Это серьезно
Шрифт:
Чем больше он думал об этом, тем больше утверждался в правильности своих подозрений. Может быть, Дори послал его сюда понаблюдать за Джанин? Керману никогда не нравилась Джанин. С момента их первой встречи он понял, что между ними не возникнет дружбы. Она всегда свысока относилась к нему представителю Богемы, была холодна с ним. Может быть, это и было причиной его нерасположения и даже подозрения? А может быть, это интуитивное предчувствие: после многих лет совместной работы он пришел к выводу, что Джанин нельзя доверять. Но почему? Дори ее ценил и считал лучшей среди женщин-агентов. Он не мог найти причину своего недоверия.
Что за бредовые фантазии?.. Тогда почему она возражала против того, чтобы он поселился в «Гор». Может быть, там что-нибудь происходит, и она хочет это от него скрыть.
Такси снизило скорость, и шофер сказал:
– Мы въезжаем в Дакар, сэр. Куда вас отвезти?
– Куда-нибудь в центр, в приличный отель.
Такси подъехало к отелю «Континенталь». Керман попросил номер с душем и заполнил регистрационный журнал. Затем, пройдя в кабинет администратора, сказал, что на следующий день в восемь утра ему нужен автомобиль напрокат без номера.
В номере, сняв костюм и распаковывая чемодан, он не переставал думать о Джанин.
Джанин Долней… и чехи! Невозможно было поверить в это. Он слишком подозревает всех. И тем не менее, завтра утром он поедет в отель «Гор» и попробует разобраться во всем этом.
Он не успокоится, пока не сможет очистить Джанин от вкравшихся подозрений…
Самба Джек приблизился к бунгало. Из темноты появились два африканца и подошли к нему.
– Это я, Джек, – сказал он. – Я к мистеру Джексону.
Один из африканцев провел руками по его одежде и провел в бунгало.
Малик сидел за столом, склонившись над картой. Позади него стоял плотный, кряжистый, совершенно лысый человек. Его звали Яросто Карэл. Они были неразлучны с Маликом. По его знаку Джек подошел к столу. Он был неспокоен.
Он ничего не сумел разузнать за вечер и сейчас думал, как бы Малик не отказался Заплатить обещанные деньги.
– Я следовал за ним, как вы мне сказали. Он подъехал к бару «Флорида» на Рю Карио. Там он провел вечер: пил, танцевал, а потом вернулся в отель.
– И все?
Джек покорно опустил свои узкие плечи.
– Все американцы пьют и танцуют, сэр, когда приезжают в Дакар. Этот не был исключением.
– С кем он танцевал?
– С одной африканкой, ее зовут Ава.
– Она бывает там регулярно?
– Да. Она – проститутка и всегда бывает там.
– Она дружила с Роан Арбо?
– Да, Роан тоже была проститутка.
– Он еще с кем-нибудь танцевал?
– Нет, он танцевал только с Авой.
– И долго он там был?
– Около двух часов.
– Ты все время наблюдал за ними?
– Весь вечер я наблюдал за ними в зеркало. Он этого не заметил.
– Давал ли он ей деньги?
– Нет.
– Выходит, что она без пользы провела время?
Джек почесал у себя за ухом.
– Да, ничего интересного ты не сообщил.
– Я сделал все, что мог, но ничего интересного не произошло.
Малик недовольно пожал плечами. Он достал из кармана банкноту в тысячу франков и протянул ее Джеку.
– Ты хорошо знал Роан?
– Я часто с ней разговаривал.
– У нее покровитель?
Малик подался вперед всем телом.
– Кто он?
– Я его не знаю лично, но знаю, что он богатый.
– Ты с ним когда-нибудь встречался?
– Когда Роан была в клубе, он всегда приходил.
– Как он выглядит?
– Он португалец: толстый, носит усы.
– Португалец? Ты уверен?
– Да.
Малик встал со стула.
– Ладно, можешь идти, – сказал он, подходя к стальному сейфу, стоявшему у дальней стены.
Джек посмотрел на Карела, который сделал ему знак удалиться.
Когда Джек вышел, Карел сказал:
– Ну, что?
Малик открыл сейф и достал с полки разбухшую папку. Он положил папку на стол и сел.
– Мне кажется, я что-то встречал в досье Кейри по этому поводу, – сказал он, роясь во множестве бумаг.
Карел выпил водки и вновь наполнил стакан. Минут двадцать они молчали.
Все это время Малик читал различные документы, стараясь что-то найти. Вдруг он стукнул кулаком по столу.
– Ворона! – воскликнул он. – В тысяча девятьсот двадцать пятом году Кейри работал инженером на заводе по производству искусственного льда в Дакаре, принадлежавшем Зирико Фантецу, португальцу. Они дружили, и жили в одном доме.
Он посмотрел на Карела.
– Это, может быть, тот самый человек, который финансировал поездку Роан в Париж. Он может также знать, где скрывается Кейри.
– С тех пор прошло много лет. Может быть, его уже давно нет в Дакаре? – спросил Карел.
Малик потянулся за телефонным справочником, который лежал под кипой газет. После длительных поисков он сказал:
– Его фамилии нет в книге, но завод есть. Завтра поедем в Дакар и наведем справки.
Он посмотрел на Карела. В лице его зажегся зловещий огонек, линия губ приняла жестокое очертание.
– Это может быть началом твоего конца, Кейри…
Джанин медленно просыпалась от беспокойного сна. Она открыла глаза и сощурилась от яркого солнечного света, ворвавшегося в комнату. Затем, подняв руку, она посмотрела на маленькие наручные часы. Было две минуты восьмого.
Она, повернула голову и увидела спящего с ней рядом Гирланда. Она пристально всмотрелась в него, тщательно изучая каждую черточку его лица, пытаясь представить в настоящем виде под этим искусным комуфляжем.
Как бы почувствовав, что кто-то наблюдает за ним, он пошевелился во сне, высунул из-под одеяла руку и, обняв ее, притянул к себе. Джанин, слегка облокотившись рукой о его грудь, продолжала изучать его. В ее жизни было немало мужчин. Она просто не могла без них обходиться: физическая близость ей была необходима, как пища. Но как часто они разочаровывали ее. Мужчины были циничны и эгоистичны. Они брали, что им было нужно, совершенно не думая о ней, оставляя неудовлетворенной и опустошенной. С Гирландом все было иначе. Никто еще не доставлял ей такого физического наслаждения, как он. Он умел взвинтить темпы, всколыхнуть ее желание, довести их до дикого напряжения кипящего апофеоза и момента высшего, неземного слияния. Когда они, забыв, где они и что они, стремительно летят в бездну экстаза, а затем томятся в ней, обессиленные и разбитые, но насыщенные друг другом. Она никогда ничего подобного не переживала раньше. Ночь была бурной. Вновь и вновь они не уставали проделывать все это.