Эра Водолея
Шрифт:
– Ого, какого вы мнения о себе. А знаете, часто во время разговора люди невольно выдают сокровенные мысли. Значит, вы желаете, чтобы женщины боролись за право находиться с вами? А как вы себе это представляете? Вот девушки хватают соперниц за косы, впиваются ногтями в лица, стараясь как можно сильнее изуродовать конкуренток. А те громко кричат, нет, визжат от боли. Льётся кровь. Но, позвольте спросить: а ради чего? Кто вы такой?
– Нет-нет. Вы озвучиваете не мои фантазии, – рассмеялся я. – Не нужно мне навязывать плоды собственного воображения.
– Скажите,
– Знаете, Гетти, с вами интересно, – прервал я вопросы девушки, взявшей инициативу. После молчаливой Лесиль болтливость Гетти казалась странной. – Человек с фантазией изумительный собеседник. Но вы лучше расскажите, что хотели найти в моём компьютере?
– Фи, какой же вы чёрствый, лейтенант. С вами говорят о чём-то важном, а вы копаетесь в скучных подробностях, – выдохнула Гетти. Но тон девушки оставался по-прежнему игривым.
– Такая у меня работа. Но вы так и не ответили на вопрос: что вы искали в компьютере?
– Ни-че-го, – притворно уныло зевнула Гетти, манерно прикрывшись рукой. – Когда вы отлучились, девушки подскочили. Всем хотелось размяться. А я села в ваше кресло, чтобы не цепляли локтями. А там интересно, словно на капитанском мостике, откуда можно управлять событиями. Такие фантазии меня увлекают. Ну, вот я и решила немного поиграть в вас. А на кнопку нажала, поверьте, случайно, когда садилась на стул. Монитор включился, и тут же появилась строка пароля. Я, по привычке, ткнула пальцем. Так будоражит воображение: сидишь в кресле начальника полиции и взламываешь секретный код. Но, вы же знаете, у меня ничего не получилось. Так зачем устраивать допрос?
– И как у вас просто выходит: захотела – села. Поиграла – взломала пароль.
– Неправда. Вы наговариваете, – Квин надула губки. – А если будете голословно обвинять меня, я не стану беседовать с вами.
– Сдаюсь, – я с улыбкой поднял руки. На Гетти сердиться невозможно. – Вы верх совершенства…
– О, как мне нравится, когда мужчины замечают очевидное, – промурлыкала девушка с таким важным видом, что я невольно рассмеялся.
– Неужели я сказала что-то смешное? – возмущённо спросила красавица. – Разве констатация фактов в следственных органах такое весёлое занятие?
Я отвернулся, с трудом заставляя себя успокоиться.
– Женщина даёт жизнь. Без нас не могла бы существовать цивилизация. Скажите, лейтенант, а разве для вас мать не священна?
– Вы победили меня силой логики, – вновь я поднял руки. И губы девушки тронула снисходительная улыбка.
– Ну, а теперь, венец природы, богиня во плоти, расскажите, что вы делали сегодня днём во дворце Эа?
– Если вам известно его древнее название, вы не должны задавать такие вопросы, – Гетти вмиг преобразилась, и внимательно посмотрела на меня.
– Честно говоря, теряюсь в предположениях, – ответил я, не способный воспринимать спутницу всерьёз.
– Во дворец Эа ходят лишь с одной целью, – заявила Гетти. И тон девушки стал холодным. – Откуда вам известно древнее
От Квин вдруг повеяло зимней стужей.
– Разве так важно?
– Отвечайте! – потребовала Гетти. И воображение нарисовало девушку могущественной повелительницей, гордо восседающей на троне.– Мне рассказали…
– Кто? – голос Квин стал категоричен и строг.
– Вообще-то здесь я задаю вопросы. И не нужно применять тут психологические трюки. Не подействует.
Глаза девушки грозно смотрели на меня сверху вниз. Гетти буквально кипела, и была готова взорваться. Я словно увидел, как госпожа поднимает руку и командует воинам: «Отрубить ему голову!» И вот ко мне бросаются стражи с мечами.
Но девушка рассмеялась, вновь преобразившись в миловидную соблазнительницу.
– А вас на мякине не проведёшь.
Меня удивили её столь резкие переходы от веселья к суровости, граничившей с безудержным гневом. За привлекательной внешностью юной красотки явно чувствовались повадки и мудрость зрелой женщины.
– Знаете, скольких ребят мне удавалось так развести? – продолжала смеяться Гетти. – И не сосчитать. Но вы, лейтенант, крепкий мужчина. Я таких люблю.
– Так что же подвигло вас нарушить правила музея и перешагнуть ограждающий барьер?
– Мне уже говорила, и не чуточку не врала. Мне захотелось осмотреть панно, – ответила девушка. Гетти постепенно успокоилась и теперь бодро вышагивала немного впереди. А я любовался загорелым кусочком спины красавицы, выглядывавшей из-под кремовой блузки.
– А откуда вам известно о панно?
– Какую рассказать версию? – усмехнулась Гетти. – У меня есть несколько. Хотите услышать их? Ну, во-первых, я нашла изображение в Интернете и мечтала увидеть его.
– Логично. Но, как я понимаю, вы не открыли настоящую причину.
– Разве? – удивилась Гетти, устремляясь вперёд.
– Нет.
– И какие эпизоды эта версия не освещает? – не сбавляя темпа, спутница мчалась, словно ракета на взлёте.
– Почему Гетти Квин нарушила правила музея? – начал я перечислять. – Неужели для того, чтобы увидеть кружочки на стене? А, во-вторых, почему в один и тот же день, в одном и том же здании то же сделали ещё пять девушек?
– Но, помилуйте, откуда мне знать? – удивилась Гетти. Квин явно желала главенствовать в нашей маленькой процессии и, шествуя впереди, даже не потрудилась оглянуться. – Вы же беседовали с остальными. Так почему я, самая младшая и красивая, должна отвечать за них? Что я им, мама? И неужели ни одна не раскрыла истинную причину?«Хм. Интересно, какую?»
– Мне хотелось бы услышать вашу, – я едва не кричал в спину Гетти. – Вернее, я хочу узнать правду.
– А истина одна. Но существуют различные интерпретации. Признайтесь, вы же подслушивали, когда девушки в камере называли вас сексуальным маньяком? Интересно, правда? А из-за чего у них возникло такое мнение о полицейском. Ответите? Почему вместо того, чтобы проводить расследование, вы пялитесь на девичьи прелести? Что? Как вам такая правда? Или хотите предложить иную трактовку?