Это всегда был ты…

Дал Виктория

— Ты права, конечно. Но что я мог предпринять тогда?

— Ничего. Так же, как и сейчас. Я просто хочу, чтоб ты уяснил наконец: не надо все решать за меня. Теперь я буду действовать сама. Всегда!

Ему хотелось возразить, продолжить спор. Конечно, он был слишком неопытен тогда. Надо было отвезти ее в Шотландию, и к черту последствия. Но Эйдан узнал о такой возможности слишком поздно, когда она уже исчезла.

— Я говорила тебе, что не буду пытаться развестись с мужем. Но даже если б я и передумала, ты не должен был форсировать

события.

Он выпрямился:

— Я хочу знать, что ты решила.

Кейт опустила голову. Два ярко-розовых пятна заалели на щеках.

— Мне нужно время подумать.

Ужасная боль в груди чуть-чуть ослабла. Она не говорит «нет», а это уже прогресс по сравнению с прошлым разом.

— А как же твоя семья? Им не понравится быть втянутыми в это запутанное дело. Твой брат…

— Он на моей стороне. А мать всегда хорошо относилась к тебе.

— Я встречалась с ней всего два раза, и она не знала, что мы были… близки.

— Ты ошибаешься!

Кейт резко вскинула голову:

— Ты рассказал ей про нас?

— Нет, она увидела, что я хожу сам не свой, и сразу все поняла. Как, по-твоему, я устроил тот двухнедельный визит в имение ваших соседей? Я признался ей, что влюблен в тебя, и она рьяно взялась за дело.

Хмурая складка на лбу Кейт разгладилась, и она улыбнулась:

— Правда?

— Можешь не сомневаться.

Ее гнев, похоже, улегся, и она со вздохом вновь опустилась на стул.

— Возможно, я не смогу иметь детей.

— Наследники — это долг брата, не мой.

Кейт налила еще кофе себе и ему.

— Дай мне все обдумать, Эйдан. Не торопись, прошу тебя.

— Да, конечно.

— Позволь мне прийти к этому решению самой. Ты даже представить не можешь последствия поспешных поступков. Мне просто нужно время, пойми.

Это он ей может дать. Ведь, в конце концов, ждал Кейт целых десять лет.

Глава 25

Нежась в горячей воде, Кейт наблюдала, как пар, клубясь, поднимается от воды с ароматом сирени, наполняющей большую ванну. Когда она в последний раз мылась с таким комфортом? Когда в последний раз бывала в доме, подобном этому?

Он мог бы принадлежать ей, она знала это. Эйдан теперь взрослый мужчина со всеми присущими сильному полу слабостями. Со стремлением руководить. С потребностью непременно настоять на своем. Она готова была открыть ему правду, но он обращался с ней как с ребенком, который сам не понимает, чего хочет.

Ирония в том, что это он находился в неведении. На какой-то миг ее охватило совершенно излишнее чувство превосходства. Эйдан думает, что знает ответ, хотя даже не выяснил, каков сам вопрос.

Но она тут же почувствовала стыд и поглубже погрузилась в ванну. Вода плескалась у подбородка, и ей казалось: она так надежно спряталась, ей ничего не грозит.

Эйдан совсем не такой, как ее отец. Или ее муж. Во-первых, он добрый, и всегда

был таким. Во-вторых, он ее любит. Да, он неправильно поступил тогда, в молодости, но она-то предала. И его обман был во имя надежды. Ее же основан только на отвратительном страхе.

Кейт глубоко вздохнула, своим дыханием подняв на воде рябь.

Ему все равно, что она стала старше. Что одевается как простая лавочница. Его даже не волнует, что у нее может не быть детей.

Сердце ее билось медленно и ровно. Кейт приподняла голову из воды.

— Я люблю его, — прошептала она, и пульс не изменился, остался спокойным. — Я люблю его.

Она мысленно представила тот фундамент, который поддерживает ее. Кирпичи, которые ей с таким трудом удалось заменить. И вообразила, что идет вдоль квадратной стены, проводя пальцами по твердым, крепким краям. Да, еще есть выщербленные куски, которые никогда не починить. Она может вести их учет, но заменить их ей никогда не удастся. Но фундамент, который когда-то зиял пробоинами, теперь выглядел почти целым, достаточно крепким, чтобы строить на нем свою дальнейшую жизнь.

На сердце у нее полегчало, и она поняла, что обязательно скажет Эйдану правду. Не из страха перед Джерардом Гэллоу, вовсе нет. Теперь она женщина, у которой впереди вся жизнь. Осталось только избавиться от прошлого.

Кейт совсем не нравилось, как убого смотрелось ее простое коричневое платье на фоне ярко-голубой дорожки, устилавшей лестницу. Она приподняла юбку повыше в попытке сгладить этот контраст, но тут же почувствовала себя неловко и опустила ее. Не может же она надевать свое единственное нарядное платье каждый день. К тому же у нее имеются заботы посерьезнее, чем наряды, но ей все равно хотелось бы выглядеть красивой.

Когда она подняла глаза и увидела, что Эйдан ждет ее внизу лестницы, она на короткий миг еще больше устыдилась своего непривлекательного вида. Но тут он улыбнулся, и словно солнышко выглянуло из-за туч.

— Добрый день, — произнес он с торжественностью, которая резко расходилась с его мальчишеской ухмылкой.

— Рада видеть вас, мистер Йорк.

Он сорвал быстрый поцелуй, когда она подошла к нему. И хотя Кейт покраснела, она не могла найти в себе силы, чтобы отстраниться.

— Твои слуги… — пробормотала она.

— Я заплачу сверх положенного, чтобы закрыть им глаза и рты. Они еще будут умолять меня, чтоб я тебя вернул.

Отступая, Кейт скользнула по его пальцам своими.

— Через несколько минут, — сказал он, ведя ее в столовую, — нам подадут ленч, а потом тебе, возможно, захочется посмотреть Лондон. Как бы мне ни хотелось держать тебя взаперти в спальне дни и ночи напролет.

— Нельзя, чтобы нас видели вместе.

— Мы возьмем закрытый экипаж, не волнуйся.

Это звучало соблазнительно, но она не сможет в полной мере насладиться их близостью, пока не разделается со своим обманом.