«Если», 1996 № 04
Шрифт:
Если думать так, боль пройдет скорее.
— Прошу прощения? — Я повернулся к ведьме, которая что-то сказала.
— Меня предупредил Уолдо. Но я ждала вас раньше.
— Кто такой Уолдо? Еще один зверь вроде Шаггота? Он что, видит будущее?
— Уолдо Тарп. Он говорил, что вы друзья.
— Уолдо? — Я чуть не подавился собственным наполовину истерическим смешком. Ведьма нахмурилась. — Не знал, что у него есть имя. При мне его называли исключительно Плоскомордым.
— Его зовут Уолдо,
— Выходит, Плоскомордый морочил нам головы, — пробормотал я. — Выходит, он вовсе не такой болван, каким пытается выглядеть. — Мой взгляд блуждал по комнате, неизменно возвращаясь к Амиранде. Казалось, девушка спит. Вот-вот она проснется, поведет плечиком и насмешливо посмотрит на меня…
Ведьма опустилась в кресло напротив.
— Уолдо сказал, что вы захотите задать несколько вопросов. Втянул меня в неприятности… — Она проследила за моим взглядом. — Пришлось навести чары, чтобы замедлить разложение до тех пор, пока ее не похоронят как полагается.
— Спасибо.
— Какие же у вас вопросы? Что вы хотите узнать?
— Все. Прежде всего, почему убили Амиранду и кто приказал ее убить.
— Я не всемогуща, Гаррет, и на такие вопросы ответить не могу. Впрочем, могу предположить, почему. Хотя, вполне возможно, мое предположение не соответствует истине. Дело в том, что она была на третьем месяце беременности.
— Что? Это невозможно!
— Если бы ребенок родился, это был бы мальчик.
— Но ведь она провела последние полгода как в тюрьме…
— Неужели там не было ни одного мужчины? Вы настаиваете на непорочном зачатии?
Я хотел было возразить, но вместо возражения у меня с языка сорвался вопрос:
— А кто отец?
— Гаррет, я не некромант. Имя отца, если девушка его и знала, ушло в могилу вместе с ней.
— Наверняка знала. Она была не из тех, кто не обращает внимания на подобные мелочи. — Я почувствовал, что начинаю злиться.
— Вы были с ней знакомы? Уолдо рассказал мне только, что ее звали Амирандой и что она пришла к нему по вашему совету.
— Да, мы были знакомы. Не слишком близко, но все же…
— Тогда расскажите мне о ней.
Я начал рассказывать. Боль немного отпустила. Мои слова будто на какое-то время оживили Амиранду.
— Что скажете? — поинтересовался я, поведав все, что мог.
— Что вам придется нелегко. Когда в преступлении замешаны аристократы… Уолдо говорил, что девушку убили гоблины?
— Да.
— Мерзкое отродье! Уолдо проучил их, но недостаточно. Я отправила вдогонку Шаггота, однако он нашел только трупы, причем обобранные дочиста.
— Я их видел. Кстати, передайте Шагготу, чтобы ходил поосторожнее. По лесу бродит зверюга куда крупнее, чем он.
— Вы шутите?
— Да
— Мамонт в нашем лесу? Вот уж чудо так чудо. — Ведьма встала и подошла к шкафу. — Я размышляю над тем, что можно сделать, с тех пор как ушел Уолдо. Мне кажется — а теперь, узнав поподробнее о девушке, я почти уверена, — что вам необходимы кое-какие заклинания, чтобы застать злодеев врасплох.
— Благодарю. — Я вновь поглядел на Амиранду. — Но почему вы мне помогаете?
— Из-за Уолдо. Из-за девушки. Быть может, паренек, из-за тебя самого. А также из-за себя и из чувства справедливости. За такую жестокость нужно отплатить той же монетой. Тот, кто ее убил, должен… Ой, чай совсем остыл. Сейчас заварю по новой.
Вторую кружку я получил вместе с поджаристыми лепешками — вероятно, теми самыми, о которых старуха упомянула на крыльце. Я осторожно откусил маленький кусочек. Что ж, гостю пристало быть вежливым, особенно если хозяйка — ведьма.
Шаггот просунул в дверь голову и прорычал что-то, весьма похожее на: «Куда подевались мои лепешки?» Ведьма ответила ему на том же языке. Тролль, прищурясь, поглядел на меня.
— Не обращайте внимания, — сказала старуха. — Он просто забавляется.
Замечательно. Я вдруг ощутил себя мангустом, который дразнит кобру.
Ведьма принялась объяснять, как пользоваться теми заклинаниями, которые она мне приготовила. Выслушав, я поблагодарил и поднялся.
— Если Шаггот сумеет помочь с лошадьми и не переломать при этом костей ни им, ни мне, я, пожалуй, поеду.
Похоже, мое замечание слегка задело ведьму, однако она улыбнулась.
— Мистер Гаррет, вы, судя по всему, наслушались всяких россказней. В моем доме вам будет куда безопаснее, чем в лесу. Шаггот — агнец по сравнению с теми, кто еще остался в наших краях. К тому же сейчас полнолуние. Вы помните, что бывает в полнолуние?
У тех, кто хочет выжить, интуиция со временем обостряется, и они знают наверняка, когда стоит спорить, а когда лучше согласиться. Толковые ребята ни за что не станут препираться с владычицами бурь, колдунами, магами или ведьмами. С другой стороны, ночь в компании с этим сабрезублым…
— Ладно. И где вы меня положите?
— Здесь. У огня. Ночью в лесу холодно.
Я посмотрел на Амиранду.
— Не беспокойтесь, мистер Гаррет, она к вам приставать не будет. Это, к сожалению, уже не для нее.
Мне случалось спать в одном помещении с мертвецами, особенно в армии, но восторга я никогда не испытывал; кроме того, делить постель с мертвой возлюбленной Гаррету еще не доводилось, а перспектива отнюдь не прельщала…
— Шаггот разбудит вас на рассвете и поможет перенести тело в повозку.