Эрик Вулф в засаде
Шрифт:
Глава первая
От одного взгляда на нее перехватывало дыхание. Эрик Вулф (Вулф - по-английски "wolf" - волк) вздохнул, глядя, как молодая особа вышла из дома и зашагала по вымощенной плитками дорожке к тротуару. Свернув налево, она направилась прямо в его сторону. Он сделал вид, что копается в мотоцикле у своего дома, находящегося неподалеку от ее жилья.
Девушка была миниатюрная блондинка, волосы - словно мед, фигурка ладная, и в каждом движении - женственность. Овал лица нежный, тонкие, правильные
Посмотрим. Эрик ядовито скривил губы. Ее имя Кристина Марианна Кранас, а друзья называют Тиной. Судя по всему - натура противоречивая. У нее нет постоянного дружка, но тем не менее она любит хорошо провести свободный вечер. Друзей того и другого пола у нее предостаточно.
Но Эрик не принадлежит к их числу. Он просто новый и к тому же временный сосед. О ней же он знает все. Родилась и выросла в Филадельфии, ей двадцать шесть лет и четыре месяца. В двадцать один год она опрометчиво вышла замуж, но брак оказался неудачным: у мужа выявилось криминальное прошлое - он много раз попадался, но так и не был осужден из-за отсутствия у обвинения достаточно веских улик. Кристина утверждала, что не знала о его неладах с законом.
Эрик для себя еще не решил, насколько правдиво ее утверждение.
Брак распался, продлившись едва восемнадцать месяцев. Детей у них не было. Развод Кристина получила почти четыре года назад.
Эрик не придавал этому значения, так как бывший муж продолжал периодически навещать ее и своего лучшего друга, который жил в доме напротив, а Эрик как раз и наблюдал за этим домом, что было весьма удобно.
Бывшего мужа Кристины звали Глен Ребер, и он был красивым парнем. Получив развод, Кристина вернула свою девичью фамилию, приобрела закладную на небольшой домик в стиле ранчо на тихой улице на окраине Филадельфии, в районе, где селились люди среднего достатка. А в центре города у нее был шикарный цветочный магазин.
Рост у Кристины был один метр пятьдесят девять сантиметров, вес - сорок пять килограммов. Размер ее бюстгальтера - 32Б, обуви - 5А, одежды - 3, в зависимости от фирмы и качества изделия. Размер кольца у нее также был 5.
Эрик знал все необходимые данные о Кристине, потому что такова была его работа - держать в памяти тщательно отобранные факты о подозреваемых.
Он очень серьезно относился к своим обязанностям. Так было всегда, а особенно после смерти отца от руки ошалевшего наркомана, пойманного во время полицейской облавы три года назад.
В настоящий момент Кристина в туфлях на низком каблуке того самого пятого размера направлялась к автобусной остановке на углу. Ее собственная машина уже три дня находилась в мастерской для подготовки к техосмотру. Присутствие же Эрика именно этим утром на подъездной дорожке не было случайным. Кристина приближалась, и Эрик бросил внимательный, но осторожный взгляд на ее соблазнительную фигурку. Ее наряд был одновременно небрежным и щеголеватым - во вкусе ей нельзя было отказать, это он приметил с первого взгляда примерно неделю назад, как раз в тот день он переехал в холостяцкую квартиру над гаражом, пристроенным к трехэтажному дому.
И пришел к выводу, что слежка за Тиной - единственно приятная сторона в неблагодарной
В своей профессии Эрик преуспевал - ему нравилось быть полицейским. Вообще же это была семейная традиция: в разных должностях поколения мужчин семьи Вулф служили закону. Три брата Эрика работали в правоохранительных органах, но только Эрик пошел по стопам отца и добровольно поступил в полицию Филадельфии, в отдел по борьбе с наркотиками, после того, как отца убили при исполнении служебных обязанностей. Только на этот раз он работал самостоятельно, так как официально числился в отпуске, который взял, получив некие сведения от одного из своих осведомителей. И эти сведения не могли оставить его равнодушным.
Осведомитель сообщил Эрику, что, по слухам, перекупщиками наркотиков является якобы ничем не примечательная пара среднего достатка, и занимаются они этим прямо у себя дома, в тихом районе всего в нескольких минутах езды от центра города. Сама по себе эта информация не побудила бы Эрика действовать немедленно, если б осведомитель не сообщил, что парочка поставляла наркотики человеку, застрелившему отца Эрика. Именно это и определило его действия. Эрик хотел отомстить, но не собирался ставить в известность свое руководство, как он это сделает. Понимая, что его немедленно уволят, если он предпримет что-либо самостоятельно, Эрик решил взять отпуск, чтобы утвердиться в своем подозрении. Так появилась мысль снять жилье по соседству. Действовал он на свой страх и риск, и это ему нравилось.
За Кристиной Эрик наблюдал уже целую неделю. Он чинил мотоцикл у всех на виду на дорожке у дома, с улыбкой отвечал на приветствия соседей, но пока что не обмолвился с ней ни единым словом.
Но сегодня этот день настал!
Вытащив из заднего кармана джинсов грязную тряпку, Эрик медленно выпрямился во весь свой почти двухметровый рост и, небрежно вытирая руки, одарил ее самой чарующей улыбкой, на какую был способен.
– Доброе утро, - сказал он, когда она с ним поравнялась.
Поглощенная своими мыслями, Кристина вздрогнула от неожиданности и остановилась.
Эрик едва не рассмеялся.
– Э-э, доброе утро...
– Кристина неуверенно улыбнулась, а брови ее нахмурились.
– Чудесный день, - заметил Эрик, стараясь задержать ее, - необычно тепло для ноября.
– Да... конечно, - ответила она, собираясь идти дальше.
– Хотите, я вас подвезу?
– (Это предложение заставило Кристину снова остановиться.) - Кажется, я наконец его починил.
– Эрик махнул рукой в сторону мотоцикла.
– Я еду в город.
Кристина посмотрела на свой светло-серый брючный костюм и перевела подозрительный взгляд на мотоцикл марки "Харлей".
– Спасибо, я, право, не знаю...
– Здесь чисто, - заверил он, смахивая несуществующие пылинки с блестящей серебристо-черной машины.
– У меня есть запасной шлем.
– Но я...
– Вон ваш автобус, - Эрик кивнул в сторону перекрестка и сочувственно улыбнулся.
– Простите, из-за меня вы его пропустили. А когда следующий?
Кристина вздохнула.
– Через полчаса.
– Мое предложение в силе.
– Он всячески давал понять, что горит желанием помочь.
Несколько секунд она стояла в нерешительности, потом, вздохнув, сказала: