплевший любимый йогурт.

За окном висел месяц май. Обычно погода в нем переменчивая. На девятое число может идти снег, а через пять дней ты уже будешь изнывать от жары. Примерно так было и в этом году. На календаре красовалось число тринадцать, а на градуснике звенело двадцать восемь выше нуля. Антон пошире открыл форточку и подставил лицо под слабое дуновение ветерка. Спасение оно не принесло. Доковыляв до раковины, он намочил полотенце и сел за стол, положив прохладную ткань себе на лоб. Тело начинало ощутимо болеть. Вероятно, из-за жары, ведь слишком сильно он сегодня не нагружал мышцы и суставы. Да и вообще никогда не выполнял упражнений сверх нормы. Никогда не предугадаешь, как отреагирует организм на отклонение от графика, особенно в его случае. Так ему говорил доктор. Так ему всегда повторял папа.

Ключ загремел в замочной скважине ровно в пять вечера. Мама Вика пришла домой без опозданий. Она быстро переобулась и не раздеваясь прошла на кузню, где ее ждал Антон. Первое, что бросилось в глаза мальчику – зарево усталости в зеленых глазах. После того Антон обратил внимание на растрепанную прическу.

– Что-то случилось? – осторожно спросил сын.

– Ты про прическу? – мама достала из сумочки зеркальце и как могла поправила растрепанные пряди волос. – В метро одна женщина решила, что я специально наступила ей на ногу, когда поезд излишне сильно качнулся в сторону в одной из части тоннеля. Вцепилась в меня без каких-либо разговоров, – мама рассказывала животрепещущую историю и улыбалась. Она вообще не умела злиться. Все воспринимала спокойно и с улыбкой. Так проще в жизни со всем. – Хорошо, мужчина рядом стоял. Быстро оттащил ее, пока твоя мама не лишилась всех волос. А то я даже не представляю сколько будет стоить хороший парик.

Антон натянуто улыбнулся и бережно, с учетом своих плохо слушающихся пальцев, открыл маме йогурт. Она поблагодарила и жадно отхлебнула несколько глотков.

– Я не только про это. Ты какая-то чересчур уставшая, – прищурился Антон.

– Работы полно, – отмахнулся от него мама. – Да еще много разных звонков. Я не Юлий Цезарь, чтобы делать кучу дел одновременно. Не умею и с твоими учителями общаться и таблицы смотреть по финансовым отчетам. А еще врач звонил…

Только сейчас Антон заметил пакет в руках мамы.

– А это что? – решил он удовлетворить свой интерес, ответвляясь от основного диалога.

– Это? – мама зашелестела пакетом, доставая оттуда пластмассовую емкость с березовыми листьями и веточками внутри. – Майский жук. Ты же любишь их.

Майских жуков Антон действительно любил. Папа с детства ему привил уважительное отношение ко всем насекомым на улице. «Все хотят жить» – всегда говорил он. Потому Антон непременно смотрел под колеса своей коляски, когда ездил по лесу. По возможности старался никого не давить. Ну, а майских жуков они часто забирали домой. Ненадолго, чтобы потом отпустить живым. Антон не уставал удивляться тому, как устроена природа. Когда впервые он узнал, что майский жук живет всего лишь пять-семь

недель, он очень сильно удивился. Да, там есть стадия жизни под землей, длящаяся около пяти лет. Но то не в обличии жука. А самка, откладывая яйца, и вовсе сразу умирает. Получается, жизнь Антона, пусть с недугом, с кучей обязательных упражнений и невкусных таблеток, куда красочнее и длиннее. Есть чему радоваться и не вешать голову.

Принесенный мамой жук был самкой. Это Антон легко определил по усикам. Она замерла на одной из веточек березы и не шевелилась. Брать в руки жука мальчик не стал. Он никогда этого не делал, боясь раздавить или причинить иной вред своими корявыми действиями. Обычно папа сажал жуков мальчику на ноги или на кисти. И Антон всегда наблюдал за тем, как они ползают, изучая одежду, а потом улетают.

– Посадить на плечо? – поинтересовалась мама, допивая йогурт.

– Не нужно, она не хочет сейчас ползать. Смотри, как напугана, – он поднял контейнер и показал маме свое наблюдение. Та кивнула головой и уселась на табуретку рядом с сыном.

– В такую жару, да еще днем они не очень активны, – согласилась с Антоном мама, поглаживая его по волосам. – Просто захотелось показать тебе его. Тем более, что мы с тобой еще в этом году ни одного живого не нашли еще.

Это было чистой правдой. Теплой погода стала недавно. Листья на деревьях только стали распускаться. А без них майские жуки не будут появляться.

– Её надо отпустить, – не сводя глаз с жука, пробормотал себе под нос Антон.

– Непременно. Сегодня хочешь это сделать? – мама дождалась согласия сына, выраженного в активном кивании головой, и взяла из его рук контейнер. – Я тогда в магазин сейчас пойду и посажу его на какую-нибудь березу.

– Будет здорово, – улыбнулся Антон и прижался к маме головой.

– Ох ты, Господи, – только сейчас мама заметила ссадину на его скуле. – Где тебя так угораздило?

Она бросилась к небольшому шкафчику, висящему на стене. Открыла его и принялась рыться в куче лекарств. Быстро найдя нужную мазь, она подошла к сыну и обильно смазала ссадину. Мазь далеко убирать не стала, оставив на подоконнике.

– Так где травмировался? – она пристально взглянула ему в глаза.

– Неважно, сейчас уже все равно ничего не изменить, – отвел глаза в сторону Антон.

Мама всплеснула руками, борясь с желанием провести с сыном нравоучительную беседу, и устало уселась обратно на табуретку.

– Отругать бы тебя, да не буду. Как ты правильно сказал, все равно назад ничего не вернуть. Да и догадываюсь я, откуда такая ссадина могла бы появиться.

– Давай лучше поговорим о тех, кто тебе звонил сегодня, – решил вернуться к изначальному разговору Антон.

– Твоя учительница по литературе звонила. Нахваливала последнее сочинение. Которое про войну. Где солдаты в крепости отбивались от немцев.

– Я помню его, – остановил маму Антон. Ему было приятно, что мама не забыла его сочинение. Ему вообще нравилось, что она всегда интересовалась его жизнью. Вникала во всё, что он делал. Пусть и не особо разбиралась во многом. Но желание выслушать, запомнить и помочь советом не могло не располагать к себе. Да и к девятому мая он написал не одно сочинение, а несколько. Долго выбирал, какое отправить на школьный конкурс и остановился на том, которое сейчас вспоминала мама.

– В общем, Любовь Сергеевна просила передать, что ты большой молодец. Она подумывает отправить твое сочинение на областной конкурс. Если выиграешь, поедешь уже в Москву. Это очень большое достижение.