Если любишь
Шрифт:
Глава 21
Люси нашла подругу в дальней беседке, увитой розами, сорвала одну, воткнула Табите в волосы и села рядом с ней на скамейку.
– Здесь так красиво, – с тяжелым вздохом произнесла Табита. – Поместье Брекенбридж всегда казалось мне раем на земле. Мне грустно думать о том, что я не смогу здесь больше бывать. – Она помолчала, разглядывая свои руки, лежавшие на коленях, и продолжила: – Надеюсь, что иногда смогу навещать вас в Лондоне, но не здесь. Мне тяжело будет встречаться с Домиником.
– Табита! Что случилось? Почему
– Не могу, – тихо ответила Табита. – Умоляю, только не требуй от меня объяснений. – Голос Табиты дрогнул.
Девушка едва сдерживала слезы. Люси обняла подругу за плечи.
– Он обидел тебя так сильно, что не заслуживает прощения? – допытывалась Люси.
– Нет, – покачала головой Табита. – Он не обидел меня.
– Я вообще-то была уверена, что ты его любишь.
– Люблю. И всегда буду любить, только… обстоятельства не позволяют мне принять его предложение.
– Что за обстоятельства? – спросила Люси. – Хочешь пожертвовать своим счастьем из-за каких-то глупых сомнений? – Она поднялась со скамьи. – Я знаю тебя лучше, чем кто-либо, Табита Монтекью. Ты порядочная и добрая. Но мой брат упрям и не позволит тебе уехать. Он всегда добивается своего. Так будет и на этот раз. Ты устанешь ему отказывать.
– Ты должна помочь мне, Люси, – сказала Табита, тоже встав со скамейки. – Ты сегодня возвращаешься в Лондон? – В голосе Табби звучало отчаяние.
– Очень в этом сомневаюсь, – холодно ответила Люси. – Мне хочется побыть дома. Хотя бы эту ночь.
– Когда ты отправишься в Лондон, возьми меня с собой. Ведь мне еще надо взять свои вещи, пока я не перебралась в Маргейт.
– Непременно, – ответила Люси. – Не знаю только, что на это скажет Доминик.
Люси оказалась права. Узнав, что Табита собирается уехать вместе с четой Карлайлов, он отправился на ее поиски.
После их разговора накануне утром Табита всячески его избегала, и виделись они всего раз за ужином. Вела она себя отчужденно, и Доминик решил оставить ее в покое. В конце концов, она поймет, что нельзя оставаться незамужней после того, что между ними произошло, и начнет привыкать к мысли о брачном союзе с ним.
Но, узнав, что она собралась сбежать в Лондон, Доминик, забыв о своей мужской гордости, решил довести дело до конца и перехватил Табиту на лестнице, так что деваться той было некуда. Он повел ее в гостиную своей матери и стал уговаривать:
– Табби, не делай этого. Не уезжай в Лондон. Не принимай поспешных решений.
Он подошел к ней вплотную, взглядом лаская Табиту, и она чувствовала, как по телу разливается тепло. Воспоминания о волшебной ночи, которую они провели вместе, захлестнули ее. Она знала, что никого не будет так сильно любить, как Доминика. Но он сделал ей предложение из чувства долга, а не по велению сердца. И она не может его принять. Не должна.
– Мне пора ехать. Не может же мисс Бошан ждать меня вечно. Я туда перееду с Грин-стрит сразу же, как только уложу мои…
– К черту эту твою Бошан! Я тебя не отпущу! – сердито заявил он. – Черт бы побрал Люси, вечно сует свой нос в чужие дела! Спорю на что угодно, это ее
– Нет… ты не прав, – тихо возразила Табита. – Я уезжаю, потому что не могу выйти за тебя замуж и… и оставаться здесь при сложившихся обстоятельствах тоже не могу.
Табита изо всех сил старалась сохранить самообладание.
– Ты был очень добр ко мне, но…
– Добр! – взорвался он. – Господь с тобой, девочка, больше тебе нечего сказать?
Она помотала головой. К горлу подступил комок, и она не могла выговорить ни слова. Неожиданно он схватил ее за плечи.
– Зачем ты это делаешь? – В его голосе звучала неподдельная страсть.
– Пожалуйста, – еле слышно прошептала она. – Пожалуйста, отпусти меня. Я… я этого не вынесу…
Во взгляде ее было столько отчаяния, что Доминику вдруг стало не по себе. Он подумал, что ведет себя как самовлюбленный эгоист. Хочет силой заставить девушку выйти за него замуж. Устыдившись, Доминик отпустил ее и шагнул назад.
– Прошу простить меня за настойчивость. Если хочешь, уезжай, я не стану тебя задерживать.
Вне себя от горя, Табита поспешила к себе в комнату. Бросилась на кровать и, зарывшись лицом в подушку, дала волю слезам. Плакала она долго, до полного изнеможения. Спустя некоторое время к ней зашла Люси и стала уговаривать ее спуститься в столовую пообедать, сообщив при этом, что Доминик оседлал коня и уехал, никому не сказав ни слова. Но уговорить Табиту не удалось, и Люси, рассердившись, ушла.
Ужинать Табита пошла, и как раз в это время вернулся Доминик, весь в грязи, с взъерошенными волосами. Он извинился за то, что заставил себя так долго ждать. Поднялся в свою комнату, привел себя в порядок и спустился в столовую.
Держался он во время ужина подчеркнуто вежливо, а у Табиты сердце сжималось от боли. К еде она даже не притронулась и, извинившись, отправилась спать. Ночь она не спала, размышляя, правильно ли поступила. Доминик растерян и подавлен. Его мучают угрызения совести. Он считает своим долгом жениться на девушке, которую лишил невинности. Но ей такой брак не нужен. Лучше бы он хладнокровно разобрался и после этого принял решение. Однако затевать с ним разговор на эту тему Табита не имела ни малейшего желания. Ей даже страшно было об этом подумать.
Поднялась Табита незадолго до рассвета и, расположившись в кресле у окна, стала наблюдать, как гаснут на бархате небес бриллианты звезд, как все отчетливее проступают очертания деревьев в саду. Когда рассвело, она оделась, перекусила у себя в комнате.
Ранним утром они покинули поместье Брекенбридж в весьма подавленном настроении. Пирс, как истинный джентльмен, предпринял несколько попыток завести с дамами светскую беседу, но они не были расположены к разговорам.
Люси впала в апатию, а мысли Табиты были заняты Домиником. Он стоял на ступенях особняка и смотрел вслед отъезжающей карете. Никогда еще Та-бита не испытывала такой тоски. События последних дней окончательно лишили ее сил. Она закрыла глаза и погрузилась в тяжелый сон, избавившись на время от необходимости поддерживать разговор.