«Если», 2011 № 10
Шрифт:
А вдруг она умерла? Или он умрет во время криосна? Эти мысли причиняли боль. «Если она умерла, я не хочу этого знать. Если она мертва, пусть я тоже не проснусь».
Синекожие усилили хватку, заталкивая его в криокамеру.
— Подождите! — воскликнул он. — Вы…
Крышка захлопнулась. Снова холод проник в его тело. Йорд почувствовал страшную усталость. Глаза закрывались. Но одна мысль придавала ему сил. Та женщина сказала: «Это впечатляет». Значит, она не забудет о нем… Значит, еще есть надежда. Надежда на…
Второе пробуждение было таким же болезненным, как первое.
— Мы знаем тебя.
Очень неразборчиво, но, несомненно, на человеческом языке. Винцентс кивнул, решив ничему не удивляться. Существа именовали себя «стрипины», были очень дружелюбны и общительны. Они показали ему Кабинет — так они называли помещение с криокамерами. Рассказали, где можно брать еду и одежду, в чем будут заключаться его обязанности. И удивленно уставились на него, когда он хлопнул ладонями по коленям и захохотал.
— С тобой все в порядке?
— Со мной все отлично! Я даже не надеялся, что так повезет.
«Это впечатляет», — так говорила инопланетянка. И, кажется, теперь ему представилась возможность доказать ей это. Случайность? Он так не думал. Однако возможностью еще нужно воспользоваться. Здесь чертовски много криокамер. Поиски Йолы могут затянуться надолго.
Стрипинов звали Грекель и Каймерсет. Они обучили Йорда следить за криокамерами. Это оказалось довольно простым делом. Нужно было сличать данные на дисплеях, закрепленных на каждом саркофаге, с имеющимся эталоном. Если обнаруживались различия, о них следовало сообщить, набрав информацию на пульте. Вот и всё, что требуется.
— Больше ничего не надо делать, — закончил рассказ Грекель. — Можно есть, спать, отдыхать.
Йорд уже научился их различать.
— Ты справишься? — спросил Каймерсет.
— Думаю, да, — ответил бывший пилот.
И они занимались этой работой много-много дней. Однажды Йорд обнаружил неполадки в одном из саркофагов. Он попытался починить хладопроцессор, но получил такой удар током, что долго не мог прийти в себя.
Грекель и Каймерсет прибежали к нему, синие пятна на их мордах потемнели от волнения.
— Зачем ты это сделал? — спрашивали они. — Это дело ловцов. Они во всем разберутся.
— Но саркофаг поврежден, — объяснял Йорд. — Его нужно отремонтировать. Или разбудить спящего, пока он не умер.
— У тебя достаточно другой работы, — возразил Грекель.
Йорд так и не смог ничего от них добиться. Какое-то время они посматривали на него с подозрением, но потом снова стали дружелюбны.
Время шло. Они медленно продвигались вдоль бесконечных рядов криокамер и находили всё больше неисправных. Кажется, женщина говорила правду: побеседовав с пленником один раз и выслушав его историю, ловцы теряли к нему всякий интерес. Он спрашивал у стрипинов, не хотели бы они сбежать отсюда. Они поводили из стороны в сторону своими безглазыми мордами, выражая недоумение.
— Это никому не удавалось, — сказал Грекель.
— Во всяком случае мы ничего о таком не слышали, — добавил Каймерсет.
Но это, по мнению Йорда, не значило,
— Так как насчет вас? — снова спросил он. — Вы хотите бежать?
— Ты ничего не знаешь о стрипинах, — ответил Каймерсет.
— Нам приходилось жить в местах похуже, чем это, — пояснил Грекель.
— Вы собираетесь провести в клетке остаток жизни? — не отставал землянин.
Стрипины отвернулись, пятна на их мордах побледнели. Явно разговор был им неприятен. Йорду удалось задеть их за живое. Он это понял и оставил их в покое — на время. Все равно он пока не знал, как найти Йолу. Здесь были тысячи и тысячи саркофагов, и для того чтобы осмотреть их все, могло не хватить остатка его жизни. А на корабле не было никакой базы данных, никакой поисковой системы. По крайней мере, он не имел к ней доступа. К тому же, чтобы покинуть корабль ловцов, необходим челнок. Исследуя корабль, он обнаружил большой ангар, где стояли сотни корабликов, очевидно, взятых на борт во время полета. Ему понадобилось довольно много времени, но он отыскал свой штурмовик. К несчастью, герметичность была нарушена, и он не мог ее восстановить, а устройство остальных кораблей было ему незнакомо.
Часто ночами он лежал без сна, придумывал планы, отбрасывал их и вновь думал. Одно он знал точно: он не отступится, не сдастся.
Стрипины были взволнованы. Поступило новое задание. Ловцы решили совершить налет на одну из человеческих колоний, и рабочим надо было готовиться к поступлению большой партии новых пленников. Особенно Грекеля и Каймерсета беспокоило, что Йорду предстояло работать вместе с ними.
— Новичков редко ставят на такие задания, — говорили они. — Это большая честь.
У Йорда были на этот счет свои соображения. Новая операция… это означало, что он окажется близко к планете. Возможно, сможет найти компаньона для побега. Кроме того, в тот момент ловцы будут очень заняты и наверняка ослабят бдительность.
Но его ожидало разочарование. Когда пленники начали поступать в Кабинет, они были уже без сознания. Ему даже не удалось выяснить, рядом с каким миром они находились и сколько прошло времени. Целые дни напролет он раскладывал людей по криокамерам. Мужчины, женщины, дети, старики. Внезапно Йорд затаил дыхание. Один из взятых на борт был пилотом — во всяком случае был одет в скафандр, который не слишком отличался от скафандра Йорда! Это настоящая удача! Он решил снять скафандр с пилота немедленно (потом может быть поздно) и обратился к Грекелю:
— Позволь мне самому положить этого человека в криокамеру.
Лицевые пятна Грекеля потемнели, по ним побежали фиолетовые разводы.
— А ты сумеешь?
Йорд пожал плечами:
— Разве не ты учил меня?
— Да… но ты новичок.
— А ты прекрасный инструктор. Лучшего у меня не было даже в космофлоте.
Пятна буквально вспыхнули фиолетовым светом. Грекель оказался падок на лесть и согласился.
Йорд доставил тело в Кабинет и поспешно снял скафандр.
Знаки и буквы на ткани были ему незнакомы. Этот пилот не принадлежал ни к Ассоциации Миров, ни к Союзу Тигри. Интересно, идет ли еще война? Возможно, нет. Он не знал толком, сколько прошло времени с тех пор, как он попал на борт.