Еретик
Шрифт:
Оля
Ах, прекрасная Германия. Чувство того, что я дома начало преследовать меня с того момента, как капитан объявил о снижение в аэропорту Франкфурта. Восемь долгих лет вдали от родины, без всякой возможности вернуться и вот я снова тут. Как всегда прекрасна и многолюдна в это время года, особенно здесь, в финансовой столице. За три десятка лет прошедших с воссоединения двух сестер- ГДР и ФРГ, страна нарастила огромный военно-экономический потенциал и на данный момент является одним из центров нашего непростого многополярного мира. Приняв ошибки прошлого, были сделаны выводы и теперь методы работы стали несколько другими, нежели век назад. Вся Европа добровольно встала под штандарты обновленной и помолодевшей Германии. От восточных соседей в страну поступают ресурсы и наиболее перспективные кадры, а с западом идет непрерывный обмен научными технологиями.
Кроме всего прочего, данная личность была известна еще и тем, что не чуралась благотворительности, правда с волчьим оскалом. Выкупив земли и рудники в беднейших африканских странах, Габриэль начал застраивать их заводами и высокотехнологичными предприятиями, используя такие технологии очистки, что даже в ООН признали, что такое строительство принесет только пользу. Далее рекрутеры начали нанимать на работу всех, кто был способен работать, включая детей и стариков. В деревнях появились больницы и школы, питьевая вода и медикаменты появились повсеместно. От скорости развития весь мир заворожено ахнул. Все восхищались им до тех пор, пока на один из таких заводов не приехали журналисты, которых, впрочем, совершенно беспрепятственно пустили внутрь и даже дали ознакомиться с некоторой документацией. Изучив ее внимательно, либералы всего мира ахнули. "Как это возможно"- говорили одни","это же чистой воды рабство"-вторили им другие. Была собрана пресс-конференция, на которой был и глава компании, который крайне неделикатно послал всех в пешее эротическое. А так же упомянул, что " кудахчущие либеральные петухи не сделали ничего, что помогло бы этим странам, кроме жалобных причитаний и редких подачек". Эту новость показывали по всем каналам и прямо на середине трансляции бумаги Альфы рухнули почти в ноль. Перед закрытием торгов большая часть инвесторов говорили о банкротстве компании. Однако, когда большая часть мира только отошла ото сна, обнаружилось, что почти девяносто процентов акций было выкуплено с торгов, а компания объявила о том, что вводит ограничение на продаваемые товары и ресурсы, плоть до полного эмбарго на государственном уровне. Это был шок для всех. Большая часть медицинского оборудования отказало бы через некоторое время без тех компонентов, которые производила корпорация, но хуже всего было то, что компания при этом нисколько не ограничила торговлю с негосударственными организациями. Большинством голосов одного человека, акции выросли за неполных два дня более чем в четыре раза. Это была полная победа.
***
Примерно такие мысли витали в моей голове, пока я двигался в сторону своего нового места жительства. Я очень пристально следил за этой историей и был готов буквально аплодировать этому человеку. Быстро приняв душ после утомительной дороги и перекусив заказанной пиццей, я вышел на балкон и закурил, задумчиво глядя на опускающийся на Майн вечерний дымок. Нужно было двигаться в сторону того бара, о котором говорил отец, по двум причинам: во-первых, мне срочно нужно найти эту девушку, а во-вторых прочистить мозги крепким пойлом. Переодевшись и оглядев в зеркале бородатое лицо, я ехидно ухмыльнулся самому себе, вышел на улицу и направился вдоль по набережной в сторону порта. Теплый июньский ветер приятно бегал по волосам, и ничто не могло разрушить моего благостного настроения. Ничто, кроме бывшего одноклассника, выскочившего из подворотни с фразой:
— Деньги гони быстро. — Выглядел он паршиво: редкие жирные волосы, нескольких зубов не хватало, иссушенное телосложение и впалые глаза с желтушными глазами и кожей выдавали в нем
— Дай-ка подумать… Нет.
— В смысле? У меня есть нож. — Похоже, такой ответ его несколько сбил с толка. Движения были очень рваными, а голос трясся. Было видно, что его очень сильно ломает, и он может сорваться.
— Ну, вот так. А ножа у тебя нет, наверняка заложил его в ломбард и обменял деньги на дозу.
— Братан, мне срочно нужны деньги, дай хотя бы двадцатку или я за себя не ручаюсь.
— А что если я дам тебе не деньги. — При этих словах он весь обратился в слух, а руки предательски затряслись в ожидании заветного порошка. — У меня есть кое-что мощное и интересное. Поверь, ты не сможешь устоять.
— Дай! — чуть ли не завизжал экс первый красавчик в школе. — Все забирай, только дай мне ккаайфануть.
— Только советую убраться подальше из людных мест, вставляет не по детски. — С этими словами я протянул одноразовый инъектор с мутной белой жидкостью внутри. Выхватив его из моих рук, мой бывший коллега по учебе скрылся в подворотне. Какая же жестокая штука судьба. Гордость школы, первый красавец, любимец девушек — теперь это просто еще один жалкий нарколыга, который грабит туристов и местных ради очередной дозы кайфа. То, что я ему дал — детоксикатор, поможет избавиться от физической зависимости и вызовет непереносимость к наркотикам на психологическом уровне. Когда я вывел эту формулу для личного использования, то обнаружил один неприятный факт — этот препарат мало того, что вызывает очень сильные галлюцинации и полное расслабление тела на несколько часов (для обычного человека, из-за моего метаболизма прошло не более пяти минут), но и стирает память за прошедшие сутки. В данном случае, это будет мне только на руку, хотя в тот момент, я возблагодарил богов за то, что веду подробные записи, в том числе и видео. В этот день, мир дал ему еще один шанс, пусть и в моем лице.
Неспешно любуясь красотами местной архитектуры, я добрел до старого города и остановился перед табличкой, выполненной под старину. На ней была вырезана жутковатого вида крыса, а подпись четко указала мне на то, что пришел я в нужное место. Я толкнул дверь, и в тот же самый момент меня окружила кавалькада звуков: музыка, веселый смех, чьи-то крики и повизгивания. В общем, я почувствовал, что меня завораживает меня своей атмосферой. Сделав еще шаг в глубину полуподвального помещения, я натолкнулся на препятствие. Оно было двух с половиной метров роста, одето в обтягивающую майку, на которой красовался бейдж с именем владельца.
— Какие-то проблемы, Грыл? — Терпеть не могу имена троллей. Они чрезмерно грубые, как и их владельцы. Судя по тому набору звуков, которые они из себя представляют и тупости самих троллей, можно представить, как каждого новорожденного тролленка бьют башкой о камень и по сочетанию звуков создают имя. Этот был не исключением, скорее слишком типичным представителем братии.
— Ты не мочь пройти. — Каждое слово давалось ему с огромным трудом. Я прямо ощущал всю ту гамму боли, которую он испытывал при разговоре на общем языке.
— Почему я не мочь пройти? — Дразнить тролля- плохая идея для тех, кто хочет прожить хотя бы до конца предложения, однако скудоумие и практически полное отсутствие чувства юмора не позволили начаться потасовке прямо на входе. Не хотел привлекать внимание, но от издевки просто не удержался.
— Человека нельзя сюда сегодня. Ты — человека, значит тебе нельзя. — Я чуть не захлопал ему, однако вовремя себя остановил. Это была действительно победа "могучего" тролльего разума. Составление цепочки из двух вещей не связанных с едой — сильно.
— С чего ты взял, что я человек? — Разговор меня начал утомлять, а мне нужно было пройти внутрь.
— Ты пахнуть как человека.
— Ой, Грыл, дорогой, пропусти парня, он из наших. — В наш разговор вмешалась молодая девушка, которая появилась из-за волосатой спины бугая. Смуглая кожа, практически осиная талия, прекрасные упругие формы и пронзительные зеленые глаза. Длинная челка и выбритый висок идеально дополняли образ эдакой современной бунтарки в кожанке на голое тело и драных джинсах. Куртка, по сути своей держалась на честном слове, чтобы не открыть всему миру обнаженную красоту ее тела. Я сглотнул подступивший к горлу ком и почувствовал волну жара, прошедшую через тело. Насмешливо поймав мой взгляд, она буквально пальцем отодвинула замершего тролля в сторону, позволяя мне пойти за ней. Мы спустились по узкой винтовой лестнице вниз и вошли в зал. Играла музыка, однако не настолько громко, чтобы люди не могли разговаривать друг с другом. Она повернулась ко мне и вопросительной взглянув, начала говорить