Если бы ты знал...

Рамм Тина

– Черт, – прорычал Клайм, пытаясь достать свой телефон. Страх сдавил мне горло. Страх за свою жизнь был лишь малой его частью. Вид Клейма на линии огня напугал меня больше. Он не мог наклонить голову. Одна пуля и все будет кончено.

Мы завернули за угол, и я ударилась о дверь. Раздались новые выстрелы, и Клайм зашипел. Я посмотрела в его сторону, он все еще вел машину и стрелял в преследователей, но из ран на его руке и плече текла кровь. В этот момент одна пуля задела его шею, и кровь брызнула во все стороны, даже на мое лицо. Клайму, казалось, было все равно, он выстрелили еще раз. Внезапно мы развернулись,

машина вышла из-под контроля. Я обхватила себя руками, когда меня швыряло на сиденье. Сквозь полузакрытые веки, я увидела, как наша машина устремилась к массивной стене, а затем раздался оглушительный грохот, когда мы врезались в нее.

Мое тело дернулось вперед, пронзительный крик вырвался из меня, когда меня швырнуло на ремень безопасности. Он врезался мне в ключицу, и перед глазами потемнело. Затем что-то мягкое взорвалось у меня перед лицом, останавливая удар…

Глава 12

Я не знала, как долго безвольно висела на ремне безопасности, уткнувшись лицом в сдувающуюся подушку безопасности и пытаясь отдышаться. В ушах звенело, но в конце концов звон стих, и меня встретила тишина. Со стоном я села, не обращая внимания на пульсирующую головную боль. От нашего смятого капота поднимался серый дым, медленно заполняя машину через разбитые окна. Я моргнула, чтобы избавиться от танцующих точек в поле зрения. Все тело болело, но, казалось, кости были целы. По крайней мере, я могла двигаться.

С трудом повернувшись к водителю, я замерла. В машине было темно. Тело Клайма тяжело опустилось на руль. К несчастью, в этой машине у водителя не было подушки безопасности. Кровь прилипла к его светлым волосам, пропитала рубашку и капала на брюки. Так много крови. Должно быть, он ударился головой о руль или приборную панель, когда мы столкнулись со стеной.

Он мертв?

Клайм не двигался, и я не видела, дышит ли он. Я затаила дыхание, прислушиваясь. Ничего не было слышно, даже звука легкого дыхания. Я еще раз моргнула, потом оглянулась через плечо, чтобы посмотреть, где наши преследователи. Их машина врезалась в другое здание и уже загорелась. Они определенно были мертвы. Наша машина тоже вот-вот начнет гореть. Мне нужно было выбираться.

Я отстегнулась и снова посмотрела на Клайма. Я должна ненавидеть его за всю причиненную боль и череду унижений, он обманывал меня и свою невесту, Клайм не был хорошим человеком, уже не был, но почему, когда я смотрела на то, как кровь стекала по его шее, мое сердце предательски болезненно сжалось? Я могла бы оставить его здесь умирать, и тогда бы я получила долгожданную свободу: больше никто бы не требовал мое тело в обмен на сотни тысяч долларов, я бы вернулась в свою Луизиану и продолжила спокойную провинциальную жизнь.

Но разве я могла оставить его умирать?

Не думаю, что Клайм бы стал спасать меня. Думаю, он был бы рад, если бы я истекла кровью в результате этой погони.

Что, если он действительно мертв? Мои легкие отказывались работать, паника поселилась в моем теле. Боже, что, если он мертв?

Запах газа ударил мне в нос, а дым в салоне автомобиля начал жечь глаза. Дрожащими пальцами я дотронулась до плеча Клайма. Он еще был теплым, но это не означало, что он жив. Я медленно подняла руку, пока не коснулась его скользкого от

крови горла. Мои пыльцы блуждали по его коже, ничего не находя, нажимая и ища, пока, наконец, мягкий пульс не забился под моими пальцами.

Я выдохнула, облегчение ударило в меня, как молот. Все еще жив. Он был еще жив. Слава Богу. С шипением и хлопком огонь выстрелил из-под капота машины. Я схватилась за ручку двери и толкнула ее, но она не поддалась, искаженная ударом. Паника распространилась по моей груди, когда дым и жар заполнили машину, и я начала царапать дверь. Я передвинулась и голой рукой грубо очистила оконную раму от осколков, прежде чем вылезти из машины головой вперед. Когда я, наконец, почувствовала под ногами твердую землю, то чуть не упала на колени, потому что мои ноги тряслись как сумасшедшие. Теперь весь капот горел, А Кайм все еще находился в салоне.

Я бросилась к водительской стороне, молясь, что его дверь не застряла, как моя. Я не смогла бы вытащить тело Клайма через узкое окно без его помощи. Схватившись за дверцу машины, я потянула ее изо всех сил на себя. Со скрежетом она распахнулась, и я приземлилась на задницу. Затаив дыхание, я вскочила на ноги и схватила Клайма за руку. Он был не пристегнут ремнем безопасности, так что я спокойно могла вытащить его из машины. Он шлепнулся на асфальт слишком сильно, и я вздрогнула. Но затем быстро подхватила его подмышки и оттащила от машины, которая загорелась слишком быстро.

Клайм был тяжелым, и я тащила его прочь от машины, мое тело чертовски болело, но я не останавливалась, пока не убедилась, что он был в безопасном расстоянии на случай взрыва. Я отпустила его, прежде чем выпрямилась и вытерла кровь с ладоней об испачканное платье. Глаза Клайма были закрыты, лицо повернуто в сторону, открывая поразительный профиль. Пряди волос прилипли к окровавленныму лбу, и красная лужица быстро растекалась вокруг головы и шеи, вытекая из раны.

Я видела, как поднимается и опускается его грудь. Мои глаза обшарили окрестности. Машина ирландцев уже превратилась в пылающее месиво, темные клубы дыма поднимались в небо. Мы были в глухомани, заброшенной промышленной зоне, куда никто не заезжал без причины. Но дым наверняка привлечет внимание, нас должен кто-нибудь найти.

А что если нет? Что если, нас никто не найдет и Клайм истечет кровью?

Резко спохватившись, я сунула руку в карман Клайма и судорожно вздохнула, когда схватила его телефон. Не теряя времени, прокручивая его контакты, я нажала на единственный номер, который знала.

– Ты куда пропал? Если я позволю Танака напоить меня очередным коктейлем, я буду пьяный в дрова, Клайм, – спокойный голос Тима зазвенел в ухе.

Я всхлипнула.

– Он умирает, – сказала я через мгновение ровным и беззвучным голосом.

– Рита? О чем ты говоришь? Дай мне Клайма.

– Я не могу. Ирландцы напали на нас. Так много крови, Тим, так много крови.

– Клайм жив? – голос Тима стал обеспокоенным. Музыка ночного клуба, в котором он сейчас находился, постепенно затихала и казалось, что он вышел на улицу. Мой взгляд метнулся к телу рядом со мной. К парню, которого вопреки здравому смыслу я любила всю жизнь, и который прямо сейчас истекал кровью.

Мне показалось или грудь Клайма перестала двигаться? Я прижала ладонь к его окровавленной рубашке и ничего не почувствовала.