Эра Мангуста. Том 3
Шрифт:
Она разрыдалась пуще прежнего, однако истеричные нотки пропали, я бы даже сказал, сейчас были слёзы облегчения. Остальные просто молча смотрели на нас, ни слова не говоря и забыв про еду. Даже официантки испарились из зала, а соседние столики делали вид, что нас не существует.
— Самое время сделать девушке предложение, — неизвестно как подкравшаяся Коброва жарко зашептала мне на ухо. — Она безтотемная, проблем не будет. Этим и себя порадуешь, и её обезопасишь. Главное — старшей женой не делай, я как бы сама хочу, — хихикнула она и испарилась.
Не,
Я поднял голову и оглядел розововолосую язву и Аманду. Они, не сговариваясь, синхронно кивнули мне. Да что вы киваете? Мне духу набраться надо, а не вот эта «женская солидарность», мать её. Ведь я впервые за две жизни собираюсь предложить, как там в этих романах для скучающих дам с кошками? Руку и сердце? Вроде да, но не уверен. Всё, я готов!
— Милая, — тихонько начал я рыжуле на ухо под одобрительными взглядами. — Выходи за меня?
Да, можно было изобрести кучу красивых слов, встать на колени, заказать хор из официанток и прочую дребедень. Но я и так перешагнул через себя, к тому же Надя права, эмоционально лучшего момента, более подходящего, я никогда больше не встречу.
Наташа замерла, её тело напряглось как струна, руки, лежащие у меня на плечах, начали вдавливаться в моё тело, грозя нешуточными синяками. Спустя невероятно долгих десять секунд она подняла на меня свои мокрые глаза, совсем не торжественно и неэротично шмыгнула носом и тихонько сказала:
— А как же колено, колечко? Хор и аккомпанемент? Солнышко на закате? Уверена, ты себе это так представлял, насколько я тебя узнала.
Вот уж тут максимальное попадание, неужели я настолько предсказуем? Я тут же упал на одно колено, стянул с себя колечко, которое не даёт посторонним определить ложь. Кажется, ей оно будет нужнее и важнее, учитывая охоту на её дар, и я, явно переигрывая, напустив в голос максимум пафоса, сказал:
— Милая Наташа! Выходи за меня! И пускай это волшебное колечко будет гарантом наших чувств.
Заржали все, включая меня и Наталью. И лишь спустя пару минут, когда мы, красные от хохота, немного подуспокоились, девушка милостиво протянула мне ладошку. На которое я, почти торжественно, всё ещё подхрюкивая, торжественно, насколько вышло, одел кольцо.
— Это же не украшение! — не спросила, а утвердила вмиг посерьёзневшая Наталья. — Это артефакт, причём чрезвычайно мощный. Это мне? Что он делает?
— Потом расскажу, — отмазался я. — Как-нибудь. На всякий не снимай. Но ты так и не ответила!
— Ты хочешь сказать, что у тебя есть сомнения? — хихикнула Коброва. — Ну-ка, подруга, ответь ему!
— Ну конечно да! — тихонько почти прошептала Наташа и подставила губы. — Самое время поцеловать!
Нулевой уровень изнанки
Владения
— Анжела, ты всё делаешь не так! — в сотый раз принялась объяснять относительно пожилая дриада, сидящая напротив девушки. Кожа учительницы была покрыта морщинами, но им было далеко до «дубовой коры» старейшей.
— Надо почувствовать потоки, — продолжила она. — Внутри себя, снаружи, везде! Энергия вездесуща, и ты лишь часть мира, крохотная часть его, которая умеет задерживать, накапливать и использовать эту энергию. Сживись с ней, сроднись, стань одним целым! Не пытайся ей насильно управлять, у тебя ничего не выйдет, позволь ей помогать тебе в твоих желаниях!
— Сложно, — пожаловалась девушка. — Вот с бабочкой легко, мы подруги.
— Во-о-о-от! — воодушевилась старая дриада. — Тут то же самое! Почувствуй в этой силе подругу, сестру! А теперь давай по новой. Вот семечка. Проращивай! И постарайся больше её не убить.
Анжела расслабилась, как её учили, и попробовала сродниться с крохотным зародышем жизни. Это было невероятно сложно. Всю свою жизнь семена для неё были максимум исследовательским интересом. И точно не родным чудом природы, близким по духу созданием. Перестраиваться было неимоверно тяжело. Но без единения с природой магией дриад было не овладеть, она старалась, но выходило посредственно. Чувства и аналитический ум вступали в жёсткое противоречие.
Полностью расслабившись, Анжела попыталась почувствовать биение жизни крохотного семечка. На этот раз удалось получить едва заметный отклик, совсем на грани сознания. Потянувшись всей душой и разумом, она попробовала попросить семя пробудиться. Чувство слияния усилилось, впервые за два дня. Стараясь не спугнуть ощущение, она наращивала воздействие, миг — и бедное семечко взорвалось невесомой пылью.
— У меня не получается, — обречённо склонила голову девушка. — Я не могу понять, что я делаю не так. Казалось, что вот теперь точно выйдет!
— Как успехи? — к паре занимающихся выбежала Аива. — Опять взорвала малыша?
— Угу, — угрюмо подтвердила Анжела. — И не могу понять, что же я делаю не так!
— Да всё просто, подруга! — неунывающая дриада протянула ей новорождённого, ещё слепого зверька. — Вот, это детёныш барса. Попробуй пообщаться с ним, так же, как с семечком. Я верь в тебя, его ты точно не уничтожишь!
— Аива, ей рано работать к теплокровными! — возмутилась пожилая дриада. — Это намного большая ответственность, негативный результат ляжет на твои плечи, не стоит этого делать!
— Иначе сестра не поймёт, я уже неплохо знаю их народ, — воспротивилась Аива. — Для них растения — ничто, в отличие от теплокровных. Ей она принципиально не сможет нанести вреда! Я уверена, что всё получится.
Анжела дрожащими руками приняла крохотный, тихонько скулящий комочек жизни и попыталась расслабиться. В этот раз ей было тяжело, давила ответственность за эту новую жизнь. В итоге, ей удалось, и она потянулась к малышке.