Есть только один Дэвид Бекхэм
Шрифт:
У Дэвида было две сестры. В школьные годы его старшая сестра Линн постоянно с яростью защищала своего одарённого братишку, хотя и не разделяла его страсти к футболу. В отличие от неё, его младшая сестра Джоан любила футбол и часто была участницей его тренировок в юности. В школе Дэвид выказывал свою чрезвычайную одарённость и к другим видам спорта. Он играл во все спортивные игры — начиная от английской лапты и заканчивая регби — и, точно так же как и в футболе, в котором он показывал свою доблесть, он действительно блистал как атлет и в других видах спорта. В школе у него очень хорошо получался бег по пересечённой местности, и, кроме того, он был чемпионом своего графства в беге на 1500 м на
Но для юного Бекхэма всегда существовал только один неповторимый вид спорта. В подростковом возрасте футбол, казалось, доминировал в каждом моменте жизни Бекхэма. Посещение Уайт Харт Лейна, где он увидел «Тоттенхэм», на игру которого его отец умудрился достать билеты, стало его самым первым опытом знакомства с матчами команд высшего дивизиона вживую, хотя они также смотрели игру команд «Уэст Хэм» и «Арсенал». Несмотря на то, что среди лондонских футбольных клубов было достаточно команд, которыми Дэвид восхищался, его душа, тем не менее, всегда лежала к «Олд Трэффорду». Ему нравились и другие клубы, но по-настоящему он любил «Манчестер Юнайтед». И это было именно так.
В юности с Дэвидом никогда не возникало серьёзных проблем, хотя нельзя сказать, что он был паинькой. Сандра, его мать, вспоминает, что Дэвид всегда был послушным мальчиком, за исключением того времени, когда в 14 лет он проколол себе ухо. (Сандра просила его не делать этого, но он все равно поступил по-своему.)
В юности он предпочитал просматривать журнал
Match of the Day, а не слоняться по улице, околачивая углы с кем-то из своих друзей. Однако несколько раз он все же задерживался на улице слишком долго. Когда он нарушал установленные для него в семье правила, наказание было строгим, но справедливым — ему запрещали посещать тренировки, и это наказание было для Дэвида суровее любых других.
Первым приработком, который Дэвид в подростковом возрасте получил на неполный рабочий день, была работа в качестве официанта и уборщика в баре на стадионе «Уолтэмстоун Грейхаунд». «Обычно он получал 3 фунта за вечер за то, что собирал стаканы и таскал бутылки, — вспоминает постоянная посетительница бара Диана Глисон. — Его работа состояла в том, чтобы по окончании вечера чистить насосы для пива и следить за тем, чтобы оно и другие спиртные напитки не проливались на стойку бара. Он был чудесным малым, всегда выглядевшим очень изящно и презентабельно. Когда его поддразнивали посетители, его щеки порой заливал румянец, и поэтому его считали стеснительным. Но со временем я поняла, что он может держать себя в руках любой ситуации».
«Среди посетителей была женщина, чрезвычайно часто посещавшая этот бар, которая однажды смутила его, — продолжает Диана. — По возрасту она годилась ему в матери, но, думаю, что она питала к нему вовсе не материнские чувства, поскольку он был очень симпатичным мальчиком, даже в свои 14 лет. Однажды вечером эта леди перебрала со спиртным, выпив чуть больше бренди с содовой, и стала слишком развязно вести себя с Дэвидом. Я случайно услышала, как она говорила ему, что для него наступило время познать, что значит провести ночь с настоящей женщиной. Я подумала: “О боже! Что же будет дальше!” — но я стояла за стойкой бара и не могла вмешаться. Дэвид же просто сказал ей: “Хорошо, я с удовольствием присоединюсь к вам после работы. Но могу ли я взять с собой мою мать и отца?”». Она сразу поняла намёк и заткнулась.
В этом и был весь Дэвид. Он выглядел как зелёный юнец, но на самом деле был достаточно зрелым и взрослым. Мы знали, что он очень хорошо играет в футбол, поскольку даже в то время у него была соответствующая репутация, которую он заслужил после того, как его показали по “ящику” в дет ском возрасте. Но он никогда не бахвалился и не кичился
Замечательные способности Дэвида к спорту отмечались также и в школьном табеле, но, судя по следующим комментариям, ему часто не хватало концентрации внимания:
У ДЭВИДА ОТ ПРИРОДЫ ЗАЛОЖЕНА СПОСОБНОСТЬ ПРЕУСПЕВАТЬ В БОЛЬШИНСТВЕ ВИДОВ СПОРТА. ОДНАКО ЕМУ СЛЕДУЕТ СЛЕДИТЬ ЗА КОНЦЕНТРАЦИЕЙ ВНИМАНИЯ, ПОСКОЛЬКУ В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ ЭТО МОЖЕТ ПАГУБНО ОТРАЗИТЬСЯ НА СФЕРЕ ЕГО ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.
(Комментарии тренера спортивной школы «Чингфорд Скул», зафиксированные в табеле Дэвида, июль 1987 года)
У ДЭВИДА ЕСТЬ СПОСОБНОСТИ, НО ЕМУ ТРУДНО СКОНЦЕНТРИРОВАТЬСЯ. ЕМУ СЛЕДУЕТ НЕМЕДЛЕННО ПЕРЕСМОТРЕТЬ СВОЁ ОТНОШЕНИЕ, ЕСЛИ ОН ХОЧЕТ РАЗВИТЬ СВОЙ ПОТЕНЦИАЛ.
(Запись в табеле Дэвида, сделанная учителем по гуманитарным наукам школы «Чингфорд Скул», 1987 года)
ПЫТАЕТСЯ ВЕСТИ СЕБЯ ПО ПРАВИЛАМ. ТЕМ НЕ МЕНЕЕ ИНОГДА СРЫВАЕТСЯ И ВОЗВРАЩАЕТСЯ К ОБЫЧНОМУ ГЛУПОМУ ПОВЕДЕНИЮ, ДУРАЧАСЬ ВМЕСТЕ С ДРУГИМИ ОДНОКЛАССНИКАМИ ВО ВРЕМЯ МЫТЬЯ РУК. ВЫКИДЫВАЕТ НОМЕРА.
(Из доклада учителя по отечественной экономике, осенний семестр 1989 года)
Нана Боачи является большим поклонником Бекхэма и говорит, что никогда не забудет первый гол будущей звезды на конкурсном матче лиги, поскольку именно он был тем самым вратарём, у которого мяч проскользнул сквозь пальцы. Обоим мальчикам в то время было по 11 лет, и оба они были хорошими друзьями. Но дружба была забыта, когда юный Дэвид Бекхэм заколотил мяч в заднюю часть ворот Наны.
«Около ворот у Дэвида всегда хорошо получались удары с ходу и свободные удары, — вспоминает Нана, который играл в то время за команду „Грассхопперз“ против команды Бекхэма „Риджвэй Роверз“. — Фактически, свободные удары были для него как пенальти, потому что он всегда забивал их.
Тогда была по-настоящему ужасная погода. Дождь лил как из ведра, и поле стало настолько скользким, что арбитр чуть не остановил матч. Но все мы были полны решимости продолжать игру, и разом закричали ему, чтобы он не делал этого. Это было началом нашего настоящего футбольного соревнования, и Дэвид отчаянно желал начать его с гола. Он никогда не был заносчивым, хотя всегда был самонадеянным. Даже в то время вы бы заметили, насколько он был искусным игроком и мог послать мяч в ворота с большей силой, чем другие игроки. Мы, шутя, поспорили, что моя футболка останется чистой, на что он просто ответил своим вкрадчивым голосом: “Посмотрим”. Я знал, что он говорил серьёзно. Мы действительно довольно долго опекали его, но потом, прямо перед окончанием первого тайма, дали ему возможность на свободный удар, пробитый из-за пределов площадки. Дэвид поставил мяч и рассчитал свой разбег…
Я был не по возрасту крупной комплекции, поэтому отражал почти все удары. Мы поставили стенку, но Дэвид отошёл немного назад и с разбегу так закрутил мяч, что тот влетел прямо в верхний угол ворот. Я точно знал, что он собирался сделать, но было невозможно уберечься от его гола. Хотя я и порадовался за него как за своего друга, тем не менее, я был унижен тем, что не дотянулся до мяча». Однако последовавшие за этим матчем другие голы Бекхэма успокоили Нану — сейчас он знает, что является не единственным, кто столкнулся с этим острым нападающим. И, хотя его собственная футбольная карьера не пострадала от этого, он восхищается своим старым другом. «Когда я смотрю по телевизору, как Дэвид забивает голы, я горжусь за него, — говорит Нана. — Недавно мне довелось повстречать его, и это был тот же самый Дэвид. Он любит сам футбол намного больше, чем все то, что с ним связано. И, естественно, он до сих пор помнит тот первый удивительный гол со свободного удара».