Эротический рисунок
Шрифт:
– Как?? Невозможно!
– лицо Амалии сильно раскраснелось. – Я это не можно! Мужчина – нет, нет… Это стыд мне. Только моя госпожа!
– Это глупости, милая! – отвечала хозяйка ледяным тоном. – Он такой же твой господин, как и я.
– Пойми, глупышка, - голос её потеплел. – Девушек должны наказывать мужчины! Во-первых, у них крепче рука, и девушка ощутит такое, чего никогда не почувствует с хозяйкой. А во-вторых, мужчина при наказании лицезреет все ваши девичьи прелести и приходит
– О, да!.. Но это стыд! И это быть больно! Я не мочь это… - потерянно лепетала Амалия.
Дискуссию быстро завершила звонкая пощёчина.
– Хватит болтать! Приготовь себя и жди на галерее, где всегда. Всё как обычно: чулки, подвязки. Повторять я не буду!
– …Или ты хочешь, чтоб я написала твоим родителям?
* * *
Когда миссис Ирэн вошла в свою спальню, Генри в накинутом на плечи шёлковом халате сидел в кресле. Рукава халата были пусты и висели свободно. Она распахнула на нём халат и увидела, что до пояса он обнажён, а руки его связаны за спиной.
– Прекрасно!.. Тебе так нравится, мой милый? – томно заговорила миссис Ирэн, проводя кончиками пальцев по его груди.
– Нравится? Быть связанным? – забеспокоился племянник. – Не собираетесь ли вы, тётушка, вместо горничной наказать меня?
- Посмотрим на твоё поведение, мальчик, - улыбнулась тётя. – Сегодня тебя ждёт необычный вечер… Я ведь обещала! Давай-ка я раздену тебя совсем.
И она взялась за ремень его брюк.
– Что вы делаете, тётя?..
– забеспокоился беспомощный лейтенант. – Не нужно!..
– Не нужно? Глупости… Ты же хочешь получить удовольствие, не так ли? А как же ты его получишь в брюках? – логично возразила тётя, освобождая от одежды его нижнюю часть.
Когда брюки вместе с нижним бельём сползли вниз, и немаленький орган сэра Генри печально повис, тётушка задумчиво посмотрела на него.
– Как летит время!.. Ведь, кажется, совсем недавно я вытирала тебя после купания и целовала его, такого маленького… Он целиком помещался на языке! Ты помнишь?
– Конечно, тётя. Мне больше никто никогда так не делал... Вы меня любили больше, чем мама!
– Мамочку ты просто не помнишь - она так рано ушла от нас, бедная Мария… А я любила до сумасшествия! Какой ты был красавчик! …Поцеловать его, что ли, по старой памяти? – задумалась тётушка, глядя на свисающий предмет.
– Да... как в детстве… - лейтенант снова
Миссис Ирэн опустилась на корточки, потянулась к свисавшему предмету и чуть коснулась его губами. И он тут же потянулся к ней навстречу!
– Внушительный… – она задумалась, подыскивая слово, но не нашла ничего подходящего.
– Однако нам пора!
– Как?? – удивился сэр Генри, ожидавший долгой и приятной процедуры.
- Пойдём, я тебе кое-что покажу, - говорила тётя, выводя своего голого племянника из комнаты на галерею.
– Куда вы меня тащите, тётя? Нас могут увидеть…
– Глупости. В доме никого, кроме дяди Джеймса… А он не покидает инвалидной коляски.
– Но зачем мы ушли из спальни?.. Для чего были все эти приготовления, связывания? Я думал, вы хотите развлечься со мной… не совсем обычным образом…
– Ах, вот что!.. И ты был бы рад совратить и опозорить честную замужнюю женщину, маленький негодяй? Свою родную тётушку? – смеялась миссис Ирэн, увлекая племянника на лестницу.
Связанный и голый, Генри испуганно озирался, боясь быть кем-нибудь увиденным.
– Нет, милый, моя добродетель несгибаема!- говорила тётя, ведя его наверх.
– Я верная супруга дядюшки Джеймса.
Когда они поднялись на верхнюю галерею, пред сэром Генри в полумраке неожиданно возник силуэт девичьей фигурки, перегнувшейся через перила. Кроме чулок и подвязок на ней не было ничего. Упругая округлая попка была задорно приподнята. Лейтенант ахнул.
– Ой, смотрите-ка, кто это там стоит? – посмеивалась тётушка. – В такой пикантной позе... Ах, да это наша горничная! И почти без ничего!.. Ай, какой стыд, молодые люди - оба нагишом!
– Что она там делает?.. – зашептал Генри.
– А вот сейчас узнаем, – говорила миссис Ирэн, подводя упиравшегося племянника.
– Вот, Амалия, - сказала тётя, - я привела нашего гостя... Нет-нет, ты стой, как стоишь! И слушай... Сегодня тебя накажет он - не всё же мне трудиться. Надеюсь, это послужит тебе хорошим уроком. ...Что?
– Да, мадам, - послышался сдавленный голос умиравшей от стыда Амалии, совсем забывшей, что именно за это «мадам» она и наказывается.
– Ты опять?? – удивилась тётушка.
– Ну, что же... Сэр Генри!
Сэр Генри в это время, забыв обо всём, смотрел на приподнятую часть Амалии, и плоть его, которую ничто не сдерживало, восстала до небес.
- О-о, мой милый, да вы просто Геракл! – восхитилась тётушка.
– Приступайте же.