Erratum (Ошибка)
Шрифт:
– О них позаботятся дреги, - ответила Нитра, поворачиваясь и делая знак служанке, - их ненависть сделает свое дело.
– И все?
– Рамуэль смотрел на ведьму мрачно.
– Они возглавят сопротивление и доставят нам массу проблем, прежде чем эти тупоголовые чешуйчатые твари разберутся с ними. Если они вообще не разберутся с дрегами первыми.
– Кому воевать на их стороне?
– Нитра с открытой неприязнью смотрела на падшего.
– Или ты думаешь, мы рассчитывали на удачу, когда продумывали переворот? Дреги - это огромная сила, одна из самых неповоротливых, но и одновременно
– Допустим, - Рамуэль был по-прежнему мрачен, - но от Небироса лучше избавиться.
Ведьма фыркнула, развернувшись к нему спиной и не удостаивая его ответом.
– Хочешь убить его - убивай, - произнесла Нитра, и Рамуэль не нашелся, что ответить. Его крылья на какую-то секунду заслонили весь дверной проем в зале, а затем он исчез из виду.
– У большинства этих птиц куриные мозги, - бросила Нитра Миби, и та лишь сомкнула веки в знак согласия.
– Но не слишком ли мы замахнулись?
– все-таки осмелилась она спросить.
– Мы избавимся от них по очереди, - произнесла Нитра.
– Мы заслужили править этим миром, потому что он давно оголодал по истинной власти, власти разума и хитрости, а не развращенности и скуки, которая правила им все последнее время.
– Почему ты так ненавидишь его?
– спросила Миби.
– Потому что он пренебрегал нами, - проговорила Нитра и отвернулась. Этим она дала понять, что разговор окончен.
Грерия с трудом опустила Лили в кресло Ника в его кабинете.
– А это не так уж и легко, - вздохнула она, опускаясь рядом с ней в соседнее кресло.
Лили же все еще приходила в себя, с трудом воспринимая смысл сказанных ведьмой слов.
Звуки растворялись в пространстве, наполняя его пузырями, потом лопались и смысл оседал на вещах в кабинете.
Грерия, бросив на нее короткий взгляд, даже подумала, уж не лишилась ли она рассудка, и успела пожалеть о том, что не уберегла ее от рокового шага. Но Лили подняла голову, и в глазах ее светился спокойный глубинный разум, какого не бывает у безумцев.
– Как ты себя чувствуешь?
– спросила Грерия, и нервно помяв в руке взятую со стола губку, добавила: - Нам лучше уйти отсюда, пока на нас не наткнулись ведьмы, или дреги.
– Да, ты права, - кивнула Лили и сделала усилие, чтобы подняться. Грерия подхватила ее под локоть, помогая и принимая на себя вес.
– Я не знаю, что ты видела, и мне не надо это знать, но забудь, выбрось все из головы, - прошептала она ей на ухо. Лили только рассеянно улыбнулась ей в ответ.
– Все нормально, Грерия, все хорошо.
– Да уж, лучше некуда, - проворчала ведьма, наблюдая как неуверенно девушка переставляет ноги.
Хлопки крыльев за спиной заставили Грерию напрячься и приготовиться к бою, но в помещение мягко вошел Петра, и на его встревоженном лице отразилось облегчение, когда
– Петра, - Лили протянула к нему руку, - все в порядке, она с нами.
– Я бы не очень доверял таким, как она.
– Бросил ангел, и ведьма вернула ему неприязненный взгляд.
– Кто бы говорил, - проворчала она, и взгляды их снова скрестились.
– Перестаньте, пожалуйста, - устало произнесла Лили, и Петра снова обратил на нее свое внимание, рассматривая ее измученное лицо и понимая, что она опирается на ведьму оттого, что не может стоять самостоятельно.
– Что случилось?
– он дернулся в сторону Лили, и подхватил ее под другую руку.
– Ничего страшного, нам надо уходить, - проговорила Лили.
– Она сунулась в самое пекло, - не выдержала Грерия и вновь смерила ангела гневным взором, словно это он был виновен в случившемся.
– Ты попала в переделку с дрегами?
– в ужасе спросил он.
– Нет, - Лили смогла улыбнуться, - я узнала, где Аба, и пыталась пройти к нему.
– И где он?
– руки Петры разжались от неожиданности, и ведьма слегка присела, снова приняв на себя вес Лили, и раздраженно посмотрела на крылатого.
– Он далеко отсюда, в ловушке из света.
– В коконе?
– глаза Петры широко раскрылись.
– Да, - подтвердила Лили.
– Что ты знаешь о коконе?
– спросила ведьма, пристально глядя на него.
– Теперь только то, что он и правда существует, - он был явно где-то далеко мыслями.
– Я думал, это всего лишь легенды, и создать его невозможно. И еще невероятнее то, что сам Аба заточен внутри него.
– Только не начни отплясывать тут на глазах у нее, - глухо произнесла ведьма, и Петра вернулся на землю.
– Лили, это шанс на освобождение...
Лили покачала головой:
– Нет, Петра, это война, которая не принесет никому ничего хорошего. И уж точно, никому не станет легче, если ведьмы и дреги победят. Трон не останется пустым. А он, - она замялась, не зная, как произнести самую крамольную мысль на свете, - он - не самое страшное зло здесь.
Петра смотрел на нее ошарашено, а Грерия не удержалась и рассмеялась.
– У нее контузия светом, не иначе, - произнесла она, успокаиваясь.
– Не самое страшное, - в последний раз хмыкнула ведьма, - скажи еще, что он - хороший, и я, честно, разрыдаюсь от смеха.
– Нам пора, - отрезал Петра, и обе женщины согласились с ним.
Если бы не огромные крылья, возможно, им не довелось бы покидать башню вместе, но бывший ангел действительно был великолепен. В размахе его крылья достигали метров шести, не меньше, и Грерия невольно любовалась ими, вспоминая другие крылья, которые остались у нее в руках. Пустые земли, жажда и огромный василиск - песня их любви. Ей ни разу не довелось подняться с ним к небу, а ему так и не удалось полетать, став человеком. Ведьма закрыла глаза, а по щекам все равно катились упрямые слезы. Под другим крылом Петры, словно в своеобразной колыбели его руки и плаща висела Лили, глаза ее были прикрыты, а по лицу блуждала улыбка, и сложно было представить, что могло заставить ее улыбаться в такие сложные времена.