Эра Чародеев. Талисман
Шрифт:
– Ты как?
– спросил он, глядя на неё из-за окошка шлема.
– Нормально, спасибо, - тихо ответила она, опуская взгляд, когда пальцы, в перчатках осторожно коснулись подбородка.
– Дома хоть есть кто?
– участливо поинтересовался спаситель, убирая руку, и девушка кивнула, выуживая из сумочки телефон:
– Да. Родители.
Посмотрев на засветившийся экран, увидела лишь один пропущенный, от лучшей подруги, и сунув телефон обратно, растерянно огляделась.
– Всё хорошо, - послышался приглушённый
– Я понимаю, как ты испугалась. Но поверь, будет лучше, если ты забудешь об этом инциденте. Просто поверь- ничего не было. Ни байкеров, ни погони. И меня тоже.
Диана округлила глаза от неожиданности, но тут же поймала себя на мысли, что начинает думать именно так, как он говорит. Низкий, вкрадчивый голос действовал на неё очаровывающе, гипнотически. Из памяти начали стираться обрывки недавних событий, пока незнакомец не убрал руку, разворачиваясь к мотоциклу.
Развернувшись к подъезду, девушка направилась к крыльцу, не оборачиваясь, а он смотрел ей вслед, уже сидя на своём железном коне. Смотрел неотрывно, пока она поднималась по ступенькам, искала в сумочке брелок с ключами, открывала домофонную дверь. И лишь, когда скрылась за ней, а дверь с хлопком закрылась, он довольно улыбнулся, опуская визор шлема и заводя мотор. Узкую дорогу осветил яркий свет фар, и незнакомец рванул с места, с рёвом мотора покидая двор.
***
На перекрёстке Фимского проспекта притормозил экипаж ДПС, мерцая сигнальными огнями. Из машины вышли трое инспекторов, поправляя на головах фуражки и внимател но оглядывая пустую дорогу. Светофор, в паре метров, мерцал жёлтым, на улицах не было ни души.
– Ну и зачем нас сюда вызвали?
– недовольно отозвался тот, что помоложе, пока двое товарищей пересекали дорогу, направляясь к такси, стоящему у обочины, с включёнными фарами и заглохшим двигателем.
– Сейчас разберёмся, - пробасил один из них, постучав в открытое окно водительской дверцы.
Молодой инспектор направился следом, когда в кармане брюк, уже третий раз за пол часа зазвонил телефон. Остановившись, он вынул смартфон, посмотрев на дисплей, и только затем ответил на звонок, слегка недовольным голосом:
– Чего тебе, Ксюха?
– Вы все сговорились, что-ли?!
– вторил из динамика такой же недовольный, низкий женский голос:
– Отец трубку не берёт, Дианка, ещё и ты туда же, Скалкин!
Молодой инспектор закатил глаза, откидывая фуражку назад:
– Ксюха, я сейчас не могу говорить. На вызове. Отец твой двадцать минут назад, вроде как домой собирался. Так, что – жди дома, с гостинцами.
– А трубку он почему не берёт, раз домой собирался?
– недоверчиво спросила
– А мне откуда знать?
– удивился парень, и тут же добавил:
– Ладно, Ксюх. Не могу говорить. Давай, жди батю , и мелкой привет передавай.
– Ладно, давай, Вась, - виновато ответили в трубке:
– Извини за беспокойство.
Звонок сбросился и парень наконец убрал телефон, приближаясь к машине и товарищам, стоящим у водительской дверцы. Один из них осторожно открыл дверь, демонстрируя бессознательное тело, уронившее голову на руль.
– Етишкин пистолет!
– пораженно выдохнул парень, округляя глаза:
– Он хоть живой?
Товарищ потеснил его, протягивая руку к шее водителя и облокотив тяжёлое тело об спинку сидения.
– Живой, -поспешил успокоить молодого инспектора:
– В отключке.
Повернувшись к парню, мужчина снял с головы фуражку, вытирая ладонью лысую голову, и произнёс:
– Ты, Васенька, давай, скорую вызови. А я пока гляну, куда наш таксист путь держал.
С этими словами мужчина принялся обходить машину спереди, направляясь к пассажирскому сидению. Василий ошарашенно смотрел на бессознательного водителя, отходя назад, и снова достав телефон.
– Ребята! Я тут кое-что нашёл!
– громкий, басовый голос третьего инспектора привлёк внимание, и мужчина остановился, так и не дойдя до дверцы, обернувшись.
Третий инспектор стоял на перекрёстке, освещая асфальт мощным фонариком и внимательно разглядывая что-то на дороге. Затем присел на корточки, провёл пальцем по асфальту и поморщился.
– Что?
– первым отозвался Василий, но старший тут же перебил:
– Ты скорую вызывай давай!
И сам подошёл к напарнику.
– Чего тут у тебя?
– Следы шин, - отозвался инспектор, поднимаясь и указывая на множество тёмных следов, от печатавшихся на асфальте:
– Судя по тормозному пути, поворачивали резко и на встречку.
– Интересно, - почесав подбородок, произнёс мужчина, опускаясь на корточки и внимательно оглядывая следы шин.
– Оставлены разгруженным в повороте, задним колесом, - серьёзным тоном заявил напарник, указывая на одну из полос:
– Мотоциклетные шины.
Затем опустился рядом с напарником, подсвечивая следы фонарём и наблюдая, как тот проводит пальцем по дорожному покрытию, а глаза резко вспыхивают золотом, но лишь на мгновение.
– Соколовский, чтоб его!
– негромко, но напряжённо прошипел инспектор, поднимаясь и отряхивая ладони.
– И скорее всего- не один, - напарник жестом указал на следы рядом с первым:
– С бандой.
Старший инспектор нахмурил высокий лоб, небрежным, нервным движением надев на лысую голову фуражку, и обернулся, ища глазами младшего напарника. Василий стоял за машиной такси, разговаривая по телефону со скорой.
– Что делать будем?
– привлёк его внимание напарник:
– Таксисту ещё повезло, что не хлопнули. Эти изверги могут, им только волю дай.
Старший болезненно поморщился: