Эспаньола
Шрифт:
Незнакомка, похоже, так не думала. Да и Роберта не спешила вылезать из укрытия.
Может быть, они так стояли бы долго, если бы не вовремя поднявшийся шум снизу. Следом за этим толпа народа стала подниматься наверх, и вот коридор заполнил десяток человек, ощетинившихся различным огнестрельным оружием. Впереди всех стоял бородач, на кожаной жилетке которого красовалась потёртая горой невзгод звезда шерифа. За его спиной спрятался Алонсо. Значит, жив, чертяка, уже неплохо.
— Ну, и кто мне скажет, какого чёрта здесь творится? — требовательно спросил бородач.
— Ну,
— Очень хорошо, — кивнул шериф. — Револьвер на пол. Сеньорита, вам я советую пройти в свою комнату.
Девушка совету последовала, тем не менее, всё это время держала Рамиреса на прицеле.
— Ведите в участок, — сказал шериф.
Бывший контрабандист не сопротивлялся.
— Мне бы хотелось отправиться с вашим отрядом, — пред ясные очи Санчеса предстал Хоакин дель Росарио.
Шериф устало поглядел на молодого человека, так грубо прервавшего его ничего не делание.
— Я уверен, вы собираетесь с утра снова пробраться на территорию Мокарты и продолжить поиски моей сестры.
— Вы понимаете, что добровольно идёте на риск? — после небольшой паузы спросил Санчес. — Причём не риск для жизни, а политический? Это серьёзнее.
— Насколько я знаю, в вашем отряде будет сеньора Чирригарн? И послы Мокарты дали добро на поиски.
— К тому же наше путешествие может затянуться надолго, — продолжил Санчес.
— Это меня тоже не пугает.
— И столкнуться с Республиканской Армией.
— Могу сказать, что это серьёзная сила, действующая в Мокарте полузаконно. Они хотят распространить своё влияние и на наше королевство.
— Вот. Они уже предъявили послу требование. Пусть несколько нелепое, но всё же. Значит, дальше будут и другие, не так ли?
— Согласен.
— Вам лучше остаться в городе, сеньор Хоакин. Когда доставят следующие требования, а они их доставят как-нибудь, ситуация немного прояснится, и вы сможете действовать по обстоятельствам. Мне думается, вы здесь принесёте больше пользы, сеньор, нежели на территории Мокарты.
— Но ведь вы собираетесь туда идти.
— А мне больше ничего не остаётся, — шериф развел руками. — Незадолго до вашего прихода, я имел серьёзную беседу с сеньором да Сильвой. Он берёт все дела в свои руки. Сидеть же без дела и ждать, как повернётся дело, не в моей натуре.
— Я здесь тоже буду сидеть без дела, сеньор Санчес. А у меня руки чешутся хоть что-то делать. Они похитили мою сестру! — глаза Хоакина вспыхнули, не обещая ничего хорошего похитителям, кем бы они ни были.
— Ваш отец знает, что вы собираетесь делать? — спросил Санчес.
— Давайте подойдём к вопросу с другой стороны, — молодой человек опёрся руками о столешницу и пристально поглядел на Санчеса. — Я в любом случае буду что делать. Но в одиночку могу наделать глупостей. В команде же… Позвольте спросить, какой численности у вас команда?
— Шесть человек, — пожал плечами шериф. — К чему вы клоните?
— Шесть, — усмехнулся Хоакин, —
— Я не верю в магию чисел.
— Дьявол! — в сердцах стукнул кулаком по столу молодой дель Росарио. — Я уладил этот вопрос с отцом и с Бартоломео. Если возникнет необходимость, они всё сделают лучше, чем если бы это делал я. Я им только мешать буду. Максимум, что мне грозит здесь, это быть обычным посыльным. Передать то-то туда-то, успокоить матушку…
— Это тоже кто-то должен делать, — сумел встрять Санчес, но Хоакин его не услышал.
— Я способен на большее, сеньор Санчес! И я верю, что вашему отряду будет сопутствовать удача! Я хочу попасть в ваш отряд! Я очень люблю свою сестру и хочу её найти.
Шерифу жутко не хотелось иметь дело с Хоакином. Собственно, эти двое были незнакомы и раньше никогда не встречались. По крайней мере, чтобы близко. Между тем Санчес волей-неволей наблюдал за молодым дель Росарио, когда был в городе и когда это было возможно. Да что там, приходилось и за одним столом сидеть, выпивать. Молодой человек был немного вспыльчив, но служба под началом да Сильвы что-то да значила.
— Хорошо, хорошо, — Санчес поднял руки, — вы в отряде. Только учтите — главный — я! Забудьте, кто вы. Исполняете мои приказы беспрекословно и без обсуждения. К остальным членам отряда относитесь как к равным. И, конечно же, без самодеятельности.
— Согласен, сеньор шериф, — лицо Хоакина расплылось в улыбке. Он протянул руку для рукопожатия, чтобы «узаконить» сделку. — Я весь в вашем распоряжении.
Как только Хоакин покинул полицейский участок, в кабинет вошёл Диего и, не спрашиваясь, уселся на стул сбоку от стола.
— Я слышал ваш разговор, шериф, — сказал он.
— Это хорошо, — Санчес прикурил сигару.
— Хотите знать, что я об этом думаю?
— Я и без тебя знаю, о чём ты думаешь, — усмехнулся шериф. — Ты уже выражал сомнения по поводу Луиса и Кортеса. Теперь хочешь сделать то же по поводу этого гвардейца.
— Луис и Кортес ещё молокососы, шериф, — поморщился Диего. — Возьмите лучше парочку полицейских. Мы переоденемся, и никто не догадается. К тому же наш предыдущий рейд закончился, можно сказать, удачно. Да и кто будет обращать на нас внимания в этой забытой богом дыре? Или, если не полицейских, то кого-нибудь из охотников. Пара старичков будут гораздо полезнее необузданных, необстрелянных и недисциплинированных парней. И ещё этот… сеньор, — Диего кивнул на выход. — С ним обязательно будут проблемы.
Санчес, прежде, чем что-то сказать, сделал пару глубоких затяжек.
— Знаешь, Диего, чем хорошо моё положение? Я шериф, а ты — простой полицейский. И я могу не объяснять тебе свои действия и решения.
— Это-то, конечно, так, — понурился Диего.
— Однако тебе скажу, потому что между нами должно быть доверие, прежде всего, пока мы будем находиться на той стороне границы. Что же касается Луиса и Кортеса… Ты сам знаешь, как хорошо стреляет Луис…
— Многие из нас стреляют хорошо.