Эшвин

Роча Кит

— Возьми меня, — приказал он, надавив бедрами, начиная плавно скользить вглубь, погружаясь осторожными легкими толчками. Кора схватила его за плечи, но следующий удар плоти заставил ее вцепиться ногтями в кожу, когда головка члена медленно начала проникать в нее.

Его пальцы ощущались большими, но это было намного больше. Он остановился, немного отступил, а потом снова вернулся, глубже, чем раньше. Она знала, что это должно быть больно, но она была настолько влажной и расслабленной, и ждала так долго…

Последний сильный толчок, и их тела соединились. Koрa смотрела на

него снизу вверх, все тело лихорадочно пульсировало в такт сердцебиению.

— Оу…

Эшвин оперся локтями по обе стороны от ее лица, осторожно удерживая себя, и пальцами погрузился в ее волосы, нежно поглаживая по вискам.

— Все хорошо?

Было чертовски невежливо рассмеяться, но вопрос был настолько абсурдным, что Кора вынуждена была закусить губу.

— Я не думала, что он такой большой.

Это принесло одну из его драгоценных улыбок, наряду с нежным толчком сильных бедер. Она задохнулась и выгнулась на постели, когда движение вызвало вспышку ярких ощущений, прокатившихся через нее.

— Koрa… — Эшвин застонал, пальцы судорожно сжались в ее волосах.

А потом начал двигаться.

Он брал ее медленными, уверенными толчками. Каждый из них разрушал ее представление об удовольствии, заменяя его на более новый, возвышенный идеал. Снова и снова, пока она не начала возбужденно приподниматься, чтобы встретиться с ним, инстинктивно отвечая, уже ни о чем не задумываясь.

Его кожа стала скользкой от пота под руками, и она еще крепче сжала его. Легкие горели, и вскоре Кора уже не могла дышать, вдохи сменились рыдающими стонами.

Он наполнял ее, переполнял ее, и она тонула в нем.

— Кончай, Кора! — Он схватил ее за бедро, потянув ногу вверх по своему телу. И каждый следующий резкий толчок был все глубже, острее, делая трение невыносимым.

— Давай!..

Кора кончила с оглушительным криком. Оргазм захлестнул быстрыми, горячими спазмами, которые заставили ее лоно сжиматься вокруг жесткого члена, и каждый спазм вызывал ответную цепную реакцию испепеляющего удовольствия.

Ощущения продолжались до тех пор, пока каждая мышца не задрожала, и она не охрипла от криков. Они не заканчивались, пока Эшвин не перестал двигаться внутри нее, по-прежнему возбужденный, по-прежнему каменно-твердый, и не погладил волосы на щеке с успокаивающим шепотом.

— Дыши, Кора. Посмотри на меня.

— Эшвин… — Ее голос был грубым и сиплым, как будто она кричала в течение нескольких дней.

Он поцеловал ее. Губы. Щеки. Уголок искусанных уст. Необъяснимо чувствительное местечко на изгибе челюсти. Даже с доказательством его неудовлетворенного возбуждения, погребенного внутри нее, он касался нежными, успокаивающими поцелуями ее лица и шеи, как будто не было ничего более насущного, чем это желание.

Кора схватила его за голову, но не смогла заставить себя оттащить его губы от своей кожи.

— Почему ты остановился?

— Потому что я хочу, чтобы ты осталась со мной. — Мужчина нежно укусил ее за подбородок и приподнял голову, чтобы встретиться с Корой взглядом, когда снова толкнулся

бедрами. — Я могу делать это так долго, как ты можешь выдержать. До тех пор, пока ты хочешь меня.

Он говорил о железной воле, но она чувствовала, какой шторм бушует под спокойной поверхностью его полного самоконтроля. Девушка начала двигаться, не думая, толкая его за плечи, пока он не перекатился на спину, поменявшись с ней местами.

В итоге, Кора уселась верхом на него, руками слегка опираясь на свои бедра. Он наблюдал за девушкой, снисходительно и терпеливо, пока она обследовала его. Эшвин действительно был красив, особенно голый и бессовестный. Возбужденный и ожидающий. Если не присматриваться внимательно, можно было пропустить напряжение мышц, когда его грудь немного ускоренно поднималась и ровно опускалась. И ладони слегка подрагивали на ее бедрах.

Не так уж терпелив, в конце концов.

Этот тонкий налет самообладания растворился, когда она обвила пальцы вокруг подрагивающего члена. Эшвин зашипел, когда она погладила вверх и вниз его обжигающую длину, и застонал, когда Кора приподнялась, направляя его обратно внутрь себя.

Она взяла его медленно, намного легче на этот раз, одним плавным, томным движением, когда он полностью погрузился в нее, еще глубже, чем раньше. Koрa сдвинула бедра и оперлась обеими руками на твердый живот, чтобы удержаться в этом положении, когда мужчина приподнялся, чтобы толкнуться навстречу непроизвольным движением.

— Я сожалею, — пробормотал он, откинувшись на постель. Сильные ладони остались на женских бедрах, легко придерживая, но хватка пальцев ослабла.

— Почему? — Девушка протянула влажные пальцы к его рту и проследила изгиб нижней губы. — Тебе это нужно так же, как и мне.

Эшвин поймал шаловливые пальцы своими зубами и наблюдал за Корой, пока облизывал каждый языком, по одному втягивая в рот.

— Ты нужна мне, — сдавленно произнес он после того, как отпустил их. — Любым способом, который доставляет тебе удовольствие.

— Я пока выясняю способы. — Кора снова шевельнула бедрами, на этот раз слегка наклонившись, и снова закачалась, скользя по нему. Взрыв непередаваемых ощущений промчался сквозь нее, вновь заставив взвиться пламя желания. И уже не имело значения то, что он только что заставил ее кончить так сильно, что она едва могла дышать. На данный момент, единственное, что было значимым в ее мире — Эшвин.

Он стиснул зубы, когда девушка начала двигаться, напряженные мышцы груди и живота дрожали под ее ладонями. Было сложно с непривычки поймать правильный ритм, но пальцы Эшвина сжались сильнее на ее бедрах, направляя, пока она не начала ритмично скользить, задевая все чувствительные точки, плавно поднимаясь вверх, задерживаясь на секунду перед движением вниз, слыша от него рычание каждый раз, когда резко опускалась обратно.

Он отвлек ее, чувствительно надавив большим пальцем на складочки, чтобы погладить клитор. Кора дернулась и схватила его за запястье, но не смогла отказать ему в стремлении усилить наслаждение. Она резко опустилась, бесстыдно скача верхом на жестком члене, когда напряжение снова возросло от его прикосновений.