Если я полюблю

Ноубл Кейт

— Ради Бога, Бриджет, — простонала леди Форрестер, но сестру уже нельзя было остановить.

— Но ведь это мой первый светский сезон. Разве можно надеяться заполучить хорошего жениха, когда у Сары такой вид, как будто ее тошнит от одной мысли, что ей придется танцевать. Она едва не вышла замуж за герцога! Ну что такого в том, что он не любил ее?! Все могло быть так хорошо!

— Бриджет, перестань! — резко оборвал ее отец. — Нельзя так злиться. Это скверно.

Воцарилась мертвая

тишина. Обычно подобные конфликты разрешала мать. Слова отца прозвучали так сурово, что у Сары мурашки побежали по коже. Что чувствовала сестра, можно было лишь догадываться.

— Пусть скверно. — Голос Бриджет звучал робко, от былой самоуверенности не осталось и следа. — Зато это правда. Если все так и будет продолжаться дальше, то мне ничего не останется, кроме как надеть траурные черные наряды, чтобы вместе с Сарой разделить ее горе по утраченному жениху.

Сара едва успела отпрянуть назад, подальше за кадку с растениями, как дверь в гостиную распахнулась и оттуда выбежала Бриджет. Ничего не замечая перед собой, вне себя от злости, она пролетела мимо спрятавшейся сестры и побежала вверх по лестнице.

Обида, страшная обида на сестру овладела Сарой. Из всех родственников Бриджет была ей ближе всего.

Она поддерживала ее все эти долгие зимние месяцы, когда они были в Портсмуте. Они вместе так часто любовались выходящими из порта и заходящими в гавань кораблями. Именно Бриджет, как это ни смешно выглядело, объявила вендетту, кровную месть, герцогу Райану. Та самая Бриджет, которая помогала ей собирать вещи в сундуки перед отъездом в Лондон.

Сара усмехнулась — надо же быть такой наивной. Она думала, что Бриджет искренне сочувствует ее несчастью, а оказалось, сестра просто мечтала побыстрее очутиться в Лондоне, ведь именно в этом году она должна была впервые начать выезжать в свет. Если мысли о светских развлечениях нисколько не привлекали Сару, то Бриджет, напротив, видимо, думала только о них.

Почему бы не пожалеть бедную сестру, но если ее мрачное настроение и угрюмый вид портят Бриджет ее первый светский сезон, то наплевать на сожаление.

Возмутительно!

Бриджет, говорившая о своей ненависти к герцогу Райану, оказывается, была бы только рада, если бы ее сестра вышла за него замуж, потому что так было бы лучше для всех. Горечь обиды опалила Сару. Какова Бриджет?! Любящая сестренка, хм?!

Погруженная в мрачные мысли, Сара не сразу заметила, как заговорил о чем-то отец. Она прислушалась.

— Дорогая, на днях я получил письмо от управляющего из Портсмута. Он просит приехать и посмотреть на новый колодец. Думаю, это займет у меня несколько дней, не больше.

— Дорогой, мне бы не хотелось, чтобы ты уезжал именно сейчас. — Леди

Форрестер пела сладким голосом, но под ним явственно слышалась твердость и настойчивость. — Но если без этого никак не обойтись, постарайся не задерживаться, чем быстрее вернешься, тем будет лучше. Сезон только что начался, и если Саре тяжело, то ей понадобится вся наша поддержка.

— А не взять ли мне Сару с собой? — задумчиво произнес лорд Форрестер, чем немало удивил подслушивавшую дочь. — Как ты думаешь?

— Что это тебе взбрело в голову? — вскинулась жена.

В воздухе повисла пауза, затем раздался голос отца:

— Никак не думал, что все будет так плохо.

Опять наступила тишина.

— Я тоже не предполагала этого, — согласилась леди Форрестер. — Мы надеялись…

— Надеялись, а вышло все совсем иначе, — прервал лорд.

Сара представила отца. Скорее всего он сидел на любимом диване, переплетя пальцы рук и вращая большими пальцами вокруг друг друга. Это была его обычная поза, когда он, задумавшись над чем-то, пытался найти выход из сложившегося положения.

— Все вышло так неожиданно. Ни она, ни я не были готовы к такому исходу.

Сара встрепенулась. Как ни была она придавлена горем, сердце подсказало, что отец страдает не меньше ее. Из всей семьи он, как никто другой, был сильно опечален случившимся.

Джейсон ему нравился. Они познакомились на одном из заседаний исторического общества. Лорду Форрестеру, отцу трех дочерей, было приятно думать, что будущий зять разделяет вместе с ним увлечение произведениями античного искусства и секретами живописной техники прошлых веков.

— Дорогой, — донесся из-за тонких дверей успокаивающий голос матери, — не надо так расстраиваться. Все образуется, и вы с Сарой скоро все забудете.

— Стоило мне захотеть, я исключил бы его из членов общества. Но поступать таким образом из чувства личной обиды противоречит моим… — Голос отца дрогнул и оборвался.

— Знаю, знаю, — продолжала утешать его жена. — Все-таки у Райана хватило чувства такта уехать на континент. Будем надеяться, что он…

Пора было уходить, Сара и так слишком долго подслушивала.

Как ни тяжело было слушать сетования отца и матери, еще тяжелее для нее было слышать имя Райана.

Сара выскользнула из укрытия и быстро, не чувствуя под собой ног, бросилась в библиотеку. Она даже не подумала о том, что быстрый топот ее туфелек, никак не похожий на мерный стук обуви прислуги, может выдать ее. Она вообще ни о чем не думала, и менее всего о том, что в библиотеке может встретить кого-нибудь.

— Боже мой! — испуганно вскрикнула Сара, неожиданно заметив сидевшую там леди.