«Если», 2002 № 04
Шрифт:
Нет соответствия.
Он подтвердил доставку комплектов и параллельно уточнил, не резервировала ли она какие-либо услуги и не исчерпан ли ее кредит. Ничего такого. Он отметил текущее время для последующего анализа. В этот момент Консьерж сообщил, что она находится в районе Дивисадеро и Ломбард.
— Опять следишь за Марлиссой, приятель? — спросил Реймонд, входя. — Ты просто одержим.
Он присел на край стола. Как обычно, его галстук не подходил к рубашке, а пиджак вышел из моды много лет назад. Вместо того, чтобы имплантировать новые волосы, он зачесывал редкие пряди на свою проплешину.
— Где твои очки? —
— Работаю, если есть над чем работать, — буркнул Реймонд. — Я же просто пиарщик. Возня с бумагами, минимальный уровень ответственности. И если нет особенной спешки, эту работу может выполнять любой старшеклассник. — Он пожал плечами. — Пойдем лучше позавтракаем.
Консьерж пропищал короткое сообщение о трафике на шоссе и ожидаемом времени прибытия грузовиков. Прикосновением к сенсору на своем столе Санджи уведомил водителей.
— У меня есть резервный счет «на представительские», — сообщил Реймонд. — Угощаю.
Санджи перевел стол в автоматический режим, оставив на его совести рутинные звонки, переадресацию электронной почты, а также передачу всех данных Консьержу, который был представлен черным, размером с бумажник, футляром на его поясе. Он уточнил, какое фирменное блюдо подают сегодня в ресторанчике «Риферс» — месте, популярном у деловых людей, — и на ходу сделал заказ.
— А что заказать тебе?
Мягкие лучи света просачивались через редкие облака над Сан-Франциско, освещая многоэтажные жилые здания и деревья.
— Неужели ты никогда не выключаешь эту штуку?.. — поинтересовался Реймонд. — Я сделаю заказ, когда будем на месте.
Санджи рассмеялся. Они пробирались через очереди к палаткам с гамбургерами и хот-догами.
— Да ты настоящий луддит! Нас уже ждал бы стол, накрытый в полном соответствии с заказом. Весь обед — пятнадцать минут.
Они двинулись вниз по большому пологому холму: очки Санджи, подпрыгивающие на каждом шагу, проинформировали его, что Марлисса воспользовалась кредиткой и припарковала машину на стоянке, неподалеку от пересечения Дивисадеро и бульвара Марино. Пробежал столбик данных о погоде: 65° по Фаренгейту, влажность 86 процентов, порывистый ветер с залива. Должно быть, ужасно холодно. Перед его глазами возник перечень маленьких ресторанов и магазинчиков, до которых она могла бы добраться пешком, — все в историческом районе Сан-Франциско: почти везде в целях безопасности установлено видеонаблюдение. Это можно использовать. Он снял данные с ее медицинского монитора: пульс ровный, более сто ударов в минуту. Учащенное дыхание. Идет пешком. Слегка понижено содержание сахара в крови. Вероятно, собирается позавтракать. Но почему в центре? Зачем она изменяет своим привычкам? Что это значит для их отношений?
Она должна сделать покупку, и тогда он узнает, где она находится.
Санджи произвел быстрое сканирование ее инфосистем. Насколько он мог судить, она не интересовалась данными о нем с момента вчерашнего ужина. Означает ли это, что он ей безразличен?
— А может,
— Именно об этом я и говорю. Ты мог бы решить сейчас, а не терять время за столом. Ты совершенно не способен решать несколько задач разом.
Они двигались в потоке пешеходов, который практически полностью состоял из людей в очках. Многие работали на ходу, передавая речевые сообщения, скользя глазами по строчкам данных. Реймонд же переводил взгляд с одного дома на другой. Санджи знал, что он интересуется архитектурой. Но для него оставалось загадкой, почему нельзя получить всю ту же информацию из Сети. Реймонду, очевидно, просто нравилось рассматривать дома.
— Ты уже сделал ей предложение? — неожиданно спросил Реймонд.
Санджи наморщил лоб. Вопрос ребром.
— Да, вчера вечером.
— И что она?
Они перешли улицу и достигли ресторана «Риферс».
— День добрый, господа, — сказала дверь, открываясь перед ними.
— Ваш столик уже готов.
На полу замерцала направляющая линия, показывая им дорогу к столику. Стены ресторана транслировали запись рок-концерта на свежем воздухе, и звуки музыки скрадывали разговоры за соседними столиками.
— Она хочет подумать, — сказал Санджи. — И сегодня обещала дать ответ… Учитывая мои тридцать два, я мог бы не так сильно нервничать…
— Тридцать два, и ни разу не был женат. Если говорить о возрасте, ты едва покинул компанию подростков…
Они сели.
— Меню, пожалуйста, — обратился Реймонд к столу.
Через минуту появился недовольный официант с бумажной версией перечня блюд.
— Вы у нас впервые? В ресторане есть гораздо более удобный электронный дисплей, предназначенный специально для владельцев Консьержей.
— Сынок, тебе придется вернуться к нам еще раз, потому что своего Консьержа я оставил на службе. — У официанта отвисла челюсть, и Реймонд добавил: — Полагаю, ты здесь недавно. Я бываю в этом заведении дважды в неделю — и так уже четыре года.
На несколько секунд взгляд официанта стал рассеянным, как у любого человека, считывающего информацию с очков.
— Кто же вы?
— Я плачу наличными, — ухмыльнулся Реймонд.
— Так вы из этих! — фыркнул официант, как будто ему все стало ясно, и демонстративно удалился.
— Где ты берешь наличные? — заинтересовался Санджи.
— В банке. Достаточно появиться там лично, показать документы, и — пожалуйста. Но вообще-то наличные они держат для туристов.
Санджи покачал головой. Еще одна странность Реймонда. Если бы не талант, парень давно бы вылетел со службы.
— Но зачем создавать себе трудности?
Официант вернулся с блокнотом в руке.
— Я еще не выбрал, — сообщил ему Реймонд. Официант повернулся на каблуках, всем своим видом выражая презрение. — Пожалуй, мальчик не получит чаевых.
Санджи разгладил салфетку. Разговоры людей, обедающих за соседними столиками, внезапно стали слышны. На сцену поднималась следующая группа. У основания площадки колыхалось море голов.
— Вудсток, — сказал Реймонд. — Две тысячи четырнадцатый год. Мне нравятся классические записи. Как-то они крутили старый концерт «The Who», который закончился беспорядками. Интересное ощущение — жевать креветок, в то время как копы лупят ребят дубинками по головам.
— Такова жизнь, — заключил Санджи.