Если веришь
Шрифт:
Она вздрогнула и еще больше побледнела. Прижав дрожащую руку к животу, она заявила:
– Я потеряла отца на прошлой неделе.
– Горе не может служить оправданием тому, что ты ведешь себя как ребенок. – Он помолчал и, чтобы как-то зацепить ее, выдал самую подлую фразу, какая только могла прийти ему в голову: – Твоего отца страшно разочаровало бы твое поведение.
Она всхлипнула. У него ёкнуло сердце.
– Зачем ты так? – Она упорно не желала смотреть на него.
– Потому что так нужно.
– Ты
– Но ты же не спишь, не так ли? Я же видел, как ты часами сидишь ночью на своих чертовых качелях.
– Мое дело. – Но она не сердилась. В ее голосе слышалась лишь тихая печаль.
– Я собираюсь сделать это и своим делом.
– Ты не сможешь.
– Посмотрим.
Она вздохнула и провела рукой по своим спутанным волосам.
– Что тебе от меня надо, Бешеный Пес?
– Мне нужна твоя улыбка. Я скучаю по ней. Я скучаю по тебе, – тихо добавил он.
Она опустила голову. Волосы упали ей на лицо.
– Ах, Бешеный Пес...
Он протянул руку, дотронулся до ее подбородка указательным пальцем и заставил ее посмотреть на него. Их взгляды встретились.
– Мэт, – тихо произнес он.
– Что? – не поняла она.
– Меня зовут Мэтью Джедедайя Стоун. Моя мать обычно называла меня Мэт. – Он улыбнулся, удивившись своему признанию. – Я уже сто лет никому не говорил своего имени.
– А мне, почему сказал?
– Все, что я могу тебе дать, – свое имя.
Она вздрогнула, обхватила себя руками, но не взглянула на него.
– Мне от тебя ничего не нужно.
– Да, я знаю.
– Что ж... Мэт, я ценю твою откровенность, но...
– На прошлой неделе ты бы отреагировала иначе.
– Значит, тебе следовало сказать мне на прошлой неделе. Сейчас мне ни до чего нет дела. Прошу меня извинить, но...
– У меня есть лекарство от апатии.
– Сомневаюсь.
Он поднял бутылку текилы:
– Попробуем?
– Ты что, – фыркнула она. – Ты хочешь, чтобы я напилась и забыла о своем горе?
– Мне всегда помогает.
Она улыбнулась, но у нее вышло лишь подобие улыбки.
– Мне не поможет. Глупо и бессмысленно.
– Ну и что?
– Как что? – Она холодно посмотрела на него. – Я хочу понять, в чем заключается твой план. Я... нет, мы... напиваемся, а когда я утром просыпаюсь, чувствуя себя отвратительно, оказывается, что мой отец не умер?
Улыбка сошла с лица Бешеного Пса, но по его глазам она увидела, что он страстно желает ее утешить.
– Нет, Мария, он умер, и твое горе пройдет не скоро. Но может, ты все-таки почувствуешь себя лучше. Может быть, поплачешь...
– А от алкоголя можно заплакать?
– Конечно.
Она слегка сдвинула брови. Он понял, что она задумалась над сказанным им. «Ну же, Мария. Рискни...»
– Ладно, –
Глава 23
Мария не могла поверить в то, что согласилась выпить текилы. Всю неделю она отказывалась от еды, сна, разговоров – от всего. А теперь позволила уговорить себя на текилу.
Но она попалась в ловушку, поверив, что текила поможет ей заплакать.
Она испытывала физическую боль, оттого что не могла плакать. Она несколько раз пыталась дать волю своему горю, сковавшему ее сердце, но у нее ничего не получалось. Глаза оставались сухими. Слезы, словно комок льда, застряли где-то глубоко, скованные многими годами отчаянного самоконтроля.
Она исподтишка посмотрела на Бешеного Пса. «Его зовут Мэт», – поправила она себя. Он молча шел рядом, увлекая ее к какому-то тайному месту.
Он хотел взять ее за руку, но она не далась. Она не хотела находиться к нему слишком близко, не хотела позволить, чтобы он начал ее утешать. Она пойдет с ним в темное укромное местечко, выпьет немного текилы и сможет расплакаться.
Она не может позволить себе снова влюбиться в Бешеного Пса. Что бы он ей ни говорил, сколько бы ни нашептывал ласковых слов, правда оставалась правдой.
Он скоро уйдет, и она останется одна. Во всяком случае, она так себе говорила. Но тогда с ней рядом жил Расе.
А теперь, когда он уйдет, она станет невыносимо одинокой. Нельзя позволить ему захватить с собой часть ее сердца. Она и так вышла из-под контроля.
Внезапно он остановился и открыл бутылку.
– Здесь подходящее место.
Мария огляделась. Они остановились на пастбище. Почти весь снег сошел еще вчера. Со всех сторон их окружала замерзшая, твердая, черная земля. Вдалеке в лунном свете сверкала серебром река. С другой стороны она различила очертания старого дуба и быстро отвела взгляд.
– Все будет хорошо, – успокоил ее Бешеный Пес.
– Значит... мы просто сядем здесь и напьемся?
– Можно и стоя.
Она протянула руку за бутылкой. В нос ей ударил терпкий запах алкоголя.
– Какой противный запах! – Она с отвращением наморщила нос.
– А вкус и того хуже. – Бешеный Пес плюхнулся на землю и указал на место рядом с собой. – Садись.
Она осторожно опустилась на колени, пытаясь убедить себя, что поступает правильно.
– Передумала?
– Нет.
Она запрокинула бутылку и прижала к губам горлышко. Стекло оказалось холодным, прикосновение – незнакомым. Она закрыла глаза и сделала такой большой глоток, что часть жидкости пролилась ей на подбородок.