Это наш мир

Сахаров Василий Иванович

На третий день с момента гибели крылатой девы, сотни тысяч вражеских солдат, при поддержке чародеев, пошли на штурм Карашга. Первый натиск мы хоть и отбили, но с серьезными потерями в личном составе. Врагов положили тысяч двадцать, не меньше, а своих потеряли полторы тысячи. А это очень серьезные потери, особенно с учетом, что мы в обороне. Поэтому я принял решение оставить город и, подпалив Карашг, из которого давным-давно было вывезено все ценное, через пока еще слабые заслоны на восточном направлении, мои войска вырвались на оперативный простор и стали отступать.

Противник нас, конечно же, преследовал. Но раз за разом попадал в умело расставленные

ловушки, и нес постоянные потери от партизан, диверсантов и оборотней, так что отходили мы организованно. А помимо того по ночам захватчиков тревожили вампиры клана Тейг, которые долгое время неизвестно где находились, а сейчас снова объявились. И когда поздним вечером к моему походному костру вышел Эркель, я сразу насторожился и подумал, что кровососы вернулись не просто так. Следовательно, нельзя исключать появления новых убийц от Шамми или прихода в наш многострадальный мир его ипостаси.

Разумеется, я задал Эркелю несколько наводящих вопросов. Вот только он отморозился и сделал вид, что не понимает о чем речь, или уводил разговор в сторону. Давить на него нельзя, точнее, можно, но чревато негативными последствиями. Ничего нового я не узнал и, проводив вампира, сразу начал готовиться к возможным неприятностям. Проверил оружие и артефакты, а потом влетел в палатку Вандиля и насел на него с требованием поскорее разобраться с трофеем, который я снял с крылатой девы.

Чародей работал. В его просторной палатке было светло. Он сидел за раскладным столиком и пристально рассматривал разобранный на части трофейный артефакт. А потом Вандиль кинул на меня взгляд, усмехнулся и спросил:

– Что, Уркварт, беду чуешь?

– Непосредственной опасности нет, - присаживаясь напротив него, ответил я. – Однако все слишком зыбко и надо подстраховаться. Лишний козырь мне сейчас не помешает.

– Это да… - соглашаясь, протянул он и, кивнув на стол, спросил: - Сможешь объяснить принцип работы этого артефакта?

Я пожал плечами:

– Попробовать можно.

– Ну-ну, интересно.

Артефакт «Благословение Энги» в разобранном виде состоял из семи деталей. Пять небольших разноцветных камней, круглый бронзовый диск с полостями и золотой шестисантиметровый стержень, который покрывали мелкие, едва различимые руны. Когда я его увидел и осознал, что камни это кмиты, точно такие же, как в моем теле, только в другой модификации, все быстро встало на свои места. Поэтому с ответом я не тянул:

– Камни - это кмиты, обработанная и видоизмененная магами смола священного Древа Жизни. Диск – накопитель энергии. Золотой стержень – блок управления и связи с носителем.

Вандиль почесал затылок, снова посмотрел на меня, прищурился и сказал:

– В общем-то, все верно. Но откуда тебе это известно? Иллир рассказал?

Я рассмеялся, а когда чародей начал нервничать, снова стал серьезным и уточнил:

– Ты ведь знаешь, что я носитель четырех кмитов?

– Да, - он кивнул.

– Вот и сравни меня с этим изделием. Да я сам по себе ходячий артефакт, только камней в моем теле меньше. Во мне кмиты. Они заряжаются от моего тела, которое способно пропускать и аккумулировать энергию дольнего мира. Чем сильнее я становлюсь, тем быстрее перезаряжаются кмиты и тем мощнее они становятся. А блок управления в моей голове.

– Какой простой, свежий и оригинальный взгляд, - задумчиво произнес чародей, немного подумал и подтвердил то, что я озвучил: - Ты полностью прав, Уркварт. Хотя я уверен, что «Благословение Энги» делали не в этом мире.

– Неважно, где его сделали, - я махнул рукой. –

Это несущественно. Понятно же, что Древа Жизни есть и в других мирах, а технология преобразования и использования кмитов существует уже много тысяч лет. Гораздо важнее другое. Как трофейные камни лучше всего использовать? При условии, что внедрить в себя новые кмиты я не смогу.

– Есть один вариант, - сказал чародей, выложил на стол толстую серебряную цепь с ячейками для удержания артефактных камней и объяснил свою идею: - До внедрения кмитов в свое тело эльфы не додумались, а многократное использование одного камня с наложенным на него отпечатком конкретного заклинания являлось секретным знанием очень узкого круга чародеев. Но кмиты использовались. Как правило, они насаживались на цепь активации, и одноразово применялись в случае необходимости. Минимальное количество камней на такой цепи – три. Максимальное – десять камней. У короля Эйнура, последнего правителя независимого Майдина, в битве за Кристалиер была именно такая цепь. Кмиты по максимуму заряжались энергией, а после использования распадались. Однако если вместо одноразовых камней поставить в цепь более совершенные кмиты с возможностью перезарядки, они тоже станут работать. Хотя восполнять в камнях растраченную энергию будет трудно. Если тебя такое изделие устроит, то уже завтра ты получишь цепь активации с кмитами из «Благословения Энги».

– Согласен, - не раздумывая, согласился я.

– Тогда иди, не мешай работать.

– Погоди, - я задержался. – У меня еще пара вопросов.

– Спрашивай.

– А вернуть кмиты обратно в «Благословение Энги» можно?

– Да. Только работать он не будет. В нем блокираторы на представителя чужого религиозного культа и в полевых условиях заменить блок управления и связи я не смогу.

– Ясно. Теперь по заклинаниям. В трофейном артефакте пять кмитов.

«Огнешар», «Щит», «Регенерация» и «Кислотный дождь» - заклинания известные. А что такое «Прыжок»?

– Это та самая телепортация, с помощью которой Келли быстро удирала. Только мы привыкли, что порталы перебрасывают объекты на дальние дистанции. А это нечто вроде малого телепорта в пределах видимости того, кто использует заклинание.

– Благодарю за разъяснение.

После беседы с чародеем настроение заметно улучшилось. Пять дополнительных заклинаний, одно из которых, как и подаренный учителем телепорт-эвакуатор, конечно, усилят мою мощь и повысят шансы на выживание. Поэтому, когда я покинул палатку, на моем лице была улыбка. Я прошелся по ночному лагерю и подумал, что пора спать. Однако передавали новости империи и, вернувшись в свой шатер, я расположился в массивном кресле, которое охранники притащили из разграбленного еще в прошлом году поместья, скинул сапоги, налил вина и, смакуя напиток, слушал магического связиста.

Что такое новости империи? А это очередной проект управления пропаганды Имперской Тайной Стражи. Первые магические связисты появились у меня, их производил объект «Ульбар» и они были дефицитом. Но сохранить технологию в тайне не удалось. Монополистом в этом вопросе я не стал. Поэтому связистов сейчас производят все, кому не лень. Технология развивается, а школа «Трансформ» даже создала собственный центр передачи данных, который был связан с «Ульбаром». Одновременно в сети на приеме может находиться несколько сотен абонентов и тогда в голове мессира Герхи Озанои родилась идея ровно в полдень по времени Грасс-Анхо передавать новости. Идея была одобрена лично императором, и теперь я мог слушать аналог местного радио.