Эра Водолея

Славинский Александр Адамович

Напротив кровати прямо в стене открылась панель, и я увидела целую коллекцию закреплённых ёмкостей. Собираясь в полёт, я просмотрела учебный фильм, и теперь имею представление, о чём говорится.

– Если отодвинуть следующую панель, – вещала диктор, – вы сможете достать эллиптический велотренажёр. Напоминаем, вам необходимо каждый день заниматься в соответствии с разработанной программой. Для организма неделя в космосе без привычной гравитации настоящий стресс. Наше тело начинает деградировать. Наблюдается потеря костной ткани и кальция, попадающего в кровь. А ведь нам после двух недель в космосе предстоит вернуться на планету….

Так не хочется

сейчас думать о возвращении на Землю, ведь полёт только начинается. Но, организаторы правы, и заботиться о здоровье нужно постоянно.

– А теперь вы должны научиться передвигаться по салону в космических сапожках, — провозгласила девушка. – Конечно, парить восхитительно. Но вы скоро убедитесь, что летать среди других людей неудобно. А сейчас протяните руку и достаньте из-под ложемента обувь, приготовленную специально для вас.

Я попыталась. Но сейчас парю в метре над постелью, и не могу дотянуться до пола. Вот так фокус. И что же теперь? Я вспомнила фильмы о космонавтах. Те летали по кораблю, отталкиваясь от стен. Значит, и у меня получится. Кувырок, ноги отталкиваются от потолка и я на ложе.

А затем я обучалась ходить в сапожках. Такое непривычное и смешное занятие. Чувствуешь себя младенцем, делающим первые шажки. Когда ставишь ногу на пятку, включается магнит, и тебя притягивает к полу. Создаётся впечатление, что ты по-прежнему на Земле. Перекатывая ступню, опираешься на пальцы, и нога легко отрывается от пола. Кажется, ничего сложного. Но ведь нужно привыкнуть. К тому же в невесомости совсем не чувствуешь веса тела, и создаётся впечатление, что ты бестелесная душа. К чему тоже надо приспособиться. В общем, мне потребовалось около получаса, чтобы освоиться с сапожками. Зато позже я чувствовала себя намного уверенней.

Итак, вторые сутки полёта. День привыкания к новым условиям жизни, знакомств и налаживания взаимоотношений. После завтрака нас пригласили в центральный отсек. Двери сами открылись, и экскурсанты в одинаковых белых сапожках дружно высыпали в коридор. По походке сразу видно прилежных учеников. А лентяи, наслаждавшиеся парением в невесомости, теперь смешно хромают.

Элен – жизнерадостная и улыбающаяся, выпорхнула из каюты одновременно со мной. Как и вчера, в клетчатых брюках и блузке в серо-белую полоску. Впрочем, и я осталась в короткой джинсовой юбочке и голубой тенниске.

Обменявшись приветствиями, мы направились за другими туристами, и оказались в уютном круглом салоне. На полу зелёный ковролин с длинным ворсом. Свет исходит с потолка. Стены обтянуты мягким белым материалом с абстрактным узором. По контуру отсека сплошной диван.

Заняв места, мы с интересом рассматриваем друг друга, ведь оказались впервые так вот рядом. На многих спортивные костюмы, поскольку удобны в пути.

– Здравствуйте. Разрешите от себя лично и от имени корпорации «Древний ковчег», приветствовать вас на борту нашего корабля, – обратился к нам приятный мужчина, поднявшийся с дивана. Ему около пятидесяти, но выглядит стройным и подтянутым. И даже залысина не портит. На нём форменная одежда сотрудников корпорации – голубая тенниска с бейджем и синие брюки.

– Давайте знакомиться, – с улыбкой продолжил мужчина. – Впереди нас ожидают две недели волшебного путешествия. Шесть дней полёта туда, и столько же обратно. Три часа на экскурсию по древнему ковчегу. Что, согласитесь, не так уж и мало. Хочу заметить, вас ожидают удивительные дни. Поверьте, я знаю, о чём говорю. Многие

стремятся попасть в космос. И вот, мы здесь, с чем вас и поздравляю.

Кто-то захлопал в ладоши, и тут же присоединились остальные.

– Итак, – продолжил мужчина. — Я – руководитель вашей группы, и любые вопросы решаются через меня. Таковы правила компании, о чём вас известили на общем первоначальном инструктаже. На корабле сейчас находится сорок туристов. По десять в каждой группе. Шесть членов экипажа. Думаю, с ними вы не увидитесь. И ещё четыре ваших заботливых гида. Итого, пятьдесят человек.

Меня зовут Сергей Каварин. С самого начала, как организовали космические экскурсии, я работаю в корпорации «Древний ковчег» в качестве руководителя группы. Сейчас вы мои подопечные, и я постараюсь, чтобы вы не скучали. Кто-то из вас уже летал к поясу астероидов?

– Нет, – присутствующие дружно завертели головами.

– Хорошо, – кивнул Сергей. — Значит, никто не уличит меня во лжи, если я привру для красного словца.

Мы рассмеялись. Напряжение, обычно возникающее среди незнакомцев, развеялось, и беседа продолжилась в дружеском кругу.

– Ну, а теперь ваша очередь, – улыбнулся Сергей. – Каждый из вас должен немного рассказать о себе, чтобы мы комфортнее чувствовали себя в окружении товарищей.

Я с интересом присматривалась к спутникам. Работая преподавателем, я научилась читать лица, и новые знакомые мне понравились. Конечно, нельзя по первому впечатлению судить о людях, но оно много значит. И тут выяснилось, что группа сформирована в основном из представителей русскоязычных стран. У нас лишь одна семейная пара из Владивостока — Иван Воронин сорока лет с женой Ириной. Миловидная Елена Жорина с пятнадцатилетним сыном Ильёй из Белоруссии. Остальные, как и я, путешествуют одиночками. Врачу Анджеле Солнцевой до тридцати. Строгая женщина с точёными чертами лица и с причёской каре до плеч из Казахстана. Терлецкая Лида – восемнадцатилетняя студентка с радужными волосами из Воронежа. Двадцатипятилетний Виталий Опарин — учёный-изобретатель из Армении. Купил тур в космос за первый внедрённый патент. Симпатичный молодой человек с лёгкой небритостью, но впавшей грудью и в очках с металлической оправой.

А когда встал последний мужчина, я словно получила удар током.

– Меня зовут Борис Корсак. Мне тридцать пять лет….

Мой ровесник. Сдержанный, аккуратный, с короткой стрижкой. Даже не знаю, что мне больше понравилось в нём. Может, карие глаза и греческий профиль. Или манера говорить сжато, но конкретно. Да и обтягивающая мускулистый торс белая тенниска с тёмно-серыми брюками великолепно смотрятся на нём.

А ещё у Бориса нет спутницы, а на руке кольца.

– Не засматривайся, – подмигнула Элен. — Парень занят.

Подруга выступала чуть раньше. Мы обе из Санкт-Петербурга, и похожи, будто сёстры. У неё, как и у меня – серо-голубые глаза, слегка вздёрнутый носик, заострённый подбородок и тёмные волосы. Но мои до плеч, а у неё мальчишеская причёска. Элен ровесница мне, и тоже одиночка. Но уже вдова. Муж погиб в автокатастрофе.

– Я живу в Симферополе, – рассказывал Корсак. – Работаю в технодолине инженером-конструктором в корпорации «Макрокосм».

Я тут же представила его в роли научного сотрудника у пюпитра с чертежами, либо сидящим за компьютером.