Это не любовь
Шрифт:
– А о чём?
– Ну он всё-таки преподаватель…
– И что? Хочешь сказать – гусь свинье не товарищ?
– Юль, я не говорю, что ты его недостойна или что-то ещё. Не в тебе дело. Мне кажется, он хоть кому не товарищ. Просто он такой… нет, он классный, конечно, но он на всех смотрит как будто свысока. И вот знаешь, есть поговорка: «Ничто человеческое не чуждо». Так вот ему – чуждо... ну такое ощущение. Короче, к нему вообще, по-моему, невозможно подступиться, поэтому я так и сказала.
Юлька чуть было
И всё-таки слова Алёны её задели. А жалость в глазах подруги и вовсе вызвала злость. Много та понимает – что ему чуждо, а что нет!
Настроение, и без того кислое, стало совсем тягостным. Все вокруг шумели, галдели, смеялись, а она лишь мрачно взирала на всеобщий ажиотаж, вызванный грядущим Хэллоуином.
Последние несколько лет на факультете английского языка его отмечали в спортзале под предлогом приобщения к англоязычной культуре. В холле уже и объявление вывесили о том, что в эту пятницу всех ждёт грандиозное шоу.
В прошлом году тоже обещали шоу, а получилась банальная дискотека с выпивкой из-под полы. Единственный культурный штрих – тыквы и мётлы в качестве декораций. Ну, некоторые, правда, отнеслись более или менее серьёзно: нарядились в балахоны, колпаки, жуткие маски. Но в целом – обычная студенческая гулянка.
Юлька бы и внимания не обратила на афишу – мыслями она была далеко от всей этой суеты, хотя ещё совсем недавно очень даже любила подобные мероприятия.
Алёна сначала подтянула её к стенду, а потом и уговаривать начала:
– Давай сходим? Смотри – сказано, что будет весело. «Всех, кто явится в костюме, ждёт сюрприз».
– Да хрень какую-нибудь всучат, а ты ходи весь вечер разряженная, как дура.
– Ну, наряжаться и необязательно. Можно и так. Я вот ни разу не бывала на дискотеках. А одной идти как-то не очень…
– Ни разу? Как такое возможно? – вяло удивилась Юлька.
– Ну… вот так, – пожала плечами Алёна.
– Ты как из монастыря явилась, честное слово. – Юлька криво улыбнулась, потом вздохнула. – Извини, мне что-то не хочется. С Максом своим сходи.
– Ну… Макс, да… Но тут вроде сказано – для студентов факультета английского языка…
– В прошлом году писали то же самое, а явились все, кому не лень. Никто никого не выгонял.
– О, ну это даже хорошо. Но тогда давай всё же с нами? Втроём пойдём. Если не понравится – всегда можно уйти. Да и тебе надо отвлечься. Ну что, идём?
– Привет. Куда это мы идём? – За их спинами неожиданно возник Явницкий. Чмокнул Алёну в висок и уставился на афишу. Беззвучно шевеля губами, прочёл приглашение, потом удивлённо посмотрел на подругу: – Хочешь поучаствовать в этой вакханалии?
Потом взглянул
– Твоё влияние?
– Между прочим, это я её уговариваю пойти. Ну интересно же! Да и какая вакханалия? Тут ведь будет вечер, не где-то. В спортзале. И потом, гляди, – Алёна ткнула пальцем в нижнюю строчку объявления, – «Организаторы: студсовет под чутким руководством старшего преподавателя Шубиной Ларисы Игоревны». Преподавателя! Старшего!
Юлька вздрогнула, среагировав на знакомую фамилию. Так это "мышка" замутила вакханалию? Тогда это и в самом деле интересно.
– Хорошо, договорились, завтра после пар пойдём плясать, но наряжаться я не буду, – предупредила Юлька.
Алёна обрадовалась, они ещё с Максом что-то говорили, смеялись. Но Юлька уже их не слышала – ей вдруг стало не по себе. Возникло странное дискомфортное ощущение. Так бывает, когда кто-то пристально смотрит тебе в спину. Она даже обернулась, но ничего такого не заметила.
47
Юлька и сама удивлялась – откуда у неё такой жгучий интерес к этой Ларисе Игоревне, да ещё смешанный с резкой неприязнью.
Впрочем, неприязнь-то вполне понятна и объяснима, а вот интерес… По фио она отыскала её и в контакте.
Это была ценная находка, потому что в альбомах Шубиной Юлька нашла несколько фотографий Анвареса и обрадовалась примерно так, как радуется старатель, добывший крупный самородок.
Конечно же, все до единой сохранила себе. Разглядела каждую его чёрточку, причёску, руки, длинные пальцы, одежду.
«Пижон», – с блаженной улыбкой прошептала она.
Правда, было всего два фото, где он один, остальные – с «мышкой», но её можно запросто отчикнуть в редакторе. Не нужна она ей тут.
Вообще-то, Рубцова всё-таки права – он так всегда держится, что на кривой козе к нему не подъедешь. Но в то же время у неё есть кое-какое преимущество – она ему тоже нравится. Юлька это знала, ну или чувствовала. А значит… может быть… Ох, скорее бы его увидеть!
48
Анвареса Юлька встретила ещё в холле, перед первой парой.
Он стоял у подножия лестницы вместе со своей «мышкой» и ещё двумя мужчинами и что-то говорил. Серьёзный, сосредоточенный.
Сердце её тотчас дёрнулось, подпрыгнуло и бешено заколотилось у самого горла.
Он тоже поймал её взгляд, замолк на полуслове. На кратчайший миг лицо его изменилось. Потом Анвареса потрясла за локоть Лариса, он сморгнул и вернул внимание к собеседникам.
Анварес не посмотрел на неё, даже когда она проходила мимо них, даже когда выдавила глухое: «Здрасьте». Сделал вид, что не видит и не слышит. Зато «мышка» ответила любезно и с улыбкой, а заодно цепким взглядом осмотрела её с ног до головы. Неприятно.