Эреш. Книга пепла
Шрифт:
Глава 7
Алазар наградил меня долгим оценивающим взглядом, затем кивнул, будто приняв решение, и, наконец, заговорил:
– У меня непростая история, Лилит, а в ногах правды нет.
Он лениво направился к поросшему мхом поваленному дереву, мирно дремавшему на краю поляны. Я последовала за ним.
Алазар вальяжно растянулся на траве, привалившись спиной к дереву. Лишь после того как я села рядом, он, наконец, заговорил:
– Так намного удобнее, не находишь? – и тут же продолжил: – Как ты уже знаешь, я прибыл из Лунных земель. Правильнее будет сказать, вынужден был бежать.
Я удивлённо вскинула брови и чуть наклонилась вперёд,
– Моё полное имя Алазарий Мирайн Алфэйос Ла Шартейн – старший сын и прямой наследник Его Величества короля Мирайна.
Я уставилась на парня, сидевшего рядом со мной. Его манеры, речь, грация, жесты, мимика – всё это выдавало в нём аристократа, но принца? Такое мне и в голову не приходило.
С другой стороны, его уровень дара, внутренняя убеждённость в собственном превосходстве, да и тот факт, что он знал, где находится место Силы, делали его утверждение не таким уж невероятным. Я решила не торопиться с выводами и дослушать историю до конца.
– Меня предал родной брат, – продолжил Алазар. – Он отнял у меня престол, разрушил мою репутацию и обвинил в убийстве отца. Теперь почти все в Лунных землях считают меня изменником и убийцей.
При этих словах его руки сжались в кулаки, но я всё же рискнула спросить:
– Король погиб? Траур ведь не был объявлен, и я ничего не слышала о перевороте в Лунных землях.
– Тебе, должно быть, известно, что дети Луны не самый открытый народ. Официального заявления не последовало, ведь тело моего отца так и не нашли. Он считается пропавшим, а Кристиан создаёт видимость поисков. Вот только при этом он не забывает напоминать всем, что рассчитывать на возвращение короля не стоит. По его словам, это я убил отца, спрятал тело и позорно бежал, боясь справедливой кары.
– Получается, это он убил короля и обвинил во всём тебя? Но почему ему все поверили?
– Не думаю, что Кристиан пошёл бы на убийство собственного отца. Это слишком даже для такого мерзавца, как он. Вероятно, он держит отца в темницах одного из наших замков. Во всяком случае, я надеюсь на это. Полагаю, чтобы соблюсти приличия, он несколько лет будет имитировать поиски. Затем официально объявит об исчезновении короля и беспрепятственно взойдёт на престол. Мы с отцом доверяли Кристиану. Даже подумать страшно, что жажда власти может быть сильнее родственных уз. Это моя ошибка.
На мгновение Алазар замолчал, глядя куда-то вдаль. Когда он снова заговорил, казалось, он видит перед собой не лесную поляну, а своё прошлое.
– Ребёнком Кристиан во всём стремился мне подражать – вполне естественно для младшего брата. Но он рос, взрослел и постепенно понял, что его магический дар слабее моего. Ему требовались недели, а иногда и месяцы, чтобы овладеть заклинаниями, на которые у меня уходили считанные дни. Он был усерден, если не сказать одержим в своём стремлении не уступать мне ни в чём. Я помогал ему, как мог, но знал: рано или поздно наступит момент, когда трудолюбие не искупит недостаток дара. Я не желал ему этого и делал всё, чтобы переключить его внимание. Ведь Кристиан, в отличие от меня, вполне мог позволить себе наслаждаться жизнью: участвовать в турнирах, танцевать на балах с кем хочется, а не с кем выгодно короне, писать картины, путешествовать. Да, что угодно! Перед ним был весь мир, и у него было то, о чём я не мог и мечтать, – свобода. Мне казалось, со временем он это понял и был вполне доволен своим положением.
Я же целиком посвятил себя государственным делам: помогал отцу разбирать бесконечные кипы бумаг и писем, часами сидел на советах и ассамблеях, выслушивал донесения агентов тайной службы, не говоря уже о постоянных тренировках и обучении. Я был слишком занят, да и чересчур любил брата,
Однажды отца похитили, и в тот же день в мою комнату ворвалась стража во главе с Кристианом. Они заявили, что у них есть веские основания подозревать меня в причастности к исчезновению отца. Устроили обыск и, разумеется, нашли улики – переписку с лордом Морлейном, лучшим другом моего отца. В письмах мы якобы планировали свержение короля, – при этих словах глаза его гневно сверкнули, а кулаки сжались. Охрипшим голосом он продолжил: – Меня бросили в темницу, заявив, что первым допросят Морлейна. Я прекрасно знал, что он человек чести и даже под пытками не сознается в том, чего не делал. Его попросту убьют, заявив, что перед смертью он признал вину. К счастью, у меня остались верные друзья, которые освободили меня и помогли сбежать. Уже ночью Кристиан объявил о похищении короля и моём участии в заговоре. За мою поимку была объявлена награда. Люди моего брата искали меня повсюду. И вот я здесь, вынужден скрываться в лесах.
– Но почему ты сбежал? Почему не остался, не попытался оправдаться? Твоё бегство было ему только на руку, ты ведь буквально расписался, что виновен, – недоумённо поинтересовалась я.
– Лилит, я, конечно, не трус, но и не дурак. Мне бы не позволили говорить, просто убили бы, заявив, что я покушался на жизнь Кристиана. Для всех я изменник, предатель короны, а значит, моя жизнь – ничто, – в его словах звучала неприкрытая горечь.
– Неужели все так легко поверили?
– Разумеется, нет. Многие выразили недоверие и требовали провести тщательное расследование, но нескольких показательных казней хватило, чтобы заставить недовольных молчать, – Алазар грустно усмехнулся и развёл руками. – И вот я перед вами.
Я задумчиво смотрела на него и никак не могла понять, зачем ему понадобилась именно я. Неужели он не нашёл союзников у себя на родине? Кто-то ведь помог ему бежать. Я озвучила свои сомнения.
– На то были причины, поверь мне. Если хочешь, я расскажу тебе, но только после того, как ты ответишь на мои вопросы. Договор, помнишь?
Я нехотя кивнула и спросила:
– Что ты хочешь узнать?
– Почему ты считаешь, что именно ты должна была стать Энси? И почему тебя не выбрали?
– Но… откуда ты знаешь? – выдохнула я.
– Как я уже говорил, мне нравится думать, что я не дурак. Вчера претендентам объявили о результатах испытаний. Затем я встретил девушку в слезах, сидящую у Древа скорби. Девушку, у которой есть шеду, прошу заметить. На туата ты не слишком похожа. Значит, ты претендентка. Ну, а судя по твоему настроению в тот день, сомневаюсь, что ты таким способом праздновала победу. И кроме того, я уже наслышан о тебе, – я всё же иногда выбираюсь в город.
Его слова звучали логично, и неожиданно для самой себя я рассказала ему, что произошло. И даже больше. Я рассказала ему, как ко мне относились в городе, поведала о трагедии, разрушившей мою жизнь и семью, упомянул даже о предательстве Эдриана. Не знаю, откуда во мне взялось это желание выговориться практически незнакомому человеку. А может, именно поэтому мне и было так легко говорить с ним? Слова лились рекой. Казалось, Алазар каким-то чудом разрушил плотину моего многолетнего молчания и скрытности. Возможно, я просто впервые встретила того, кто на себе испытал, что такое предательство и несправедливость, того, кто способен меня понять.