Эпоха
Шрифт:
Потихоньку мы стали втягиваться в учебный процесс. А что нам еще оставалось? От фехтования я была в восторге. Наверное, это был самый сложный предмет на курсе. С практики мы просто уползали. Ипполит Виконтьевич знал свою работу. Ни на одном другом занятии я так не уставала.
– Слушай, Виконтьевич,- раздался вдруг знакомый голос, как раз в тот момент, когда учитель объяснял нам, вымотанным до предела, как вырубить противника, - я не понял, ты их в военные силы России готовишь?
– Я не хочу, чтобы их смерть была на моей совести, -
– Ко всему надо быть готовым!
– Тебе виднее. Ну и как наши птенчики?
– спросил Александр Викторович.
– Трепыхаются пока, - ухмыльнулся учитель.
– Ты просто так ко мне в гости заглянул?
– У нас проблемы.
– Так я и думал, - вздохнул наставник.
– На сегодня все свободны. Завтра в это же время...
6 месяцев спустя...
Россия, пригород Москвы. Настоящее время.
Дневник Елены Соколовой.
Я бежала по коридору кампуса, боясь опоздать. И кто, скажите на милость, заставлял меня до трех ночи смотреть "Кейт и Лео" на DVD?! Как следствие, сегодня с утра не услышала будильник. Вот черт! Только бы распределение еще не началось!
– Лена!
– я обернулась на голос. Ко мне спешил мой одногруппник Макс. Я внимательно посмотрела на товарища, от чего стало ясно, что ему не терпится поделиться какой-то новостью.
Коршунов Максим был единственным моим проверенным другом в "Лабиринте". С ним вместе мы оканчивали школу, переживали по поводу вступительных экзаменов... Словом, многое мы пережили вместе, и многое нам еще суждено было пережить.
– Давай потом? У меня сейчас распределение, а я и так опаздываю, - постаралась я прервать начинающийся монолог парня.
– Потом так потом.
Судя по взгляду, обиделся. Ну и ладно. Потом извинюсь. А сейчас... Я буквально влетела в аудиторию, на двери которой большими буквами было написано слово "РАСПРЕДЕЛЕНИЕ". Пробормотав извинения пожилой преподавательнице, села за свободную парту. Вокруг стоял шум и гам. Я огляделась и обнаружила, что из нашей группы здесь сидело пять человек. Уже распределились.
– Соколова, - сказала Галина Андреевна, не отрывая взгляда от классного журнала, - подойди.
На подкашивающихся от страха ногах, я медленно приблизилась к преподавательскому столу. Все-таки назначение напарника не шутка. Мы будем в связке до конца экзамена!
– Елена, поздравляю!
– голос преподавательницы прямо сочился ехидством.
– Алексей Лашин.
Я мысленно застонала. ТОЛЬКО НЕ ОН!!! Этот хулиган и балагур был известен всей организации: от него шарахались ученики, и стонал весь преподавательский состав. Работать с ним в паре просто невозможно! К тому же мы невзлюбили друг друга с первого взгляда. Мы не могли провести в обществе друг друга и двух минут, чтобы не сцепиться. Преподаватели рехнулись!
– А можно поменяться?
– с мольбой в голосе спросила я.
По аудитории раздались смешки. Галина Андреевна поднялась из-за стола
– Елена Николаевна Соколова!
– прогрохотала она.
– Здесь тебе не супермаркет! И ехидно добавила:
– Товар обмену не подлежит! Твоим напарником на ближайший месяц будет Алексей Лашин и точка! Свободна!
Вылетев пулей из аудитории, я споткнулась и налетела на кого-то, чьи сильные руки не дали мне упасть, придержав за плечи. Подняв глаза, наткнулась на насмешливый взгляд синих глаз своего напарника. Вот черт! Почему так не везет-то? Красивые губы Алексея исказила кривая ухмылка.
– Ты-то мне и нужна. Идем!
Он схватил меня за руку и...
– Куда ты меня тащишь?
– завопила я, сопротивляясь всеми оставшимися на свободе конечностями, но куда там!
– Ты передумала сдавать экзамен?
– невозмутимо ответили мне, не сбавляя шага и не выпуская моей руки.
– Пошли быстрей, а то отправят куда-нибудь к дикарям и будем там куковать! Лучше уж самим "вытащить" век.
– Ты такой бесцеремонный!
Меня проигнорировали. Я вздохнула и покорно поплелась сзади. И не видела, что за нами велось наблюдение.
– Вы думаете, мы правильно поступили?
– спросила седовласая женщина, провожая парочку взглядом, и переведя взгляд на стоящего рядом мужчину.
– Это сумасшествие отправлять их вдвоем! Они в том мире камня на камне не оставят! Они же грызутся как кошка с собакой. Лашин - прирожденный лидер, любит командовать, а Соколова - девчонка с характером и не станет подчиняться. Александр Васильевич, время есть, еще не поздно все поменять!
– попыталась воззвать к здравому рассудку администратора женщина. Мужчина усмехнулся.
– Ну, в любом случае: либо он ее прибьет, либо она его перевоспитает. Третьего не дано. Потом добавил:
– Они справятся. Я знаю это. Я создам для них такие условия, что, кроме как друг на друга, им не на кого будет рассчитывать. Уж я об этом позабочусь!
– Александр Васильевич!
– седовласая женщина с возмущением посмотрела на начальника.
– Надеюсь, Вы помните правила. Вмешиваться в историю нельзя!
Администратор улыбнулся:
– Дорогая Галина Андреевна, разве Вы не знаете? Правила для того и существуют, чтобы их... обходить. И оба преподавателя еще раз посмотрели вслед удаляющейся парочки.
Мы остановились перед аудиторией, где уже толпилось большинство наших знакомых. В коридоре витало радостное возбуждение. Воспользовавшись тем, что Леша остановился, чтобы поприветствовать своих знакомых, я по-тихому смылась, затерявшись в толпе.
Через пару минут меня обнаружил Макс.
– Сбежала?
– ухмыльнулся он.
– Уже знаешь?
– скривилась я.
– Шутишь? Да весь институт ставки делает на то, кто кого раньше закопает: ты его или он тебя.
– Не дождетесь!
– возмутилась я.
– Ты что-то хотел сказать?