«Если», 2000 № 09

«Если» Журнал

— Разве нет никаких других вариантов?

— Есть несколько, но не думаю, что они вам понравятся.

30

— Дело в том, — сказала мисс Трэверс, — что вам придется подыскать себе компаньона.

Том находился в Космопорту Галактического Центра. Он решил воспользоваться моментальным перемещением, связывающим бесконечное офисное здание с Космопортом.

— Почему? — спросил он.

— Потому что вы не принадлежите ни к одной из путешествующих в космосе рас, представителям которых

разрешается странствовать в одиночку. Могу предложить вам мистера Тангельблатта! Сейчас я найду вам его адрес… Итак, вы готовы?

Космопорт исчез.

— Входите, прошу вас, — сказал Тангельблатт. — Не Бог весть что, но я называю это убежище своим домом.

Том в растерянности стоял перед входом в нору. Он видел перед собой внушительный холм, насыпанный из грязи, длиной примерно пятьдесят футов и около двадцати футов в высоту. На холме кое-где пробивалась чахлая травка. Аккуратная эмалевая табличка гласила:

ЭТО ДОМ ТАНГЕЛЬБЛАТТА. ОСТАВЬ НАДЕЖДУ ВСЯК СЮДА ВХОДЯЩИЙ.

— Благодарю за приглашение, — вежливо сказал Том. — Но я предпочел бы поговорить снаружи.

— Как вам будет угодно. Я выхожу.

Камень, закрывающий вход, отодвинулся, и в темном интерьере норы возник бесформенный силуэт ее обитателя. Силуэт был довольно крупный, и по мере его приближения к выходу Том определил, что обитатель норы чрезвычайно смахивает на пузырь. Тангельблатт медленно выплыл наружу, и оказалось, что он тускло-свинцового цвета.

Объявление в «Ежедневном Курьере Галактического Центра», полученное от мисс Трэверс, выглядело весьма заманчиво: ЗРЕЛЫЙ ДЖЕНТЛЬМЕН ТАНГЕЛЬБЛАТТИАНСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ НАПРАВЛЯЕТСЯ В СОЛНЕЧНУЮ СИСТЕМУ ДЛЯ САНАТОРНО-КУРОРТНОГО ЛЕЧЕНИЯ И СЧАСТЛИВ ПРЕДОСТАВИТЬ МЕСТО НА КОСМИЧЕСКОМ КОРАБЛЕ И ТРЕХРАЗОВОЕ ПИТАНИЕ ВО ВРЕМЯ ПУТИ ОДНОЙ РАЗУМНОЙ ОСОБИ, КОТОРАЯ СПОСОБНА ВЗЯТЬ НА СЕБЯ ВСЕ ЗАБОТЫ О ЕГО БАГАЖЕ.

31

— Здесь весьма комфортабельно, не так ли? — сказал Тангельблатт. — Мы вылетаем через несколько минут, так что пора позаботиться о багаже. Давай-ка, открой пошире рот.

— Зачем?

Тангельблатт показал Тому небольшую пластиковую коробку и открыл ее, продемонстрировав массу мелких яиц.

— Вот багаж, о котором ты обещал заботиться. Здесь тангельблаттианские яйца, ровно квинтиллион.

— А почему ты сам не желаешь позаботиться о них?

— Я наполнил себя доверху, четыре квинтиллиона, если быть точным. Пятый квинтиллион твой, и моя квота будет полностью исчерпана. Именно таким способом наша раса распространяется по галактике. То, что ты видишь в коробке, представляет собой все население провинции Мовиска, которая является крупнейшим политическим подразделением на Тангеле.

— Куда ты их везешь?

— На Землю, понятно.

— И с какой целью?

— А вот это уже не твое дело.

— Я требую ответа.

— Чтобы покорить вашу планету, если уж тебе так надо знать.

— И ты рассчитывал, что я стану помогать тебе в этом грязном деле?!

— Конечно. Почему бы и нет? Что такого хорошего сделала Земля лично для тебя?

Ты получишь приличное вознаграждение, и мы дадим тебе новое тело и ограниченную автономию, когда процесс будет полностью завершен.

— Прочь с дороги! Я ухожу!

Том и Тангельблатт сцепились в пышно изукрашенной каюте. Коробка с яйцами шлепнулась на пол. А поскольку она была сделана из дешевого пластика (чересчур дешевого для такой важной миссии!), то треснула и сразу развалилась на куски. Маленькие яйца-тангельблатты весело заплясали на полу, выкрикивая:

— Ура! Мы прилетели, прилетели! Да здравствует новая жизнь!

— Нет еще! — зашипел на них взрослый Тангельблатт. — Марш спать! Произошла ошибка!

Воспользовавшись суматохой, Том выскочил из каюты и помчался по сияющим коридорам космического корабля. Он успел выпрыгнуть на самоходный трап в последний миг, когда трап уже отодвигался от шлюза.

Ну что же, сказал себе Том, это был слишком легкий и удобный вариант, чтобы оказаться правдой. Да, придется поискать какой-нибудь другой выход из положения…

32

Барон Корво никак не мог решить, надо ли показывать сегодня вечером новый кинофильм или все-таки не стоит. Когда он прибыл на место, вокруг театра скопилась мрачная толпа, весьма раздраженная объявлением об отмене премьеры.

— А как же Кокто? — нервно спросил курьер.

— Мне приказывают, и я повинуюсь, — пожал плечами киномеханик.

— Должно быть, произошла какая-то ошибка? — с надеждой произнесла герцогиня Миланская.

— Никакой ошибки, — сказал киномеханик. — Я получил приказ, подписанный самим бароном Корво. — Он похлопал по нагрудному карману, откуда выглядывал краешек плотного, сложенного вдвое пергамента.

— Разрешите взглянуть на приказ? — вмешался адвокат Морриси. — Возможно, мне удастся найти исключение или сноску, которые выведут нас из этой тупиковой ситуации.

— Никому, кроме меня, не позволено читать приказы, которые посылает барон Корво. Это дело Секретной полиции. Удивляюсь, как вы вообще могли предложить такое, адвокат!

— Нижайше прошу прощения, — пролепетал Морриси. — Просто мне ужасно хотелось посмотреть Кокто.

— Мне тоже, — мрачно сказал киномеханик.

— Как, неужели вы хотите сказать, что даже не взглянули украдкой?

— Конечно, нет! Хеннеси, мой помощник, донесет на меня сразу, как только я подумаю об этом.

— И что же будет вместо Кокто? — спросила герцогиня.

— Сборная мультпрограмма. Том и Джерри.

— Как, опять?! — воскликнула герцогиня. — Неужели мы никогда не избавимся от этой ужасной тягомотины?

— Король считает, что Том и Джерри потрясающее зрелище, — сказал киномеханик. — И он уверен, что все остальные считают то же самое. Лично я готов плеваться всякий раз, когда вижу эту бестолочь, но король всегда говорит, дружески пихая меня в бок: развеселые мультяшки, не правда ли, мистер киномеханик? И что я всегда отвечаю? Высший класс, сир, по-другому не скажешь!