Ермак. Революция
Шрифт:
— Павел Васильевич, а американская эскадра вышла из штатов в Жёлтое море? — с трудом произнося слова, перебил я вопросом Бутягина, который продолжал рассказывать о ситуации в Корее, и о том какие меры принимает генерал Линевич, для разгрома японских войск.
— Насколько мне известно, Тимофей Васильевич, ещё нет. Но вы сами знаете, как к нам новости из Нового Света доходят. Слышал от Великого князя Александра Михайловича, что у президента Рузвельта какие-то проблемы в конгрессе по ратификации передачи эскадры по ленд-лизу с экипажами «добровольцев». Оппозиционные демократы единогласно против, да и многие республиканцы их поддерживают, так как помнят приход русской эскадры во время Гражданской
— Особенно если мы высадим десант на остров Садо, лишив Японию их главного золотого прииска, — вставила свои пять копеек Мария Петровна.
— Заманчивое предложение, — произнёс я и попытался улыбнуться, но сморщился от боли, прострелившей под лопаткой.
Это тут же заметила Бутягина и не терпящим возражения голосом произнесла:
— Всё, господа, информационная десятиминутка закончена. Тимофей Васильевич, вам вновь принимать лекарства и спать. Сон лечит лучше всего. И не возражать.
— А что я ночью буду делать? — терпя боль, произнёс я.
— Спать. Это я гарантирую без вреда для здоровья. Кое-какой запас необходимых настоек и лекарств взяла специально для вас, Ваше превосходительство, — выделяя звание, с сарказмом произнесла Марфа-Мария, глядя на меня как на несмышлёныша.
— Я всё понял, — выдавил я из себя, приготовившись глотать очередную гадость.
После того как меня напоили лекарствами, и я справил с помощью санитара свои естественные надобности, остался в палате один. Борясь с подкатывающей дремотой, подумал о том, что, действительно, задачей номер один сейчас является окончательный разгром японцев в Корее. Это необходимо осуществлять с усиленной блокадой побережья и бомбардировками городов Японии, пока хватит ресурсов у моторов дирижабля.
«Интересно, как там браты?!» — практически засыпая, подумал я.
После того как усиленная сотня Тура спасла императора Коджона Антип Григорьевич Верхотуров стал первым казаком Амурского казачьего войска, а может и всего казачьего войска или всей Российской империи, кто имеет золотую медаль «За храбрость» с ношением на груди, полный бант Знаков Отличия Ордена Святого Георгия и Орден Георгия 4-й степени.
Думая про Тура, в голове всплыла история Карла Ивановича Вашатко, чеха, который во время Первой мировой войны в том моём прошлом-будущем был награждён Георгиевской медалью II, III, IV степеней, Георгиевскими крестами I, II, III, IV степеней, Георгиевским крестом с лавровой ветвью. Такую награду присуждали в 1917 году по решению солдатской полковой Георгиевской Думы за личную храбрость офицера в бою. И Орденом Святого Георгия 4-й степени. Вот такой иконостас у человека за личную храбрость. И это за два года войны. Попалась мне тогда информация в Интернете, а сейчас неожиданно всплыла в памяти.
Что касается Верхотурова, то, пользуясь статутом ордена Святого Георгия, Туру присвоили ещё и звание хорунжий, так что у нас в станице Черняева теперь четыре офицера из простых казаков, а трое ещё и потомственными дворянами стали.
Других участников того рейда по спасению императора Кореи без наград также не оставили. Леший получил повышение в звании до зауряд-хорунжего, Шило подхорунжего и солдатский Георгий 2-й степени. Такие знаки разных степеней получили и другие браты.
«Лишь бы выжили в этой круговерти войны», — подумал я, проваливаясь в сон.
— Господин хорунжий, вашей сотне поручается
Пётр Иванович, исполняющий обязанности генерала-квартирмейстера 1-й Маньчжурской армии, и на которого были возложены вопросы разведки и контрразведки, положив карандаш на карту, посмотрел в глаза хорунжему Верхотурову.
— Антип Григорьевич, задание, можно сказать, не выполнимое, но его надо выполнить. Мы должны не допустить нового организованного отхода японцев на другую позицию. А для этого их необходимо лишить командования. Генерал Куроки старый, хитрый лис. Он уже дважды оставлял нас с носом, вырываясь из капкана. Через несколько недель начнутся муссонные дожди, до которых нам необходимо разбить японцев. Этого требует от нас Государь! — Огановский расправил пальцем свои шикарные усы и продолжил:
— Да! Этого требует Государь! Что вам потребуется для выполнения этого задания?
— Мне надо подумать, Ваше превосходительство. Осмотреться на местности, — хорунжий задумчиво, не замечая этого, начал крутить пальцами правый ус.
Генерал молчал, ожидая, что ещё скажет казак.
— А когда и каким образом планируется штурм Тэгу? — словно очнувшись, задал вопрос Верхотуров.
— Через четыре дня, рано утром, после артиллерийской подготовки двумя штурмовыми колоннами вдоль железного полотна и через перевал Пхальджорён, по которому во времена династии Чосон пролегала основная дорога между Сеулом и Пусаном.
— Тогда разрешите провести разведку на местности, Ваше превосходительство?
— Разрешаю.
Получив разрешение, хорунжий покинул палатку генерала-квартирмейстера и направился к биваку своей сотни.
— Что делать будем? — задал вопрос Верхотуров, оглядев собранных станичников-братов.
— Надо сходить посмотреть на эту старую крепость, — задумчиво произнёс Леший.
— А мне, кажется, сначала надо определиться с приказом. Что значит захватить штаб? — веско пробасил вахмистр Подшивалов. — Взять живыми и притащить в наше расположение генерала Куроки и ещё кого-то из его окружения? Думаю, второй раз у нас этого не выйдет. Это не с бивака выкрасть, а из центра города, в котором и вокруг которого восемьдесят тысяч войск.
— Шило прав. С генералами не вырвемся из города. Если только захватить всю крепость и попробовать удержаться до прихода наших, — это уже вставил свои пять копеек Шах или старший урядник Шохирев.
— По мне, так разнести всё там гранатами к чертовой матери, а потом провести зачистку и делать из крепости ноги, — эмоционально высказал своё мнение Ус.
После его слов возникла пауза, которую прервал Тур.
— Итак, имеем три варианта. Первый, захват генерала Куроки и других генералов и офицеров японского штаба, и доставка их в наше расположение. Можно сказать, невыполнимый вариант. Второй. Захват штаба и удержание старой крепости до подхода наших войск. Более выполнимый план, но с большими, я бы уточнил — с огромными потерями. Третий вариант — уничтожение, а не захват штаба. Здесь, если действовать ночью или под утро, то есть возможность, всё провернуть тихо и незаметно, используя глушители и холодное оружие. Только боюсь, этот план наше командование не утвердит. Если бы штаб надо было уничтожить, то генерал Огановский так бы и приказал.