Это не любовь...
Шрифт:
– Мхм… – выдохнул он, проходясь зубами вверх вдоль моего позвоночника и резко сжав их у основания волос.
Я вскрикнула от слишком острых ощущений, задрожав в его стиснувших меня руках. Пробормотав мне что-то агрессивное и невнятное в шею, он снова прикусил, отключая меня.
Еще одна кнопочка отключения мозгов! – усмехнулась я про себя.
Я, блять, сплошная кнопочка…
– Подожди меня в машине, – попросила я и отстранилась, кивнув ему на дверь.
Забежав на пару минут к Виктории, выяснив пункт назначения и договорившись о времени нашего приезда, я надела капюшон, пряча влажные волосы
Я почувствовала на спине недоброжелательный взгляд и, обернувшись, заметила несколько наших девчонок, мелькающих в темноте сигаретами.
Вика бы нагнула их за эту шалость…
Стряхнув с себя их прилипшие взгляды, я расправила плечи и села в машину.
Наши отношения начинали входить в ровную колею: в среду после обеда Илья забирал меня под «расписку об ответственности», и у меня было часов шесть на работу. Ужинали обычно мы втроем, болтая обо всем на свете и особо не нагнетая обстановку, тем, что происходило между нами в выходные. Закончив после ужина все дела на работе, я дожидалась Илью, и он к отбою привозил меня обратно в школу. В субботу я линяла оттуда чуть пораньше, пропуская обычно практикум по психологии – его я всегда сдавала экстерном в виде исследовательских эссе – и до вечера я погружалась в накопленные за неделю «авралы». Часам к девяти мы освобождались, чтобы зависнуть где-нибудь в компании или втроем, откуда натусовавшись, а точнее надразнившись отправлялись к Вике или Илье. Но обычно к Вике. Воскресенье было только наше с Ильей. Но из-за того, что «обычно к Вике», наша сессия чаще с моей инициативы распространялась еще на одного персонажа под моим «топом». Иногда Илья злился… Но, бросив мне «как скажешь…», позволял любые шалости. В понедельник с утра он снова отвозил меня в школу.
Сегодня была суббота…
– Сколько ехать? – спросила я его, скидывая куртку – в машине было тепло.
– Минут сорок… – выворачивая со стоянки, ответил он мне.
В зеркале заднего вида я заметила на заднем сиденье стопку каких то книг.
Книги и сами по себе не могли не привлечь моего внимания, а книги, которые выбрал он – это двойное удовольствие. Полностью разложив сиденье, я перевернулась на живот и взяла несколько книг с заднего сиденья, разглядывая их в полумраке.
– Что ты делаешь?
– Исследую тебя.
Оглянувшись, я поймала его взгляд, нацеленный на мою обтянутую джинсами попку. Расстегнув ширинку, немного ослабила их, стянув на несколько сантиметров вниз, делая зрелище более совершенным для него.
– Ситуация аварийная… – усмехнувшись хрипло прокомментировал он. – Не боишься?
– Твоя выдержка безупречна! – рассмеялась я, немного поерзав от гуляющего по моей обнаженной поясницы сквозняка, потребовала: – Поиграй со мной.
Его теплая ладонь легла мне на спину, сдвинув ее ниже, он сжал мою голую попку. Пройдясь пальцами между ягодиц, забираясь гораздо глубже, чем я планировала, он вырвал из меня пару стонов удовольствия.
– «По ком звонит колокол», – прочитала я вслух название первой книги.
– Явно по нам… – пробормотал он, сжимая меня, и я прогнулась, подставляя под его пальцы самые приятные местечки.
– Я еще не добралась до Хемингуэя… – извивалась я потихоньку под его пальцами. – Тебе нравится?
– Мхм… –
– Я… про… книгу… – выдохнула я, сбиваясь, он согнул их, растягивая меня на входе. – Еще… – потребовала я. – Так, что там с Хемингуэем?
– Если ты не замолчишь, у меня будет вставать на классику! – зашипел он, добавляя третий палец.
Задохнувшись, я прогнулась и задрожала, теряя связь с реальностью:
– Да… да… круто… еще… – невнятно забормотала я. – «Мастер и Маргарита»… – подтянула я поближе любимую книжку.
– Только не ЭТУ! – застонал он. – Она дежурная…
– Я могла бы подежурить в районе твоей ширинки… пока ты будешь читать её…
– Ох…
– «Бойцовский… клуб…» – стонала я, пролистывая очередную.
– Хрен с ним! – сдался он, немного ускоряя свои ласки. – Он такой же ненормальный, как и ты!
– Да… Я сумасшедшая…. – возбужденно хихикнула я, и он снова сжал меня, превращая мой смешок в серию громких стонов.
– Уловка 22…[4] – зарычал он, почувствовав первые судороги моего приближающего оргазма.
– Как приятно…. кончать… под пальцами… образованного… человека… – срываясь в сладкую судорогу, пролепетала я, полностью расслабляясь.
***
«– Ну еще бы… Помню… И второго тоже… и сопровождение твое постоянное – как там? Борис и Руся, по-моему… Пажи моей королевы… Все в пажах ходили… Это не сильно раздражало. Скорее, забавляло. Немец твой - бесил слегка… Шустрый, умный… Дерзкий…
– … ванильный до мозга костей.
– Детки в клетке! Хорошо хоть без крайностей… Крайне не разумно мальчиков в таком возрасте провоцировать…
– Да ладно… я ж как мамочка… заботилась…
– Дрянная такая «мамочка»… Помнишь, хоть, что творила?
– Да ничего я там не творила… особенного…
– Мхм… сочувствовал пажам. Хотя… им и этого много было… »
Заняв подлокотники единственного, но зато огромного кресла на стеклянной лоджии и закрыв дверь в гостиную, чтобы немного изолироваться от музыки и посторонних, мы болтали с Викой обо мне.
На кресле сидел Илья… Закинув голову на спинку, он закрыл глаза и полностью расслабился под нашими блуждающими по его волосам и шее руками. Наши босые ножки периодически массировали его разведенные бедра в районе паха. Приобняв нас, он лениво скользил по коже пальцами, иногда сжимая чуть резче и напоминая о себе, в моменты, когда мы заговаривались и забывали двигать пальчиками.
Игра нам нравилась…
– Расскажи про своих мальчиков… – делая глоток из бокала, попросила Виктория, и я поцеловала ее, проникая языком в рот, чувствуя терпкий кофейный вкус какого-то ликера.
Спиртное мне не нравилось, но слизывать с Вики разные неожиданные вкусы я обожала…
– Мои мальчики… – начала я. – Вообще девчонок у нас мало, в основном парни. Часть – ботаны… Часть – еще совсем дети… Остальных уже давно отшила. Но на орбите крутятся четверо самых настырных! – засмеялась я.
– Ты играешь с ними? – завелась она. – «Кушаешь» их?
– Ммм… – я задумалась, пытаясь отыскать слова для описания наших взаимоотношений.
– Расскажи про всех четырех! – потребовала Вика и сделала еще глоток.