Эриния. Месть огня
Шрифт:
– Ах ты дрянь мелкая, – прошипела я и чуть-чуть позволила разгореться рукам.
– Раздавишь! Зажаришь! Ааааа, – во все горло заорал тут же оклемавшийся пикси. – За что?!
– За то, что не сказал про инкуба, сидхе и эльфийку – все это порождение Тир-на-Нога! Я бы подготовилась к встрече с ними, знай о том, кто прибыл.
– И не удивилась бы! Тогда бы ты подставилась тем, что шпионила за «валькириями», – думаешь, такое бы не заметили?! Выпусти, дылда! – Пикси исхитрился и укусил меня за палец. Больно, между прочим! Я резко разжала руку, и он тут же, надувшись, отлетел подальше. – Это ты от них навешала
– И от тебя! – Я отвернулась.
– Ну не злись! – Пикси был, в общем, отходчив и уже сел мне на плечо. – Я больше не буду. Хочешь тайну?
Я молча сняла его с плеча и отвернулась с деланно-равнодушным видом.
– Не хочу.
– Да ладно! Хочешь! Там все из-за тебя переругались. Эльфийка сказала, что ты девчонка необученная и таких полно, но тебя надо посадить под замок – очень уж подозрительная ты особа. Брунгильда – что ты своя. Инкуба прямо разрывало – он только и говорил, что твоя сила – особая. Темный шипел, как шипучка, что ты всего лишь эриния. А Суспера орала, что не отдаст тебя!
– Ты о чем? – Я выпучила глаза.
– Ага! Интересно все-таки!
– Да говори уже!
– Хотят тебя взять на охоту на Красную Шапку.
– Колпака, – машинально поправила я и села на пол в глубокой задумчивой эйфории. Вы спросите, как это? Да так, что с одной стороны было понятно, что с «тринадцатыми» не все гладко, да и легко там не будет. Они опасные, в Темном же и вовсе чувствовалась некая червоточина. С другой стороны – вот уже год, как я мечтала о том, чтобы стать «валькирией» и убежать в Порту от всех этих героев и нимф. И вот я радовалась и одновременно думала, а стоит ли такому радоваться.
Когда меня снова вызвала Суспера, я уже приняла решение – мне нечего делать с этими существами. Ладно бы только эльфийка и валькирия, но инкуб и сидхе… Особенно сидхе! Я рассказала об этом Моргану, и он, неожиданно погрустнев, улетел от меня, обозвав дурой, что отказывается от шанса.
Я вышла на улицу, и ко мне тут же подбежала Мег – ждала у выхода.
– Это правда?
– Привет, Мег, – ответила я, не замедляя хода. – Что именно?
– Что тебя «валькирии» забирают. – Она задохнулась от восторга.
– А ты откуда знаешь? – Зачем я спрашиваю? Новости и сплетни в мире магических баб и тупых героев расходятся быстро.
– Калипсо подслушала, – усмехнулась Мег. – Она хотела сама к ним примкнуть и подавала прошение, а ее не взяли – дескать, силы маловато. Она тогда страшно злилась! Калипсо даже хочет поколотить тебя!
– Смешно. – Я усмехнулась, вспомнив нимфу Калипсо – красивую, но с абсолютно бессмысленной силой для «валькирий» – приманивать рыбу. – Я пока никуда не ухожу. Видимо, ей известно больше моего, – проговорила я, потом повернулась к Мег. Помолчала. – Ты извини меня, если что! Я не права была. Наверно, я просто злилась, что у тебя есть нормальная жизнь помимо того, что мы делаем, а я так и не освоилась тут до конца.
Мег кинулась мне на шею и шепнула:
– Если ты уедешь, я буду страшно скучать! Страшно! Я сделаю все, чтобы снова быть с тобой рядом. Но прямо сейчас я за тебя рада! – И отстранившись, тут же спросила невпопад. – Ты шарфик взяла? Он тебе точно там пригодится! А я буду знать, что частичка меня с тобой.
Она всхлипнула и, развернувшись, убежала. Я увидела, как ее подхватил
«Успокойся, Алекто. Откажись и займись своими делами!»
Я встряхнулась и пошла дальше. Около уха затрепетали крылышки, и на плечо опустился Морган.
– Свали! – невежливо сказала я.
– Даже не подумаю, – в тон мне ответил он. – Куда ты, туда и я. Даже если ты решила остаться тут, бестолочь!
– С чего бы?
– Привязался к тебе, дуре.
– Какая я сегодня популярная, – пробормотала я, пожалуй, даже благодарно и повернулась к нему. Морган неожиданно взлетел с тихим «фу».
– Твой друг? – раздался справа от меня мягкий, как шелест листвы под ночным ветерком, голос. Я застыла – там точно никого не было еще секунду назад, но вот он, сидхе, идет со мной в ногу и одновременно с презрением рассматривает поднимающегося вверх Моргана. Это было бы страшно, как в хоррорах, если бы не светило так ярко солнце, а со стороны агоры не долетали призывы продавцов и философов.
– Определенно я сегодня слишком популярна, даже чересчур, – буркнула я невпопад.
– Он – пикси. Когда-то они были частыми гостями дворцов сидхе.
– И что же случилось? Гостеприимство сидхе было слишком навязчивым, и пикси не понравились их клетки? – ядовито поинтересовалась я.
– Пикси не умеют быть друзьями, – перевел на меня взгляд зеленых глаз Фер. – На уме только сплетни и проделки…
– А сидхе? Или это проявление товарищества – заявляться в чужие сны? Если так, то понимаю, почему пикси от вас попрятались.
Сидхе снова посмотрел вверх. У него был очень красивый профиль. Он вообще внешне был одновременно изящен, почти хрупок, и мужественен. Вот только его невероятная привлекательность, уж извините, не привлекала. Я чувствовала исходящую от него силу магии, и она пугала меня так, что хотелось повернуться и бежать, бежать, бежать, как когда-то от Красного Колпака. Но, как и тогда, я ответила на вызов, заставив себя остаться. Он остановился, и я сделала то же самое, развернувшись к нему. Теперь я видела его шрам, тянувший край плотно сжатых бледных губ чуть вверх, зеленые глаза, в которых была лишь скука, водопад волос. Красиво, но ничто не заставило бы меня хоть на секунду с ним сблизиться. Фер, чувствуя мои мысли, улыбнулся. Я тоже, зная, что он их прочел, и желая этого.
– Ты – не одна из нас, и как бы я ни относился к членам своей команды, я пригладываю за ними. В тебе есть кое-что, чему не место рядом с нами. Оставайся в своем мирке и преследуй глупых людей.
Я задохнулась от негодования, но сидхе уже исчез. Просто растворился в воздухе. Взбешенная, я не помнила, как добежала до Дома Старших и с ноги влетела в кабинет Сусперы. Сидхе сидел на подоконнике в небрежной позе, как и в прошлый раз, будто не он буквально минуту назад разговаривал со мной далеко отсюда. Я злобно уставилась на него пылающими глазами, язычки пламени побежали по рукам.