Шрифт:
Ура! Мы собираемся ехать смотреть на звезды! Точнее, я буду смотреть, а Игорь – фотографировать. Для этого он готов тащить на себе телескоп и монтировку с электроприводом. А еще коробочку астрокамеры. Ну а я поеду налегке. Мое незнание тонкостей астрофотографии дает возможность просто наслаждаться прекрасными видами и свежим воздухом.
Поездку планировали долго. Готовились, собирались, отслеживали погоду. Потом матерились, когда
Солнце только поднялось над затянутыми в плотные слои тумана одноэтажными домиками, а мы уже в машине. Ползем, переваливаясь, по оставшимся с весны выбоинам дороги. Мимо погруженных в серую вату огородов, мимо сонных людей, казалось, с трудом проталкивающихся через нее. Машина ровно гудит, не обращая внимания на неровности в асфальте.
Нас провожают завистливыми взглядами, кто-то добродушно машет рукой. Еще бы нам не завидовать! Ведь мы едем в Курайские степи в период Персеид. Максимум звездного дождя обещают в середине августа. Мы как раз успеваем разместиться и настроить оборудование. Точнее, Игорь будет успевать, а я посижу рядом.
Наконец дорога из коттеджного поселка соединилась с трассой, и мы покатили по новой ровной дороге. Город проходим стороной, нет смысла заезжать в каменные джунгли, не успевшие остыть от палящего зноя вчерашнего дня. В машине тихо играет музыка, и я ложусь на заднем сиденье в надежде добрать недостаток сна. Игорь сидит за рулем, внимательно следя за дорогой. Он вообще обстоятельный во всем. В том, как ведет машину, как общается с людьми, как разговаривает со мной.
К обеду мы останавливаемся на границе с Республикой Алтай. Выходим размять ноги и немного подвигаться, заодно справить нужду. А что? Тоже неотъемлемая часть любого путешествия. К этому часу полуденный зной наваливается со всем присущим ему старанием. Давит так, что кондиционер в машине едва справляется. Зато под яркими лучами солнца переливается и светится каким-то внутренним светом окружающая нас зелень. Обычно августовская листва приобретает пыльный оттенок и порой начинает опадать, но в этом году июль выдался дождливым, и листочки играют переливами зеленого, все еще крепко держась черенками за веточки.
Температуру в салоне Игорь сделал такой, что при выходе наружу от горячего воздуха перехватывает дыхание. Я всерьез опасаюсь, что мы можем простыть.
Я снова заваливаюсь спать и сплю аж до самых перевалов. На подъеме в Семинский привычно закладывает уши и не отпускает до самого верха. На перевале снова останавливаемся размяться. Заодно купить чего-нибудь вкусного. Я не любитель жареной пищи, так что просто жду, когда Игорь насытится чебуреком и мы двинемся дальше.
Сидя у окна смотрю, как мимо проплывают уходящие ввысь склоны. Зеленые вначале, когда мы только въехали в предгорье. Но чем выше становятся горы, тем больше коричневого и бурого оттенков присутствует на их боках. За перевалами появляются голые скалы. Встречки становится меньше, зато глаза отдыхают от надоедливых вечно мельтешащих в окне машин.
Самые большие толпы туристов всегда были до перевалов. Чем дальше углубляешься в сказочную страну гор, там меньше здесь случайных людей. Мне всегда казалось, что Алтай начинается только после Чике-Тамана. Странное решение принимают люди: ехать в горы, что бы выпить с друзьями. В горах нужно наслаждаться тишиной и запахом трав. Это летом, а зимой я в горах не был. Игорь не любит наблюдать за звездами, когда холодно, ну а я без него в горы ни-ни.
За окном машины иногда проносятся крохотные придорожные деревушки. Всегда серые деревянные заборы, такие же дома из посеревшего дерева, изредка выкрашенные в зеленый крыши. Зато вольно гуляющие стада коров и отары овец всегда радуют мой непритязательный взгляд. Моя б воля, остановил машину и побегал наперегонки с резвыми жеребятами, пасущимися вместе с мамами-кобылами на просторных лугах, раскинувшимися между звонко журчащей речушкой и склонами ближайших гор. Скажете, детство какое? Возможно. Только когда свежескошенная трава пьянит медовыми ароматами, а от перекатов реки во все стороны летят брызги, ловя в свои сети радугу, невольно вспоминаешь детские сны. Сны, в которых не было ограничений и преград, где можно было нырнуть в холодные цветные брызги и полететь над лугом.
Конец ознакомительного фрагмента.