Эскадрилья-призрак

Оллстон Аарон

–  Честность включена. Нет, не хочу.

–  Тогда скажи, что произошло? У тебя такой вид, будто командир обозвал тебя основным подонком Галактики.

–  А я и есть основной подонок Галактики. Потому что принял вот это!
– он сдернул с шеи орден и швырнул его в угол.
– Этот… эту… ложь.

Тирия проводила награду взглядом.

–  Ее дают за мужество и мастерство. Какая часть этого утверждения неправда?

–  Обе, - сердито буркнул Тайнер.

–  То есть ты - плохой пилот?

–  Был бы хороший, Йесмин осталась бы с

нами.

–  Так, я собиралась вышибить тебе мозги, но, кажется, придется вбивать. Коммандер Антиллес восхищен твоим летным мастерством, а кто ты такой, чтобы говорить ему, что он не прав?

Келл отвернулся. Ответа у него не было.

–  Наша скромница не считает, будто совершила отважный поступок! Давай-ка без ложной скромности, Келл. Ты действительно не видишь ничего смелого в том, что ты рисковал жизнью, спасая Йесмин? Ты мог столкнуться с обломками, ты мог разбиться! У тебя половина систем не работала!

–  Может быть Сегодня. Но в любой другой день… Он закрыл лицо широкими ладонями.

–  Тирия, я от отца ничем не отличаюсь. Каждый раз я трясусь от страха, я трус! И ничего не получается, все только хуже и хуже. И когда-нибудь мы влезем в драку, я не удержусь и ударюсь в бега. И тогда либо Йансон, либо Антиллес пристрелят меня, и все закончится. Или потащат меня под трибунал. Я все равно опозорю нашу семью. Второй раз за два поколения!

Тирия молчала. Келл осмелился взглянуть на нее Ее лицо ничего не выражало. Тирия слушала - работала только на прием.

–  В детстве, - глухо произнес Тайнер, - я думал, что все это ложь. Я думал, а вдруг папа был разведчиком или что-то в этом же роде. Получил приказы в самый последний момент, и ему пришлось убираться оттуда, чтобы выполнить свой долг. А никто не понял, вот и выстрелили в него. Или, может быть, отца опоили чем-нибудь, или у него были галлюцинации. Или там, в кабине, был кто-то другой, а мой настоящий папка сейчас где-нибудь… живой. А в летной школе я встретил двух пилотов из тиерфонских "Желтых асов". Они вспоминали тот случай, они не знали, что я - сын "того самого Дорана". Один из них так презрительно говорил, второму было жаль моего отца… но они оба слышали переговоры в эфире. Это именно он забыл о долге и чести. Он погиб, а мне оставил в наследство свою трусость.

Келл съежился, стараясь стать как можно меньше, стесняясь своего сильного, тренированного тела.

–  Не хочу, чтобы убили тебя или кого-то другого из наших. Я подам в отставку.

Тирия медлила с ответом, а когда все-таки заговорила, то негромко и очень серьезно.

–  Ты доверяешь мне, Келл?

–  Конечно.

–  А жизнь доверишь?

–  Да. Абсолютно.

–  А то, что больше, чем жизнь?

–  Что?

–  Ты поверишь в то, что ты ошибаешься, а я права?

–  Нет.

–  То есть мое мнение твоему не ровня Мои предвиденья, мои мысли.

–  Вовсе нет! Просто себя я знаю лучше, чем ты. Тирия покачала головой.

–  Нет, не знаешь, в этом-то и проблема. Только что ты дважды сказал, что

построил жизнь на лжи. На том, что твой отец не делал того, что на самом деле совершил. На том, что лейтенант Йансон - хладнокровный и жестокий убийца. Ты ошибался на их счет. И нашел смелость признать это. Ты ошибался на собственный счет и отважился признать, что не сразу полюбил меня.

Келл упрямо молчал.

–  А теперь я хочу, чтобы ты нашел в себе смелость поверить мне больше, чем себе. Келл, из желания сбежать из любой схватки ты придумываешь всякий раз обходной путь, и это хорошо. Спроси любого, кто был на "Борлейас", они подтвердят. Вот почему я знаю, что пока ты летаешь вместе с нами, я в безопасности.

Он молчал.

–  Келл, прошу тебя…

Он закрыл глаза, чтобы больше не видеть ее лица, и вздохнул.

–  Хорошо.

***

Они вышли из гиперпрыжка в назначенной адмиралом Тригитом точке пространства. Как и ожидалось, "Неуязвимою" там не было. Никто не расстроился, они передали рапорт о засаде в системе Моробе, о "предательстве" Тригита, который подло бросил их на произвол судьбы и растерзание, о восхитительных тактических ходах капитана Дарилльяна, в результате коих они пережили засаду, хотя и основательно пострадали.

Следующий прыжок доставил их в систему Обини-пор, глубоко во Внешних территориях, но на пути вторжения Новой Республики. Там располагалась независимая колония, разрабатывающая богатые природные ресурсы планеты. В задание "Ночного гостя" входило чуть-чуть пошуметь с помощью ДИ-истребителей, примерно, как на Виамарре.

Сразу же после завершения прыжка корвет передал шифрованное сообщение на частоте Новой Республики и получил в ответ закодированную информацию от разведгруппы.

Но прежде чем они успели полюбопытствовать, что им прислала разведка, на "Ночной гость" поступил запрос по Сети.

Мордашка опрометью кинулся в радиорубку и даже успел внести изменения в облик "капитана". Зубрила, автор модификаций, расстарался, и теперь Дарилльян восседал не в громоздком шикарном кресле, а в гораздо менее удобном и находящемся на вспомогательном мостике. Мордашка оглянулся на Антиллеса, который ждал на пороге рубки за пределами поля зрения камер.

–  Ставлю на то, что это Зсинж. Ведж отрицательно покачал головой.

–  Это Тригит. Зсинж сначала переговорит с адмиралом и выяснит его часть истории, а уж потом с нами.

–  Десять кредиток?

–  Никто тебя за язык не тянул. По рукам. Лоран хмыкнул, затем активировал связь. Над пластиной передатчика всплыла голограмма Тригита.

Мордашка приподнялся из кресла.

–  Да как вы!.. Поверить не могу, что вам хватило бесстыдства выйти на связь после того, что вы… после вашего… предательства!

Тригит примирительно приподнял ладонь.

–  Прошу вас, капитан! Как только мы распознали ловушку, нам пришлось выбирать между несколькими вариантами действий, каждый из которых был достаточно неприятен.