«Если», 1998 № 10
Шрифт:
Денис и Гэт отнесли свое хитроумное изобретение в угол, где уже стояла грубая деревянная рама.
— Это называется «воздушный шар», — сказал Денис, натягивая ткань на раму.
— Ты уже говорил, — ехидно заявил Перт. — И обещал, что он полетит. Сделанная вещь полетит… в доме, где нет ветра… — Он явно не верил Денису.
Здесь и сейчас имелся лишь один способ полететь — сначала построить, а потом очень долго практиковать огромного воздушного змея с крыльями.
Давным-давно какой-то койлианский гений, ненавидевший сырость, изобрел зонт — теперь практически каждый житель владел
Это изобретение помогло отцу барона Кремера, мелкопоместному дворянину из горной северной страны, победить старого герцога и заставить короля Койлии отдать в его владение верхнюю долину Фин-гола.
Движение в сторону настоящих планеров началось лишь в последние годы — по инициативе самого Кремера. И хотя теперь другие армии имели на вооружении воздушных змеев, только он обладал настоящим военно-воздушным флотом. Что и являлось главным тактическим преимуществом в его нынешнем конфликте с королевской властью.
Денис поставил свечу прямо под отверстием в днище экспериментального шара и уверенно улыбнулся.
— Ты все увидишь, Перт. Только позаботься о том, чтобы у нас под рукой были ведра с водой.
Денис надеялся, что Практический Эффект на Татире лишь дополняет известные ему законы физики, а не заменяет их.
Прозрачный дым от свечи начал проникать в шар сквозь оставленное отверстие.
— Может мне кто-нибудь объяснить, чего добивается барон Кремер? — спросил Денис, дожидаясь, когда шар наполнится горячим воздухом. — Насколько я понимаю, он бросил вызов самому королю?
Стивиянг Сигель задумчиво подымил своей трубочкой, а потом ответил:
— Я служил в отряде Королевских Разведчиков, Денис, пока не женился и не ушел в отставку. Барон очень жестоко обращается с нами, подданными короля, живущими на западной границе.
Барона поддерживают гильдии делателей. А гильдиям не нравится, когда люди начинают селиться далеко от городов. Мы сами делаем многое из того, что нам необходимо, а потом практикуем вещи — высекаем кремни, дубим кожи, плетем веревки и занимаемся ткачеством. Некоторое время назад нам удалось научиться делать бумагу, если уж быть честным до конца.
Арт и Перт с любопытством на него уставились. Гэт изумленно вытаращил глаза.
— Бумажная гильдия — самая засекреченная из всех! Как вам удалось узнать… — Он прищелкнул пальцами. — Конечно же! Л'тофф!
Сигель молчал до тех пор, пока не заметил, что все глаза обращены к нему.
— Барону все известно, — пожав плечами, проговорил он. — И гильдиям. Так что. если вы, ребята, узнаете правду, чего ж тут плохого? Людям надоело, что ими командуют гильдии, церковники и мелкие князьки. Популярность короля резко возросла с тех пор, как он изменил закон о голосовании, отменив имущественное ограничение, и стал созывать Ассамблею каждую весну вместо одного
— Дай-ка я расскажу дальше, — кивнув, перебил его Денис. — Кремер возглавил борьбу баронов и князьков за свои права.
— Они достаточно сильны, — снова заговорил Сигель. — Королевские Гвардейцы и Разведчики — это, конечно, отборные войска, но они малочисленны. А теперь еще у Кремера появились летающие змеи. Его противники напуганы, а Церковь утверждает, будто на Татир вернулись древние драконы… в качестве доказательства того, что Боги благосклонны к Кремеру. Нужно отдать барону должное: никто не додумался до планеров, даже л'тофф.
Еще одно упоминание о странном народе вернуло мысли Дениса к принцессе Линноре, томящейся в замке барона.
— Шар уже почти наполнился, — сообщил Гэт.
Под давлением теплого воздуха мешок начал растягиваться. Сфера получилась не очень ровная, но это, как известно, — дело практики!
Свеча сгорела меньше, чем наполовину. Воздушный шар пошевелился, натянул тонкие нити, и корзинка оторвалась от пола.
В комнате повисло напряженное молчание, затем Мэггин громко рассмеялась, а Арт с силой треснул Дениса по спине. Гэт ползал вокруг шара, словно собирался запомнить, как он выглядит.
Стивиянг Сигель сидел неподвижно, однако его черные глаза сияли.
— Слушай, но ведь эта штука не сможет поднять человека! — заявил Перт.
Арт повернулся к нему и возмущенно спросил:
— А откуда тебе знать, что она сможет сделать — ее еще никто не практиковал!
Перт смущенно отступил назад, облизнул губы и с опаской оглядел медленно поднимающийся к потолку воздушный шар.
— На самом деле, — сказал Денис, — Перт прав. После некоторой практики наш шар будет вести себя лучше, чем такой же на… в моем родном мире. Но для того, чтобы он смог поднять несколько человек, нам придется сделать огромный воздушный шар и воспользоваться тем пустым складом, о котором ты мне говорил, Арт. Мы там поработаем, а потом сбежим из города ночью, когда летчики барона крепко спят.
В глазах Арта загорелся огонек.
— Ты, Гэт и Стивиянг не забудете передать от меня привет л'тофф?
— Конечно, не забудем.
У всех троих имелись свои собственные причины желать встречи с загадочным племенем, живущим в горах. Денис намеревался рассказать о том, что принцесса Линнора попала в плен, и предложить им план ее освобождения.
Арт мечтал получить солидную награду за свое участие в предприятии, кроме естественного удовольствия устроить барону парочку серьезных неприятностей. Гэт давно хотел с ними познакомиться.
Шар замер у потолка.
— Так, — проговорил Денис. — Вы обещали научить меня концентрироваться, чтобы практика давала максимальный результат. Начнем?
Все расселись по своим местам. Стивиянг был признанным специалистом практики и потому приступил к объяснениям.
— Первое. Денис, тебе не нужно концентрироваться. Простое использование инструмента делает его лучше. Но если ты сосредоточишься на самом предмете и на работе, которую делаешь, процесс пойдет быстрее. Каждый день ты даешь своему инструменту все более и более трудное задание — в конце концов, он становится идеальным.