Этап семи небес: Эхо разрушений
Шрифт:
— Ах… а вот и мой непутевый братец. Ну? Отдохнул?
– Из очередного поворота навстречу властелину выпорхнул родственничек этого тела, беглого взгляда было бы достаточно, чтобы определить в нем воплощения нарциссизма. Тонкие ухоженные пряди белокурых волос закручивались на макушке, в замысловатую прическу скрепленной заколкой из какого то драгоценного камня. Пестрый наряд, переливающийся в свете магических светильников, самодовольная улыбка, петушиная осанка и взгляд, сочащийся собственным обожаниям.
А вот его “остроумие” выраженное словом “отдохнул”, явно не понравились новому хозяину тела. Дело
Но подобного обращения Темный к себе терпеть не собирался, ”Такие как ты, ртом воздух ловили в местах, где я пердел, и рады были”. Люсьен не обратив внимания на обозленное лицо Витара, встал в позу видимо значащую “Проползай между ног”, и принялся смотреть с легким интересом на происходящее. Медленно подойдя к Люсьену темный насадил пах нарцисса на братское колено, заставив того взвизгнуть и свалиться на пол. Регенерация вампира это не шутка, уже через пару мгновений Люсьен был в относительной норме и попытался вскочить, однако подошва сапога впечатала смазливое лицо в пол, а затем снова и снова, удары сыпались бесконечной чередой не давая опомниться благородному юноше, вид которого сейчас напоминал избитого раба за плохо вычищенные конюшни.
Витар не сдерживался и лупил в переплетения нервов, связки и наиболее широкие сосуды вызывая их разрыв, но повреждения восстанавливались удивительным образом, чему темный был несказанно рад продолжая наслаждаться растянувшимся удовольствием. Но дойдя до определенного момента Люсьен просто отключился, проваливаясь в спасительное для него царство снов. Еще немного попинав безвольную тушку, Витар пошел дальше по коридору в зал приговоров. Там сейчас происходил суд над одним из слуг раскрывшего любовнице “тайны” тренировок молодого поколения, хотя как считал сам темный, тот просто увидел что то лишнее, может одну из ссор между главой рода и его женой, что нередко случались на виду у случайных свидетелей-будущих предателей крови и шпионов. Это было изъято из памяти прошлого Витара, как и знания языка, вместе с другой полезной информацией.
Широкие двустворчатые двери при раскрытии издали неприятный звук, из-за чего собравшиеся в зале синхронно повернули головы в сторону входящего. Витар непринужденной походкой прошелся под перекрестным огнем презрительных взглядов до своеобразной сцены, где закованный в стальные колодки, израненный и грязный обвис на цепях слуга. Сложив ладонь на манер копья, Темный пробил его грудную клетку в области сердца, а затем вынул ее из раны, которая сейчас выплескивала потоки крови.
— Всем итак ясно, что станет с приговоренным, если у вас есть время на пустую трату вечной жизни, это не
Не обращая внимания на ошеломленные лица присутствующих, и побледневшего Люсьена стоявшего рядом со входом в зал, Витар спокойно направился к себе в комнату, сопровождаемый глухим звуком шагов собственных ног пронзающих абсолютную тишину помертвевшего зала. «Чтож, самое время открыть Горнило душ.”
Глава 3: Горнило душ
***Дириан ален Кровей - Глава род Кровей***
Медленно, словно нехотя приходили в себя один за другим Аристократы в “Зле приговоров “.Кто то все еще глядел в сторону дверей, через которую покинул зал Витар, некоторое время назад. Другие же обернули голову к родителям “Недостойного” ребенка, надеясь получить ответы на интересующие многих здесь присутствующих вопросы, однако эти двое похоже находились под еще большим впечатлением. Все таки вечная жизнь накладывает свой след на сознание разумных, и любые изменения даже в повседневности проистекают с куда большим сопротивлением, нежели у смертных славящихся своей непостоянностью.
Сейчас же произошёл настоящий переворот в умах вампиров. Во первых нарушение огромного числа правил и условностей данного ритуала. Ведь это не “Зал наказаний” где проходит непосредственно казнь, а место оглашения приговора, хотя тут Витар прав, ни одному вампиру после подобных обвинений не позволено было жить. Во вторых перемена самого мальчика, бесхребетная пиявка коей считали Витара, не смогла бы с такой легкостью убить своего собрата, да еще и объявить во всеуслышание собственное мнение по поводу тысячелетних традиций рода, не испугавшись наказания.
— Сопляк!
– Возмущённый возглас Ролада привлек всеобщее внимание.
– Да как он смеет нести подобную чушь?! Видимо родители не объяснили пиявке, где должно находиться его место вместе с собственным мнением! Мы не можем просто закрыть глаза на это.
– Никто из собравшихся не удивился подобному высказыванию шатена, и не потому, что были согласны, просто он делил с отцом Витара теплое местечко в гвардии главы рода, которого явно было недостаточно на двоих. Что порождало постоянное соперничество.
— Фи… Ролад настолько жалок что поддался на провокацию мальчишки еще не достигшего первого взросления?- Уриэтта - девушка приятной наружности с вьющимися сиреневыми волосами демонстративно прикрыла носик словно пытаясь скрыться от смердящего запаха - Мне тебя жаль, как бывает жаль собаку в доспехах рыцаря, все таки гвардеец это не то звание которое подобает носить подобному… - И пальчиком очертила окружность в которой находился Ролад. Униженный и оскорбленный шатен почернел от злобы, но сумел сдержать клубящуюся ауру, уже было начавшую принимать очертания алой брони вокруг тела.
— Прекратить безобразие.
– Ледяной голос верховного Кровей превзошел эффект всяческих успокоителей просто обездвижив весь зал - Вы сегодня были созваны чтобы решить судьбу предателя, но никак не для воспаления личных обид, я не доволен.
– Ровный голос ни на секунду не сменил тональности за всю продолжительность речи, однако с каждым сказанным словом огромное давление на вампиров неуклонно росло, отчего неспособные в принципе на подобное свойство бессмертные тела покрылись липким, холодным потом.