Это не любовь...
Шрифт:
– Нет… систематизирую…
– Только время тратишь!– фыркнула она на мою привычку, – Выучила бы тогда - и всё!
– Память надо по назначению использовать… не свалка, однако! Систематизированная инфа занимает в разы меньше места и хранится на порядок дольше…
Оседлав меня сверху, Танюшка обняла меня за шею и, крепко сдавив, потребовала:
– Почитай мне Цветаеву!
– Твоё или мое? – уточнила я, переворачиваясь под ней.
– Твоё… – мечтательно вздохнула она.
Переплетя кисти своих рук с её, я начала:
Как
Проще ведь?
Удар весла!
Линией береговою
Скоро ль память отошла?
Обо мне, плавучем острове
По небу!
Не по водам!
Души, души!
Быть вам сестрами!
Не любовницами - вам!
Как живется вам с простою
Женщиною?
Без божеств?...
В дверь постучали, и мы, разочарованно застонав, разняли руки. Танюшка спрыгнула с кровати. Я, дотянувшись до наушников, щелкнула кнопкой плейера, отправляясь в мир неорганических веществ.
А лучше бы – неорганических существ[7]! – размечталась я, вспоминая свое увлечение новой мировоззренческой доктриной.
Кровать качнулась, две теплые и наглые руки разместились на моих лопатках.
– Отгрызу! – не снимая наушников, бросила я, – Как ты потом без рук, мой ангел?
Руки исчезли, но через секунду исчезла и музыка из моих ушей.
– Нююют…
– Мммм… – в тон ему ответила я.
– В Солярии сегодня сейшн – пойдем, расслабимся?
Танцевать с Боречкой было одно удовольствие!
Но я же человек разумный! – попыталась договориться с собой я. Потанцую я и потом… а завтра у меня ответств…
– Только один часик! – согласилась я, подскакивая.
Подхватив за талию, он закружил меня и поставил обратно на ноги:
– Я знал!
Быстренько впрыгнув в свои драные джинсы, я растрепала собранные в хвост волосы и на ходу запрыгнула уже в раскрытую для меня ангелом дубленку.
На улице было безумно тепло и пасмурно. Для полноты картины не хватало только густого медленного снега.
– Борь! – притормозила я его перед солярием, откуда уже гремела на полную музыка, – Немец с Сашкой там?
Он кивнул и нетерпеливо потащил меня внутрь:
– Не подпущу никого! Расслабься…
Композиция № 14_Guns-n-roses-don’t cray
Помедлив еще секунду на крыльце, я с тяжелым сердцем шагнула внутрь. Дурное предчувствие накрыло меня так же непроглядно, как только что поваливший хлопьями снег.
Так тому и быть…
Скинув дубленку в тут же подхватившие её руки, я, не оглядываясь, пошла на танцпол, полностью выгружаясь из реальности. И с первым моим шагом в толпу тут же заиграла одна из любимых моих композиций, отключая мне мозг окончательно. Она была медленной… Но именно под медленные танцевать я любила одна и с закрытыми глазами. Подчиняясь тягучим и плавным аккордам, я закрыла глаза, и тело само начало плавно виться, не позволяя мне вмешиваться в этот процесс…
Танец -
Скользя по себе руками и раскачиваясь, я чувствовала, как волна эндорфинов поднимается по мне, взрываясь в мозгу ощущением удовольствия…
Танец – это тоже игра… игра с музыкой… Она диктует правила, а ты служишь, выполняя все ее капризы…
Взмахнув копной волос, я почувствовала, как что-то помешало двигаться им по инерции. Это не ангел… Ангел знает, что меня нельзя трогать во время медляков…
Да все знают! – разозлилась я, останавливаясь и распахивая глаза.
Сашка…
Взглянув ему за спину, я заметила немного не успевшего ко мне ангела, притормозившего в паре метров и вопросительно смотрящего на меня.
Поздно. – отрицательно качнула я ему головой.
– Потанцуй со мной, – протянул мне руку Сашка.
Всё... Хватит.
И мне интуитивно показалось, что это как раз реперная точка нашей ситуации.
Вложив ладонь ему в руку, я кивнула.
В голове все перекрутилось, и мне захотелось подарить ему на прощанье что-то особенное. Дернув его за руку, я быстро потащила его на улицу. Выскочив прямо в таком виде, как были, в темноту, под теплый снегопад мы на секунду притормозили и, быстро оглядевшись, я втянула его в круг света от фонаря…
Ощущение было сюрреалистичное!
Словно свет отрезал нас от всего остального мира. Качнувшись ему в объятья, я прижалась губами к его скуле и вильнула бедрами, увлекая его в танец, под кричащую из отрытых окон музыку. Пройдясь рукой по его груди, я погладила его лицо, вынуждая посмотреть наверх. Снежинки, как белые ангельские перья, кружились над нашими лицами, а свет немного слепил глаза.
– Нравится? – зашептала я ему.
Не отвечая, он сжал меня крепче. Я дала ему еще несколько мгновений насладиться моментом и прошептала:
– Это мой подарок тебе на прощание.
– Прощанье!? – тормознул он, прижимая меня ближе.
– Да, Саш… – кивнула я, – Это всё, что я могу дать тебе, и это уже закончилось. Отпусти меня, пожалуйста…
– Нет. – напрягся он, упрямо глядя мне в глаза.
– Оцени красоту момента… – попросила я, – Опусти! И это навсегда останется у нас с тобой…
– Нет…
– У меня ничего больше нет для тебя! – пыталась убедить его я, – ты делаешь мне больно своей привязанностью!
– Ну и пусть! – разозлился он, – пусть тебе тоже будет больно! Пусть нам обоим будет!
– Пусть будет… – обреченно кивнула я, – Всё, как попросишь…
Музыка замерла, и волшебство рассеялось. Только сейчас я заметила, что почти все танцующие пары вышли вслед за нами и присоединились, танцуя за границами нашего светлого маленького мирка.
Я видела только темные тени – свет от фонаря не позволял разглядеть лица. Пара секунд неподвижности и тишины…
К нам в круг шагнул Немец.
А вот и наше «больно»... – поняла я, – должок…
Композиция № 15_Женя Мелковский – Я бы убил тебя дура, но нет сил