Это война
Шрифт:
Брюнет уверенной походкой направился к дому, размышляя о том, как отреагирует Мавис на его появление. От этой вздорной особы можно ожидать чего угодно, начиная от нападения и попытки снова похитить его, заканчивая крепкими объятиями и поцелуем. Последнее для Драгнила было более приятным и желанным, но бизнесмен осознавал, что, скорее всего, его окинут холодным взглядом, и будут игнорировать. Ну, ничего, это поправимо, ведь Драгнилы не привыкли отступать и всегда получают то, что хотят.
Дверь дома открылась, и на крыльце появилась мрачная блондинка, зеленые глаза которой были полны непонимания и негодования,
— Зачем снова заявился, извращенец? — буркнула Мавис, не сводя взгляда с неспешно приближающегося мужчины.
— Тебя увидеть, — ухмыльнулся Драгнил, оценивающе оглядывая девушку. Сейчас уже стало холодно, так что на блондинке были узкие черные джинсы и теплый бесформенный свитер розового цвета. Эта одежда скрывала от взглядов изящную фигуру Мавис, но зато делала её невероятно милой. Мужчина поймал себя на мысли, что хочет потянуть за надутые щечки и поцеловать фею прямо во вздернутый носик. — Ты потрясающе выглядишь, и даже мешки под глазами это не портят.
— Да ты у нас просто мастер комплиментов, — нахмурилась Вермиллион, складывая руки на груди. Можно подумать, она не знает о том, как выглядит на самом деле! Да она из-за этого козла столько слез пролила, даже неделю есть не могла, все думала о том, как он, так что вообще удивительно, как после всего этого ей удалось взять себя в руки. И вот, Зереф снова явился, чтобы мучать её.
— Я говорю то, что есть.
— Давай ближе к делу, зачем приехал? Решил отказаться от своих слов и все-таки попытаться прибрать наш лес к своим рукам? — девушка злобно смотрела на мужчину уже поднимающегося на крыльцо. Почему Драгнил так спокоен, почему ведет себя так, словно он хозяин положения?
— Нет, лес мне не нужен, у меня теперь другие планы, — мужчина замер в полушаге от Мавис и улыбнулся. — У меня на фирме открылась одна интересная вакансия, специально для тебя, вот я и приехал, чтобы обсудить условия нашего сотрудничества.
— Что? — блондинка непонимающе захлопала ресницами. Кажется, бизнесмен окончательно спятил и теперь несет всякий бред. И вообще, она надеялась услышать совершенно другое! — Ты это серьезно?
— У меня нет чувства юмора, так что я не умею шутить, — Зереф с трудом подавил смешок. Он видел, как девушка начинает злиться, как обиженно раздувает ноздри — одним словом милашка! Так и хочется прижать её к себе и больше никогда не отпускать.
— Я никогда не буду работать на тебя, извращенец! Да, как ты вообще мог заявиться сюда с таким нелепым предложением?! Или ты там в своем городе все мозги окончательно растерял?! — негодовала Мавис, с трудом сдерживая слезы обиды. Она ведь любит этого идиота, а он ничего не понимает и вообще не достоин этого!
— Глупышка, — рассмеялся мужчина, резко подаваясь вперед и заключая ничего не понимающую девушку в объятия. Вот и все, теперь он её точно не отпустит, пусть брыкается и вырывается сколько душе угодно. — От таких предложений не отказываются. Ну, сама посуди, кто лучше тебя присмотрит за мной, чтобы я больше не натворил глупостей и не пытался уничтожить
— Угрожаешь? — хмыкнула раскрасневшаяся девушка, расслабленно утыкаясь в мужскую грудь. В теле была невероятная слабость, сердце то и дело замирало, да и то лишь для того, чтобы снова пуститься в галоп, а на лице сияла глупая улыбка. Ну, и как теперь быть? Вся злость и негодование испарились, но Мавис все еще не услышала то, что хотела.
— Предупреждаю. Ты же не думала, что я окончательно и бесповоротно изменился? Нет, моя милая фея, за мной нужен круглосуточный присмотр и еще не стоит забывать, что я извращенец, ты же не допустишь, чтобы кроме тебя об этом узнал кто-то еще? — Зереф продолжал дразнить блондинку, что так доверчиво прижималась к нему.
— Пожалуй, я подумаю над твоим предложением, — прошептала девушка.
— Не выйдет, — слегка отстранившись, Драгнил приподнял лицо Вермиллион, заглядывая в зеленые бездонные глаза. — Я уже принял решение, так что тебе остается только смириться с этим.
Резко наклонившись, мужчина припал к манящим губам, точно зная, что на этот раз его никто не оттолкнет и не попытается ударить. Зереф видел это в глазах своей феи, как и обещание, что она всегда будет рядом. Когда поцелуй прервался, выражение лица бизнесмена вновь стало серьезным и даже хмурым.
— Мавис, я люблю тебя, так что тебе придется принять это и меня, со всеми моими недостатками, которых море, — заявил Драгнил. — Что бы ты не решила, я никуда не денусь и буду рядом с тобой, ты никогда не избавишься от меня и твои фейри тебе не помогут.
— Это самая романтичная угроза из всех, что я слышала, — озорно рассмеялась блондинка. — Ладно уж, пошли в дом. Ты на удивление умудрился приехать прямо к ужину.
— А ты ничего не хочешь мне больше сказать? — недовольно бросил Зереф, следуя за девушкой в дом. Он точно знал, что его чувства взаимны, но хотелось бы это услышать.
— Не заслужил еще, — обернувшись, девушка показала брюнету язык. Она страдала и мучилась, пока Драгнила не было, так что теперь его очередь.
— Мавис!!!
— Что Мавис? Если любишь, придется меня добиваться, я просто так, абы кому не достанусь, так и знай.
— Ха! Что ж, вызов принят моя фея, но учти, я не привык проигрывать, а любое поражение сделаю выгодным для себя. Месяц…
— Что месяц?
— Через месяц, ты скажешь, что любишь меня!
— Ха-ха-ха, посмотрим, — Вермиллион счастливо улыбалась. Кто знает, может быть Драгнил получит что хочет через месяц, а может, раньше… Все будет зависеть от его поведения. В любом случае, главное, что он с ней и любит…
В это же время в другом конце деревни
— Так это здесь живет твоя невеста? — поинтересовался невысокий пожилой мужчина, рассматривая маленький заросший вьюном домик. Ему нравилось это место, было в нем что-то волшебное и загадочное.
— Да, только она пока что мне не невеста, — ответил Дрейар, направляясь к дверям. — Мы это еще не обсуждали.
— Так обсудите! Я уже стар, хочу правнуков увидеть, — Макаров хитро взглянул на внука. Он видел, что Лаксас изменился, стал более мягким, спокойным, исчезли его злость и вечное недовольство жизнью. Какой бы ни была Кана, она сотворила с ним чудо.