Это наш дом
Шрифт:
За прошедшее время лингвисты смогли создать и внедрить всем колонистам на базе упрощенные гипнопакеты местных языков — так называемого торгового, который худо-бедно понимали все разумные на Арде, эльфийского квэнья и орочьего гархыз-ра. Правда, словарный запас был очень беден, но кое-как объясниться можно будет. Тем более, что словарь ежедневно расширяли, но Леночка, Кэргынавыт и Витька просто не успели установить последнюю версию пакетов и сейчас очень сожалели об этом. Но делать было нечего, и корвет стартовал с крохотного космодрома базы, взяв курс на юг.
Местные техники помогли с изменением
— Кстати, совсем забыла сказать! — вскинулась эскимоска. — Китра переводится на нашу базу! Так что дня через три будем встречать.
— Ура! — обрадовался Витька, вспомнив потрясающую фигуру индонезийки, которой грезил в свободное время.
— Отлично! — вторила ему Леночка. — Я по ней страшно соскучилась!
— Одно плохо, — вздохнула Кэргынавыт. — Вместе с Китрой сюда переводится Алесия, она нам тут устроит кавардак…
— Вот только этой хитрой проныры и не хватало! — поморщилась пилот. — Уверена, что она в первую же ночь к нам в постель залезть попробует, она, зараза такая, не одну семью уже разрушила…
— А зачем ей это? — удивился Витька.
— Нравится, наверное, ссорить людей между собой, — пожала плечами Леночка. — Если честно, я давно подумываю сообщить о ее выбрыках в Психологическую службу. Есть в этой ее страсти рушить чужие семьи что-то ненормальное, скорее даже патологическое.
— А и сообщи, — кивнула Кэргынавыт. — Я ей нашу семью разрушить не позволю! Если что, и морду набью. Вить, будь готов, что Алесия сразу к тебе прилюдно в штаны полезет, я ее тебе заранее покажу. Если пожелаешь, можешь ее поиметь, красивая сволочь, но она постарается, чтобы это обязательно произошло на наших глазах. Не понимает, дуры кусок, что нам это безразлично, что мы сами, в случае чего, ее к тебе притащим и раком поставим. Только не слушай то, что она тебе в уши лить станет!
— Не буду… — растерянно пробурчал парень, не думавший, что среди имперок тоже бывают откровенные стервы.
Его до онемения поразило поддержанное Леночкой разрешение поиметь стороннюю женщину, причем даже у девочек на глазах. Похоже, они действительно не имеют понятия о такой штуке, как ревность. Хотя тогда как эта самая Алесия разрушала семьи? Ведь слова ее Витьку крайне мало интересовали, он Леночку с Кэргынавыт попросту обожал, и все, что кто-то может сказать о них, для него никакого значения не имело.
«Колибри», тем временем, достиг южной границы Большого леса, занимавшего, как минимум, четверть материка, бывшего размером не меньше Евразии, только имевшего другую форму. Этот огромный лес принадлежал эльфийским кланам, которые остальные народы очень хотели оттуда выбить — им катастрофически не хватало жизненного пространства. Но остроухие вполне успешно отбивались от любых нашествий,
Корвет двинулся над границей леса и степи на такой высоте, чтобы снизу казался какой-то птицей. Не хотелось бы, чтобы его приняли за дракона, а то летающие ящеры на Арде водились, и ученые себе уже головы сломали, пытаясь понять, как эти огромные твари могут летать. Они очень хотели найти труп дракона, чтобы препарировать его. Причем убивать летающих ящеров строго-настрого запретило руководство, подозревая, что те разумны, очень уж необычно они вели себя, совсем не как животные.
Пару раз удалось заметить стычки небольших отрядов людей, эльфов и орков. В одном из отрядов даже имелись бородатые коротышки, закованные в железо с ног до головы. Видимо, гномы. Но эти стычки были настолько жаркими, что имперцы вмешиваться в них не стали. Спасенные от смерти вполне могут накинуться на спасителей, а стрелять в них не хотелось, хотя ручными плазмерами снабдили на всякий случай всех.
Внизу промелькнуло селение, в котором разведчики заметили отряды эльфов и орков, причем они почему-то не сражались друг с другом, а вполне мирно стояли вокруг большого помоста, на котором шли какие-то непонятные приготовления.
— Стоп, вернись назад! — вдруг всполошился Витька. — Это то, что нужно!
— Что там? — удивилась Леночка, разворачивая корвет обратно к селению.
— На том помосте две девушки, эльфийка и орка, — ответил парень, лихорадочно запуская дополнительные сканеры. — Их однозначно казнить собрались, причем каким-то страшным способом! Там жуткие станки устанавили, растянув бедных девочек в них! Их надо спасти, обязательно надо! Не знаю, откуда у меня такая уверенность, но действительно надо! Вы подумайте, эльфы и орки собрались вместе, чтобы наблюдать за казнью двух девушек из своих народов. И даже не думают спасать их, смотрят, сволочи! Вместе! Это не просто так.
— А действительно, — задумчиво покивала Кэргынавыт. — Хорошо, сейчас подготовлю большой станнер, его залпа хватит, чтобы усыпить всю эту деревню. Луч настрою таким образом, чтобы миновать плаху, нам девочки в сознании нужны.
— Только быстрее! — поторопил ее Витька. — Там какой-то здоровенный мужик железные жезлы в жаровне накалил и идет с ними к бедняжкам. Не знаю, что он делать собрался, но лучше не допускать этого!
— Поняла, — отозвалась эскимоска и активировала станнер. — Готово! Начинаю.
Фалариэль с молчаливым ужасом взирала на приближающегося палача с раскаленным жезлом в руках и понимала, что сейчас с ней случится что-то очень страшное. Понятно, что молчать она сможет недолго и вскоре заорет так, что голос сорвет. Эльфийка покосилась на привязанную на соседнем станке Рхаргу. Та в ответ оскалилась и беззвучно прошептала: «Терпи и молчи!». Но Фалариэль понимала, что не сможет смолчать, не выдержит того, что с ней собираются сделать. Поняла это и орка, поскольку закатила глаза и продолжила ждать приближения палача. Она-то все выдержит, не позволит этим скотам подумать, что Рхарга слабая! Умирать придется долго, орка видела, что им с подругой уготовили, и все пыталась понять, за что с ними так.