Это был просто сон...
Шрифт:
— Спасибо, Кмеле, — сказала Ирина. — Без тебя бы я точно сгинула.
— Не за что. Слышь… Я все твои активы на вызов ухлопала. Ты теперь на нуле.
— Ничего, — мягко сказала Ирина. — Главное, головы у нас с тобой целы. И у тех девчат тоже…
— Угу. Это знаешь почему так дорого влетело? Мы на Симкаане оказались, за семь орбитальных поясов от Анэйвы. Повезло, что эти придурки межпланетный терминал не заблокировали. А то свистели бы мы сейчас…
— Верно, — согласилась Ирина. — А когда ж это они успели нас на другую планету
— Дарг их знает. Может, у них тоже портал был…
— Что-то тут не стыкуется, — задумчиво проговорила Ирина. — Как-то совсем уж… Ну, к примеру, откуда там терминал оказался?
— Ой, да их всегда на крышах ставят! — отмахнулась Кмеле. — Чего там подозрительного-то?
— Да все. Уж слишком легко мы убежали. Прямо хеппи-енд какой-то.
— Чего-о?
— Хеппи-енд. Счастливый конец. Это, знаешь, когда в сериалах на главных персонажей валятся все шишки, одна хуже другой. А в итоге все равно все остаются счастливыми, довольными собой и жизнью. Зачастую вопреки всякой логике и здравому смыслу, между прочим.
— Даешь! — поразилась девочка. — Ты еще недовольна! Да ты радуйся, что вообще жива осталась!
— Я и радуюсь, — медленно проговорила Ирина. — Но вся эта ситуация мне крепко не нравится. Что-то тут конкретно нечисто.
— Это пусть уже братец Клаверэль разбирается, — решительно и с изрядной долей неприязни заявила Кмеле. — Кто у нас тут барлаг, он или ты? Вот бы ему по башке надавали… за косяки насчет безопасности! Это ж он должен был следить, чтоб людей на улицах не похищали…
— А, он тебе наверняка уже вложил по первое число, — понимающе кивнула Ирина. — И я даже догадываюсь за что!
— Слушай, но хоть ты-то мне морали не читай, ладно?! — возмутилась Кмеле. — Сейчас еще Фарго придет… и тоже вложит. За ним не задержится, можешь быть уверена.
— Кмеле, а что с твоими кудрями случилось? — Ирина поспешила сменить тему.
Девочка вытянула из прически одну косичку, — она вновь заплела волосы по-старому, во множество тоненьких косичек, — повертела ее перед глазами, внимательно рассматривая.
— И глаза тоже, — добавила Ирина.
— Ерунда, — заявила девочка, но голос все-таки дрогнул. — Испугалась я здорово, вот и все.
— Кмеле, — осторожно проговорила Ирина, — полную голову седины в твоем возрасте, — и в той ситуации! — нажить можно было лишь в одном случае.
Личико Кмеле мгновенно приняло неприступное выражение.
— Одним словом, я понимаю теперь твоих родичей…
— И ты туда же, — злобно ощетинилась Кмеле.
— Кмеле, послушай…
— А не хочу! Как вы мне все надоели, сил уже никаких на вас нет, чтоб вам всем сдохнуть! Достали…
Она демонстративно повернулась к Ирине спиной. Весь ее вид говорил: нет в этой жизни счастья, хоть плачь, топись и вешайся…
Ирина немного подумала, потом все же встала и вышла.
Коридорчик вывел ее в круглый холл-перекресток. Сейчас там было пусто, если не
— Ну, что, охламон? Долетался?! — сурово выговаривал Клаверэль барлаг тоненькому пареньку в лиловом плаще. Плащ пятнали желтые полосы повязок, нижний край с одного бока топорщился живописными лохмотьями.
— Р-раздолбай, мать твою! Ак-лиданы что говорят?
Разговор шел на языке рианков, так что Ирина прекрасно понимала каждое слово. Феолэск отвечал тихо, виноватым голосом. Слава Богу, сумел спастись! Ирина вспомнила, как расплакалась от счастья, когда узнала, что крылатый юнец не достался бандитской плазме.
— Так тебе и надо, — сердито заявил Клаверэль барлаг. — Будешь знать другой раз.
Он увидел Ирину и кивнул ей, а потом заявил напоследок, обращаясь к юному сийту:
— А право на использование гиперпортала я не верну, так и знай. Все равно оно тебе в ближайшее время ни к чему!
После чего сделал ручкой и пошел по своим делам. Феолэск смотрел ему вслед с крайне пакостным выражением лица. Если б не Ирина, он наверняка бы показал язык вслед зануде-барлагу. Ну, или не язык, а что-нибудь в том же духе: мерзкую рожу, неприличный жест, — какая, в сущности, разница?
— Как вы? — участливо спросила Ирина.
— Нормально, — скупо улыбнулся Феолэск.
— Летать хоть сможете потом?
— Отчего же? Смогу, и еще как, — он помолчал, а потом честно признался: — Только не в этом году. И даже не в следующем.
— А та девочка, Свити?
— Вот о ней — забудьте, — помрачнел юноша. — Не выживет…
— А почему?
— Сайфлопов помните?
— Еще бы!
Ирина рефлекторно взялась за руку, в том месте, на которое пришелся укус этой адской твари. Шрама давно уже не осталось, но с воспоминаниями было сложнее — память дама капризная. Что не надо, то и бережет с особым тщанием.
— Наша физиология в грубых чертах схожа. Метаморфоз — это такой специфичный этап взросления… Организм впадает в летаргическую спячку — на несколько дней. От пятнадцать дней до полугода, у кого как… А потом…
— Я поняла, — торопливо проговорила Ирина. — У нас… на планете, откуда я родом, есть… существа со сходным циклом развития.
Что за каприз эволюции — дать разум бабочкам-переросткам?! Добро хоть, детишки у них вполне человеческого вида, не гусеницы там какие-нибудь ползучие…
— Свити — надзеола… девочка. У нас девочек мало рождается мало, это тоже особенность физиологии. Поэтому они пользуются большими привилегиями, с самого раннего детства. И сбить женский метаморфоз стрессом, побоями, плохим питанием, — это подлинное преступление. Мы сделали для Свити все, что было в наших силах. Но… Не выживет, — Феолэск стиснул пальцы. — Я не знаю… я… мы постараемся… Но сразу все плохо пошло, очень плохо. Разве что случится чудо… Проклятые ублюдки!
Он замолчал. Ирина тоже не нашлась, что сказать. Все было понятно без слов.