Это дикое сердце

Линдсей Джоанна

— Марио.

— Марио? — Кортни нахмурилась. — Где-то я уже слышала?..

Вспомнила! В ту ночь, в бреду, Чандос упоминал это имя. Что же он говорил? А, чтобы Калида шла в постель к Марио…

— Значит, ты дружок Калиды? — презрительно спросила она.

— Мы родственники.

— Ах, еще и родственники? Очень мило! Ее тон еще больше встревожил Марио.

— Моя одежда, сеньорита… Можно я оденусь? Кажется, я ошибся.

— Нет, Марио, ты не ошибся, это твоя родственница ошиблась. Да, конечно, одевайся! — Она почувствовала бешенство. — И поживее!

Он торопливо начал

одеваться, и Кортни принялась разглядывать его. Это был крупный мужчина — не столько высокий, сколько мускулистый, с очень широкой грудью. Неудивительно, что она чуть не задохнулась под его тяжестью. Боже, да он мог переломить ее как тростинку. И уж конечно, запросто овладел бы ею, если бы захотел взять ее силой. Слава Богу, он оказался не таким уж негодяем.

— Ну, я пойду, — с надеждой в голосе проговорил он. — Если позволите, конечно.

Это было сказано в расчете на то, что Кортни опустит револьвер. Но она не сделала этого — Минуточку, Марио. Что именно сказала тебе Калида?

— Солгала, я думаю.

— Не сомневаюсь, но что именно? Марио решил не запираться:

— Она сказала, что вы проститутка, сеньорита, и приехали в Аламеду работать в заведении Берты.

Щеки Кортни запылали огнем.

— Что это за заведение? Публичный дом?

— Si, и очень хороший.

— А что же тогда я делаю здесь, если мне следует находиться там?

— Калида сказала, будто у вас что-то с ногой.

— Это правда.

— Она сказала, что вы поживете здесь с ее мамой, пока не поправитесь.

— А что еще она сказала тебе. Марио? Выкладывай!

— Боюсь, вам это не понравится.

— Говори! — решительно потребовала Кортни.

— Она сказала, что вам нужен мужчина, сеньорита, что вам… тяжко ждать, пока… пока вы переедете к Берте. Она говорила, что вы просили ее подыскать вам мужчину, что вам… невтерпеж.

— Боже, зачем все это вранье? — взорвалась Кортни. — Она так и сказала — «невтерпеж»?

Он энергично закивал, не сводя с нее испуганных глаз. Гнев исказил ее лицо, а дуло револьвера по-прежнему было направлено ему в самое сердце.

Но тут она удивила его.

— Можешь идти! Нет, не возись с сапогами! Возьми, потом наденешь. Да, и еще, Марио, — остановила она его в дверях. — Если ты еще раз появишься в моей комнате, я прострелю тебе башку.

В этом он не сомневался.

Глава 35

Калида всю ночь прождала Марио в салуне, но он так и не вернулся. Когда салун закрылся, она пошла к нему и ждала его там. Часа в четыре утра она наконец заснула.

Кортни тоже ждала, когда вернется Калида. Она мерила шагами комнату, все больше вскипая от гнева. Она слышала, как в десять часов вернулась из гостей Мама, но после этого дом затих. Тогда она легла спать. Не идти же в салун искать Калиду!

В воскресенье утром и Калида, и Кортни проснулись рано, хотя обе почти не спали ночь. Для Калиды это был почти подвиг — она привыкла вставать поздно. Но ей не терпелось узнать, чем закончилась история, которую она вчера так ловко подстроила.

Марио так и не вернулся, из чего она заключила, что он соблазнил gringa

и провел с ней всю ночь Отлично! Теперь оставалось подумать о том, как преподнести эту новость Чандосу. Самодовольно улыбаясь, она вышла из салуна.

Марио видел, как она, пританцовывая, шла по улице. Он и любил эту puta, и ненавидел. Ну ничего, она сыграла с ним последнюю шутку! Марио знал, о чем она сейчас думает. Он нарочно не вернулся домой, чтобы смешать ей карты. Он знал, что она будет поджидать его там со своими расспросами, поэтому пошел к Берте и напился В эту ночь он не сомкнул глаз Теперь Марио засылал на ходу. С рассвета он стоял у окна борделя, ожидая появления Калиды Заведение Берты находилось на окраине городка, и оттуда четко просматривалась вся улица.

Пятнадцать минут назад он видел, как в ломе его родственников распахнулось окно спальни gringa. Значит, она уже встала А пять минут назад из дома вышла Мама и направилась в церковь.

Марио много отдал бы сейчас, чтобы попасть в дом и посмотреть, что будет. Но он был счастлив уже от того, что в первый раз коварные планы Калиды провалились. И поделом ей! Знала бы, каково это — стоять под дулом револьвера разъяренной женщины! Наконец он оставил свой наблюдательный пост и пристроился в кровати рядом с храпевшей шлюшкой.

Кортни стояла в кухне у плиты и наливала себе кофе, приготовленный Мамой перед уходом в церковь. Кровь в ней кипела. Всякий раз при мысли о том, что могло случиться ночью, ее обуревала ярость.

Войдя в кухню и застав там Кортни, Калида удивленно округлила глаза. Она не ожидала увидеть ее в столь ранний час.

Мексиканка прошла вперед, небрежно покачивая бедрами. Заметив осунувшееся и усталое лицо Кортни, она понимающе усмехнулась.

— Как провела ночку, puta? — спросила она, хихикая. — Марио еще здесь?

— Марио ушел, — тихо и спокойно произнесла Кортни. — Он испугался, что я его пристрелю. Усмешка сползла с лица Калиды.

— Врешь! Где ему быть, как не здесь? Домой он не приходил.

— Наверное, он в постели у какой-нибудь другой женщины. В этом доме он не добился ничего.

— Ну как же, рассказывай! Вот только поверит ли в это Чандос? — язвительно заметила Калида.

Тут Кортни все поняла. Значит, она задумала все это из-за Чандоса! Как же она сразу не догадалась!

Размахнувшись, она влепила затрещину Калиде. Калида взревела, и женщины набросились друг на друга. Спустя мгновение они уже катались по полу. Калида имела большой опыт по части потасовок и не гнушалась грязными средствами. Кортни же никогда не дралась, но, давая выход захлестнувшей ее злости, делала это яростно и отчаянно.

Она еще два раза хлестнула Калиду по лицу, вторым ударом расквасив ей нос. Но Калида так сильно пнула ее коленом в живот, что Кортни ослабила хватку. Мексиканка вскочила на ноги и бросилась к кухонному шкафчику. Кортни тоже поднялась, и в этот момент Калида повернулась — с ножом в руке и диким ликованием во взгляде.

Кортни застыла на месте, почувствовав, как волосы зашевелились у нее на голове.

— Ну, что же ты встала? — насмешливо бросила Калида. — Ты хотела моей крови. Так иди и возьми ее!