Шрифт:
Глава 1. Некро-бизнесс
Многим хороши защитные круги: нечисть отводят, комарье гонят прочь, даруя безмятежный сон уставшему путнику. Это прекрасно, но звуки извне слышны более чем хорошо. Проблема никак не решалась нехитрой магией. И ладно бы, ночная птица горланила брачную песню на всех доступных человеческим ушам частотах.
Дневной сон под тёплым осенним солнышком нагло прерывался монотонными ударами.
Эльвира перехватила поудобнее наволочку, набитую травой, и накрыла ею с рождения
Как же звонко стучал молоток по гвоздям, подчиняясь жилистым рукам мастера!
Эльвира вышла к поселению под утро, когда ещё не рассвело, и в стороне от людских домов обустроила место для ночлега. Вернее, она называла это дневлегой, так как для себя решила, что безопаснее передвигаться ночью. Полную защиту мастерить из раза в раз – дело гиблое, так и вовсе не выспаться. Начертить всю цепочку руничного кода перед сном – и уже вставать нужно. А днём?
Пролетают иногда мелкие гарпии, но на равнинах приземляются они крайне редко. В небе их с птицей проще простого спутать.
А что-то крупнее в захудалых северных посёлках днем и не встретить.
Нежить пугается солнца, прямые лучи жгут мёртвую кожу не хуже серебра, и любой здравомыслящий неупокоенный прячется по норам и пещерам.
Эльвире тоже днём спать безопаснее. Пусть её и осудили бы коллеги за такое решение без подготовки.
Изгоняющие только в академии начинают привыкать к ночному образу жизни. Со временем они могут позволить себе странствовать в темноте, не боясь встретить неприятеля. Зелёный же абитуриент не готов к встрече с нежитью или проклятыми.
Но Эльвира всё же имела ряд преимуществ перед другими молодыми изгоняющими, и в первую очередь это посапывающий рядом с ней едо-тень. С первого дня их сотрудничества Асириус объяснил ряд инструкций, которые ей следовало соблюдать при жеребце. В первую очередь не называть его конём.
На остальные причуды спутницы едо-тень старался закрывать глаза.
После тридцати забитых гвоздей Эльвира не выдержала и вскочила.
– Эй! Хорош там стучать!
Её недовольный выкрик остался без внимания. Эльвира чертыхнулась: она отдыхала в защитном кругу, он искажал реальность, вряд ли её услышали за его пределами.
– Жди тут, – бросила она едо-тени и, потирая глаза, направилась к источнику шума. Носок голодного ботинка черканул по контуру на земле, разрушая простенькую защиту.
– Эй, а нельзя ли тише? Я тут сплю.
Худощавый старик поднял на изгоняющую бесцветные глаза с каким-то отрешенным равнодушием.
– Я живу тут сорок лет, работаю столько же. А работы у меня край непочатый. Кто же спит в такое время? Полдень, а ты вопреки богам драгоценный свет на сон тратишь. Стыдно должно быть...
Старик смахнул со лба бусины пота и накрыл деревянный ромбовидный ящик крышкой.
– Что это? – Эльвира с подозрением оглядела непонятное ей сооружение длиной в пару метров. Изгоняющая покосилась на избу, под навесом которой таких
– Неместная, что ль? – подозрительно нахмурил брови старик.
– Проездом.
Мастер печально вздохнул, отложил инструмент и провёл мозолистой ладонью по деревянной стенке.
– Я так и понял. Мы зовём их погребальники. Так вышло, что у нас, в Басюках, трупы принято хоронить в землю в этих ящиках.
– Чего? – Эльвира удивилась, затем возмутилась. Как это так? Против всех правил, зарывать тела? – Их сжигать нужно! Все это знают!
Старик виновато отвёл глаза.
– У нас принято возвращать упокоенного земле, обратно в лоно Терру. Арру, краса моя, не порождает жизнь, а вы всё ему отдаёте тела. А правильно ли делаете?
– Однозначно, правильно! – яростно заверила изгоняющая. Разговор ей нравился всё меньше, она почувствовала неладное, едва услышав о захоронениях. Тела нужно сжигать. Мертвец может вернуться, обратившись нежитью. В её родной деревне, Безымянке, если утопал в болотах кто-нибудь, то всё, без шансов – перерождался нежитью и бродил вдоль границ защиты в поисках перекуса. А здесь? Сколько неупокоенных лежит в этих землях?!
– Каждому своё, милая. У нас тут тихо, земля плодородная, боги нас милуют. Со своими поверьями на чужое капище не суйся, правильно люди говорят?
– Да, – стиснув зубы, ответила изгоняющая, осознав, что спорить тут бесполезно. – А где ваши умершие упокоены?
– Да вон в той стороне, на холме камни погребальные заметишь. Можешь любоваться, коль в новинку такое – но не чуди! Не надобно нам богов гневать.
– Тогда посмотрю на местные достопримечательности. Спасибо, что уделили время.
Эльвира зашагала обратно. У изгоняющей в голове назревало много вопросов, которые теперь не дадут уснуть.
– А кем ты будешь, гостья дорогая? – послышалось позади. – И куда направляешься?
– Друг человечества, – отозвалась Эльвира, не замедляясь.
Едо-тень не спал. Лошадиные уши были наострены к Эльвире.
– Всё слышал?
– О да, – не открывая глаз протянул Асириус. – Весело им тут, наверное.
– Говорят, спокойно. Но я всё равно должна это проверить!
Эльвира принялась сворачивать стеганый плед с ромбиками, вытрясать из наволочки траву и прятать пожитки. На лошадиную спину упало тяжёлое навьюченное седло.
– Ты же говорила, что вы, абитуриенты, должны избегать опасностей, не лезть куда не следует и тихо, без приключений, добраться до академии. Я правильно запомнил?
– Всё так, – подтвердила изгоняющая. – Но нельзя проходить мимо, если людям угрожает опасность! Моя работа – защищать людей.
– Пока что нет, ты даже не студент. Это не твоё дело, иди мимо, хватит дурью маяться. Что ты там говорила? – Асириус скривил морду и передразнил изгоняющую: – «За неделю доберемся, и иди на все четыре» – я правильно запомнил?