Это не игра
Шрифт:
— Прошу прощения, — пролепетала девушка и проскользнула мимо неё в сторону здания отеля. Дагмар посмотрела ей вслед.
Блин, подумала она. Эта девка может надеть что угодно, и её задница всегда будет выглядеть превосходно.
Она вошла в дом. Чарли сидел на расстеленном диване и хмуро глядел в монитор лэптопа, стоявшего перед ним на подушке. Одет он был в халат с символикой отеля. Позади него стояла массажная кушетка, заваленная белыми полотенцами.
— Здравствуйте, мистер Хефнер[16], -
Чарли взглянул на неё поверх очков.
— А. Видела Кимба Лей? Её зовут не Кимберли, а К-и-м-б-а Л-ей. Два слова.
— Твоя модель-актриса-массжистка? — поинтересовалась Дагмар, закрывая за собой входную дверь.
— Не моя, — спокойно ответил Чарли. — Она работает в отеле. А массажист здесь, к моему величайшему сожалению — здоровенный араб по имени Мамун. — Он потянулся к большому подносу рядом с собой, поднял крышку и взял в руки бутерброд.
— Кимба Лей принесла мне французский сэндвич.
Дагмар улыбнулась.
— Ну, разумеется.
Чарли терпеливо на неё посмотрел.
— Она здесь управляет кухней. Решила, что я очень занятой человек и предложила мне особое VIP-обслуживание.
— Не сомневаюсь.
— Не принесешь мне колы из холодильника? Себе тоже захвати, если хочешь.
В комнате стоял слабый запах краски, что говорило о том, что недавно здесь делали ремонт. В нём была полноценная кухня и бар, заполненный дорогим алкоголем. Стены были выкрашены белым с бирюзовым оттенком. Пол был выложен стеклянной плиткой, создававшей впечатление, будто находишься в бассейне. Мебель была похожа на ту, какую можно встретить в мексиканских прибрежных отелях, она была выполнена из крепких пород дерева, и обтянута тканью ярких цветов. Кресла и диван были завалены книгами и бумагами, у ног Чарли стояли безымянные белые коробки размером с книгу в мягком переплёте.
На столике для телевизора стояли плюшевые фигурки Пинки и Брейна.
Дагмар прошла к холодильнику и достала бутылку любимой Чарли импортной мексиканской колы. Она потянулась было за второй бутылкой, но передумала, подошла к бару и налила себе на три пальца текилы «Три поколения». Она почему-то решила, что сейчас алкоголь ей будет очень кстати.
Она вернулась к Чарли и передала ему колу.
— Присаживайся, — сказал он.
Она поставила бокал на подлокотник дивана, взяла стопку бумаг и книг и переложила её на ближайшее кресло. Роберт Хайнлайн, «Двойник» — прочитала она. «Введение в макроэкономику». «Величайшие экономисты».
— Зачем книги? — спросила она.
— Для одного нового проекта.
— Экономические модели Хайнлайна меня никогда особо не впечатляли.
Чарли улыбнулся.
— Это для удовольствия.
Она присела на диван рядом с ним. Краем глаза она заглянула в монитор и увидела, что Чарли печатал какой-то код.
Он заметил её взгляд, вытянулся и закрыл лэптоп.
— Чем занимаешься? —
— Это специальный проект. — Он взглянул на неё. — Знаешь, когда я последний раз писал коды?
— Шесть лет назад? — предположила Дагмар. Именно тогда «ПфН Софт» начала приносить прибыль.
— Именно. — Он пожал плечами. — Мне нравится писать коды. Но достигнув успеха, мне больше не нужно этим заниматься. Так что работаю потихонечку для себя.
— А что пишешь? — спросила Дагмар.
Он поморщился.
— Пока не скажу.
— Но это связано с экономикой?
Чарли посмотрел на фигурки Пинки и Брейна на столике.
— В некотором смысле связано.
— Пишешь биржевую программу?
Он неопределенно взглянул на Дагмар.
— Да много чего, — ответил он. — Тем более, «ПфН Софт» уже выпустила «Риэлто».
— Обмен валюты?
Он дёрнул плечами.
— Продавцы валюты сейчас обваливают евро, — сказала она.
Чарли снова дёрнул плечами.
— Уже нет, — ответил он. — Там вмешались центральные банки, плюс нефтяные шейхи бросились защищать свои любимые бутики.
— Считаешь, шейхи не хотят, чтобы «Гуччи» подешевел?
— Только не ценой способности европейцев покупать арабскую нефть.
— А китайцы?
— Китайцы тоже поучаствовали, — сказал Чарли. — Но на самом деле, вина за всё лежит на немцах и французах. Евро поддерживается путём запутанного соглашения между странами, имеющими различные взгляды на экономические процессы, вроде инфляции. Однако французы и немцы с самого начала принялись жульничать — их экономики самые крупные в регионе, вот они и решили, что им всё позволено. В итоге, они подставили под удар собственную национальную валюту и теперь расплачиваются. Я сегодня смотрел, евро упал на 30 процентов.
— А что с долларом? — спросила Дагмар.
Чарли вскинул брови.
— Постучи по дереву, — ответил он.
Дагмар смотрела на него и потягивала текилу.
— А что, если русская мафия решила обрушить евро? — спросила она.
Казалось, Чарли задумался над её вопросом.
— Не думаю, что им хватит сил обвалить серьезную валюту, — произнес он. Он выпил колы, поднял с пола один из белых ящиков и поставил на колени. — Но я тебя звал не для этого. Хочу, чтобы ты кое на что взглянула.
Он протянул ей коробку. Та оказалась довольно лёгкой. Она открыла коробку и достала из неё упакованное в серый пластик зарядное устройство, размером с её телефон. У него имелся небольшой экран, две кнопки с буквами «Y» и «N» и небольшой пластиковый сосуд с зелёной крышкой.
— Это что? — поинтересовалась она. — Самый тормозной компьютер?
— Это… короче, возьми лучше мой, я его только что зарядил. — Чарли зарылся в бумаги на диване и извлёк оттуда идентичное устройство. Он зажал на несколько секунд какую-то кнопку и экран ожил.