Это мы
Шрифт:
– Привет, парни, – Макс уверенно садится в кресло и тёнет меня за собой – я осторожно приземляюсь на его колени, чувствуя, как его рука опустилась мне на талию. – Это Лина.
Я улыбаюсь и как-то рассеянно махаю рукой: мол, рада знакомству.
– Дрю, – чернокожий парень показывает два пальца, мне кажется, что ему уже хватит пить: он пытается смотреть на меня, но его глаза косят куда-то в сторону.
– Даниэль, – он сидит дальше всех, поэтому ему приходится немного перекинутся через друзей, чтобы меня увидеть.
– Питер, – милый парень с забавным шрамом на щеке смотрит прямо мне в глаза. Он сидит
Адлер возвращается только через пару минут, он плюхается на место Питера и насмешливо оглядывает нас с братом.
– Вот, держите.
Парень протягивает полулитровый стаканчик мне – я неуверенно беру алкоголь и делаю глоток – а Максу одну из бутылок с пивом, которые он держал за горлышки в одной руке.
Я продолжаю упорно молчать.
– Помните, я рассказывал, про ночные гонки через город? – Максимус откидывается на спинку кресла – я слышу, как он делает глоток и немного медлит.
– Да, и что, наши мышки решили поиграть? – Адлер смотрит на брата, вертя в руке банку.
– Дата ещё не назначена, но я думаю, что уже скоро…
Я их не слушаю. Моё внимание привлекает забавная картина: в противоположном углу комнаты в кресле уже совсем пьяный в отключке валяется какой-то парнишка. Рядом с ним стоит блондинка и два парня. Они что-то делают, но что именно я не могу разглядеть из-за их спин. Вскоре девушка и один из парней уходят, но последний продолжает нависать над беднягой и, наверное, доделывать какие-то детали, что не захотели сделать остальные. Я слышу смех, некоторые ребята останавливаются и разглядывают шедевр, которым сейчас занимается незнакомец. Минуту он возится, а затем выпрямляется и отряхивает руки, словно после какой-то тяжёлой работы. Он уходит боком, а из-за танцующих ребят я не успеваю разглядеть этого хулигана. Зато я отчётливо вижу то, чем он был занят всё это время.
Пьяный тусовщик полулежит в небольшом кресле. На голове его женская бардовая шляпа, которую обычно носят пожилые женщины, вокруг его шеи намотан неизвестно откуда взявшийся песец, а его губы накрашены ярко-красной помадой. И глаза! Они густо подведены синими тенями, отчего мне отсюда кажется, что у него два огромных фингала вместо век.
Невероятно! Я улыбаюсь, сдерживая приступ хохота, и делаю ещё один глоток.
СЛОТ – Сумерки
***
Прошло уже два часа, а мне кажется, что мы сидим тут целые сутки. Я до сих пор на коленях у брата, мы так и не поднимались на ноги за всё это время. От музыки начинает болеть голова, а я даже не обращаю внимания на то, как Макс, для показухи, прижимает меня к себе и дышит в шею – я лежу на его груди и задумчиво скольжу глазами по комнате. Хочется спать и поскорее отсюда уйти.
Почти вся гостиная опустела: народ перебрался на задний дворик дома и там под открытым воздухом устроил продолжение вечеринки. Какая-то парочка открыто целуется у стены, ни на кого не обращая внимания, – парень прижимает девушку к твёрдой поверхности и настолько сильно задирает её юбку, что я даже отсюда вижу её бельё. Мне кажется, ещё немного, и он возьмёт её прямо здесь.
Какая-то девчонка с бутылкой пива спускается по
Парень с девушкой танцуют медленный танец, тесно прижимаясь друг к другу и совсем не попадая под ритм, потому что прямо сейчас играет какой-то быстрый клубняк. Такое ощущение, что они находятся в каком-то своём выдуманном мире и совершенно не хотят оттуда возвращаться. Я даже им в какой-то степени завидую.
Мы все молчим уже минут пять.
Перевожу глаза на парней и случайно замечаю на себе взгляд Адлера. Он смотрит, не моргая, вообще не двигаясь, лишь теребя почти пустую бутылку своими пальцами. Его зелёные глаза задумчиво прожигают во мне дырку, хотя они какие-то туманные и отстранённые, и кажется, что он вовсе меня не видит. Однако когда он, наконец, понимает, что я смотрю на него уже почти минуту, то легко приподнимает уголок рта и делает глоток. Я повторяю его действие и подношу к губам стаканчик, мы смотрим в упор, а его взгляд так и кричит: «я подмешал в твой алкоголь лёгкое снотворное! Сегодня развлечёмся».
Меня накрывает какая-то липкая волна паники от собственных глупых мыслей, я инстинктивно прижимаюсь к Максу ещё больше, а ему хоть бы что. Адлер опускает бутылку на пол и скользит глазами по моим ногам, задерживаясь взглядом на них немного дольше, чем я бы хотела. Брат этого не замечает.
Я смотрю на голую грудь Адлера, которая видна из-под рубашки, и слышу, как он усмехается. Отвожу взгляд в сторону и колеблюсь ещё несколько секунд, а потом немного разворачиваюсь и шепчу на ухо Максимусу, едва ли касаясь губами его мочки.
– Я хочу домой.
Он поворачивает ко мне голову и внимательно смотрит в глаза, словно впервые видит или же совсем не видит и думает о чём-то своём. Медлит: я чувствую, как его пальцы рук немного подрагивают. Мне уже начинает казаться, что ещё мгновение, и он согласится покинуть эту скучную, для меня по крайне мере, вечеринку, но наше молчание нарушают.
– Вы чего скучаете? – к нам подходит Питер, парень с забавным шрамом. – Все уже на улице развлекаются, а вы как старые девы тут торчите!
– Наша влюблённая парочка никак не может отцепиться друг от друга, – Адлер немного расслабляется и откидывается на спинку дивана, словно благодарит парня за то, что он разрядил обстановку.
Питер склоняет голову к плечу, мне кажется, он немного качается из-за алкоголя.
– Вы тут третий час сидите, тискаетесь, а даже ни разу не поцеловались, – выдаёт он.
– Кстати, да, – хозяин дома смотрит на нас с ухмылкой.
– И что? – Макс напрягается, я чувствую это всем телом, а во мне накапливается липкие капли страха, словно мёд, только что вынутый из улья.
Они молчат, лишь насмешливо смотрят то на меня, то на брата. Я теряюсь.
– Давайте, ребята! – Питер весело смеётся. – А то я не верю, что вы пара. За всю вечеринку ни одного поцелуя, совсем нереально.
Я начинаю нервничать.
– Мы не целуемся для показухи, – пытаюсь отшутиться я, но Адлер перебивает.
– Да посмотри туда. Они даже не стесняются никого, можно скоро уже бесплатное порно смотреть, – блондин кивает в сторону парочки, которая всё так же целуется у стены, и отрывисто смеётся.