Эреб

Познански Урсула

«Если ты пойдешь вдоль изгороди на запад, то наткнешься на памятник. Прямо-таки монумент».

На мгновение у Ника потемнело в глазах. Это… возможно, это… Моньюмент.

— Знаю! — воскликнул Ник, вскакивая. Стул с грохотом опрокинулся. Срывающимся голосом он продолжал: — Теперь я все понял. Я знаю, что это.

Виктор вытаращил глаза и стянул с головы наушники.

— В смысле? Что ты знаешь?

— Это код! Я знаю, где мы! Смотрите… желтое, зеленое и монумент!

Эмили и Виктор обменялись непонимающими взглядами и посмотрели на Ника.

— Что именно ты имеешь в виду? — мягко спросила у него Эмили.

— Я знаю, где мы. Я разгадал код. Зеленое, желтое, красное, синее.

Они

все еще не понимали.

— Цвета линий лондонского метро. Это станция Моньюмент, на ней сходятся Кольцевая и Дистрикт. Желтое и зеленое. Как изгородь. Ну, догадались?

Виктор растерянно переводил взгляд то на экран компьютера, то на лицо Ника.

— Ну да, — наконец прошептал он. — Конечно. Черт побери. — Он торжественно пожал Нику руку. — Беру назад все, что говорил о содержимом твоих мозгов. Ты просто гений!

Несколько следующих минут, пока Эмили и Ник копались в ящиках столов и шкафов в поисках схемы метро, Виктор метался, как зверь в клетке, — он вынужден был присматривать за Сквамато.

— Ох, только не надо сейчас никакого сражения, пожалуйста! Слушайте, может, я оторвусь ненадолго, а? Ведь ничего же не происходит. Вообще ничего! А вот если меня какой-нибудь вестниковский гном сию минуту отошлет на очередную битву, я проторчу там битых два часа. А, да будь что будет. Плевать я хотел на Вестника.

Он несколько раз щелкнул мышкой и вскочил с места.

Тем временем Эмили нашла схему и развернула ее на одном из столиков в комнате с кушетками.

— Ты прав, — сказала она, переводя дыхание, и взяла Ника за руку. — Первая битва, в которой я побывала, произошла на красной реке, возле которой стояли покосившиеся ветряные мельницы. Сначала я подумала о Дон Кихоте. Чушь. Это Холланд-Парк [30] на Центральной.

Эмили приложила палец к соответствующему участку схемы и продолжила ее изучать.

30

Holland Park (англ.), Голландский парк. Ветряная мельница — традиционный символ Нидерландов (Голландии). — Примеч. ред.

Красная река. Ник вспомнил свою одиссею в подземном лабиринте и то, что река в конце концов привела его к Белому Городу.

— Уайт-Сити, Белый Город, — сказал он. — После него я следовал вдоль изгороди из роз — это линия Хаммерсмит-энд-Сити. Вот первая станция: Шеффердс-Буш-Маркет. — Он поднял на Виктора и Эмили ликующие глаза. — Таких тошнотворных овец [31] вы еще никогда не видели. Впрочем, от них мало что осталось. — Он повел пальцем дальше. — Голд-хок-роуд. Золотой сокол [32] почти меня доконал.

31

Shepherd (англ.) — чабан, овечий пастух. Bush (англ.) — буш, равнина, поросшая кустарником, традиционное место выпаса скота, в частности овец, в Африке и Австралии. — Примеч. ред.

32

Goldhawk (англ.) — «золотой сокол». — Примеч. ред.

— Розовая изгородь! — воскликнула Эмили. — Я тоже была около нее! Там еще росло это громадное дерево с королевской короной. — Она стукнула по карте кулаком. — Ройал-Оук. [33] По-моему,

я схожу с ума.

Виктор пока ничего не сказал, хотя буквально дрожал от сжимавшего его напряжения.

— Вчера, — начал он, — да и все последние дни нам вновь и вновь объявляли, что мы уже недалеко от крепости Ортолана, того места, где состоится решающее сражение. — Указательный палец Виктора кружил по Кольцевой и Дистрикт. — Храм, Темпл, — сказал он. — Как раз около храма гномы нервничали больше всего. Сегодня мы вошли в игру возле Моньюмента. Ха! Смотрите-ка, Кэннон-стрит, Пушечная улица, совсем рядом. Не понимаю только, почему эти пушки стреляли человеческими головами.

33

Royal Oak (англ.) — «королевский дуб». — Примеч. ред.

Втроем, голова к голове, они продолжали разглядывать разноцветную схему.

Найтсбридж, подумал Ник. Здесь для Сария все и закончилось. Громадные рыцари, сталкивающие кого-то с моста, [34] — и как это ему раньше в голову не пришло?

— Итак, крепость Ортолана находится где-то неподалеку от Темпла, — громко объявил он. — Посреди лондонского Сити.

— Вряд ли это крепость в привычном смысле слова, — отозвалась Эмили. — Есть идеи, как нам ее найти?

34

Knightsbridge (англ.) — «мост рыцарей». — Примеч. ред.

Эта проблема занимала Ника всю следующую ночь. Их всего трое. Как им контролировать окрестности четырех или пяти станций подземки? Что вообще надо там искать?

И, если Виктор прав, времени у них почти не осталось.

30

Утром от Виктора пришла ценная эсэмэска: Гномы болтали об Ортолане и его темных братьях. Может быть, мы не так уж и ошибались насчет станции Блэкфрайарс. [35]

35

Blackfriars (англ.) — монахи-доминиканцы, «темные братья». — Примеч. ред.

Эмили он тоже об этом сообщил.

«Что особенного на станции Блэкфрайарс?» — написала она Нику.

Но там же нет ничего такого, кроме моста, театра и большого вокзала. Может, он и есть крепость? Еще офисные здания, рестораны и… автостоянка, где Ник делал снимки! Она как раз недалеко от станции подземки. Может, это случайное совпадение, а может быть, и нет!

Ник мысленно перебирал имевшиеся в распоряжении варианты. «Ягуар» и автостоянка — единственные точки опоры. Сейчас только половина восьмого. Если весь день просидеть в засаде возле паркинга…

Да ты свихнулся.

Глупо, но в голову ему все равно ничего лучшего не пришло. Он послал Эмили сообщение, что сегодня в школе не появится, и собрал рюкзак.

Когда Ник подошел к автостоянке, была четверть девятого. Засаду устраивать было совершенно негде — ни угла здания, ни ниши, в которой можно было бы спрятаться. Тогда он принялся расхаживать взад и вперед, стараясь вести себя как можно неприметнее и в то же время не выпуская из виду ни одного автомобиля. Очевидно, парковка пользовалась популярностью у служащих окрестных офисов: ворота, выкрашенные в желто-черную полоску, миновал один автомобиль за другим. Но никакого «Ягуара» не появилось.