Эра молчания

Мэсс Ана

В один из дождливых ночей, когда шум грома и вспышки молний мешали нам спать, мы с сестрой встали и пошли к книжному шкафу. Совершенно случайно нам в руки попала книга о истории завоеваний какого-то короля. Он воевал с племенами, захватывал их в плен, навязывал свою веру. Но одно племя не пожелало покориться, и тогда воины короля убили всех. У автора книги очень больное воображение – он красочно описал горы трупов. Дети, женщины, мужчины, старики – убили всех. Остались только двое юных возлюбленных. Им удалось спрятаться, но собака короля учуяла их. Юноша

сопротивлялся, но его скрутили, привязали к дереву и подожгли. Король был поражен красотой девушки, и предложил ей жизнь взамен на поцелуй. Но девушка сама пошла в костер. Языки пламени подбирались все выше, а они пели, и голоса их сливались в один.

Они пели о любви, о храбрости и о том, что нельзя опускать руки. Да, они умрут, обратятся в пепел, но иногда принять смерть – и есть сопротивление. Лучше бы нам в руки попались сказки, но я даже рада, что узнала о том событии. Кто знает, как сложилась бы наша история без этой песни, без этой кровавой битвы в далеком прошлом. Я верю в переселение душ, в карму и реинкарнацию. Эта вера дает мне надежду что, возможно, в ком-то из нас живет душа той сильной девушки, которая не побоится огня. И того сильно юноши, что будет бороться до конца, спасая свою любовь. Такая любовь не может раствориться во мраке времени, ведь так? Она обязательно вернется, зажжется вновь.

Это значит, что мы не одни. В истории были и другие случаи, похожие на наш. Поработить можно разными способами. Молчание – одно из них.

И все молчат.

Эту книгу, как и многие другие, забрали Наблюдатели – она противоречила законам. Голос – это вне Правил. Повезло, что мы успели выучить песню наизусть. Сильным надо было откуда-то черпать силу, поэтому я показала им слова песни.

И она стала нашим гимном.

Папа сломался, а я мысленно готовила себя к наказаниям или смерти, просто не хотела признаваться, как Нес не призналась никому, даже маме, что знает язык жестов.

Однажды, когда я и Помощник ехали в лифте полном народу, выключился свет. Всего на несколько секунд, но когда он включился, я обнаружила с кармане своих джинсов листок бумаги. Я почувствовала, как чья-то рука кладет его в мой карман.

"Алиса, мы – Сильные. Если хочешь, присоединяйся к нам" – это краткое содержание того, что было в записке.

И я согласилась. Я просто не могла иначе.

Я должна была попробовать. Попытка – вот наша надежда.

В назначенный час мы с Итаном вышли на улицу. Была ночь, шел дождь – самое время целоваться. И мы поцеловались. Кто знает, что будет с нами после осуществления плана?

Наблюдатель уже вызвал подмогу, когда мы начали петь нашу песню, я и

Итан. Мне не хватало голоса сестры, ее руки на моей руке, но делала то, что должна была. Мы положили начало всему тому, что произошло после. Я плакала и смеялась в душе, но мой голос не дрожал. Я была готова. Лишь когда выбежала Агнес в тапочках и пижаме, я заплакала.

Прости, родная, что нарушила клятву. Прости, что бросаю тебя. Я люблю тебя, Агнес, так и не успела сказать я.

ИТАН

Могу я начать с конца?

Так легче всего.

Мы с Лисой сделали то, что должны были. Нарушили правила.

Ночь, улица, дождь. Это был наш первый поцелуй, и он был сладок. То, что под запретом, всегда сладко на вкус – так говорят.

Наблюдатели схватили нас и повели в Неизвестность (никто не знает, как наказывают за нарушение правил).

Отныне я и Алиса – Сильные. Мы все равно сделали бы это. Мы хотим поменять нашу жизнь.

Я родился уже в Молчании. Моим первым словом было "тихо" – мама постоянно повторяла, чтобы я не плакал и все себя "тихо-тихо", как хороший мальчик.

Каждый раз я смотрел на людей и думал: "Почему вы не сопротивляетесь, идиоты? Зачем терпите?". Мои мама и папа каждый день говорят друг другу слова любви. На это у них уходит по предложению. Они могли бы сказать еще больше, но Правила не позволяют. Только пять устных предожений в день. Мы все знаем правила наизусть.

Ради родителей, так сильно любящих друг друга, ради Алисы. Ради них я готов умереть. Я хочу вернуть им голос и свободу. Самое главное мое желание.

– Я умерла бы за Агнес. И за родителей, – тихо сказала Алиса как-то. – И за тебя тоже. А ты?

Я ответил, что тоже умер бы за нее. У нас еще будет возможность проверить наши чувства.

И будет не одна возможность умереть.

Мы встретились с Алисой в школе. С первого взгляда на нее было ясно, что она не такая, как все. Она не смирилась, не потеряла надежду. Алису выдали ее глаза – в них горело пламя. О, ее глаза! Они были голубыми, как безоблачное небо. Я влюбился в нее. В первый же день знакомства мы потратили все свои предложения за полчаса. В тот день я предложил Алисе встречаться. Она согласилась.

Мы гуляли и ощущали на себе взгляды Наблюдателей. Как хорошо, что мысли они читать не могут. Наверное. Нам не хватало слов, и это было ужасно. Зачем нужно так издеваться над нами?

Я уже тогда знал, что Алиса из Сильных. Она показала мне бумагу, которую они передали ей. Я и сам получил такую же. У Сильных, оказывается, хорошо развит маркетинг.

Хоть мы из поколения Молчания, мы хотим бороться с ним.

Это ради наших любимых и ради всех людей. Ради маленькой девочки, которая хотела спросить у мамы что-то, а когда мама сказала ей молчать, ее увели Наблюдатели. Разве так должно быть?

ТОНИ

Я увидел ее на мосту. Она с такой печалью и отчаяньем смотрела куда-то за горизонт, что я понял – она готова переплыть море, лишь бы изменить жизнь. Отчаянье питает силу. Я хорошо знаю это. И я знаю, что сразу влюбился в нее.

Я подошел к ней я не сразу, а только на третий день. Она поглядела на меня и улыбнулась, и я не мог больше ждать.

Наблюдатели не кристально чисты. Они творят ужасные вещи ради сохранения Молчания. В ночь с двадцать третьего сентября на двадцать четвертое Наблюдатели увели моего друга Люка. Он не вернулся домой. Нам было всего по пятнадцать лет. После этого родители Люка стали Сильными, и я присоединился к ним.