Эпоха Наваждений
Шрифт:
И медленно из жизни ускользая, Слегка грущу. И вечность постепенно осязая, Себя ищу...
* * * Издевка бессмысленной жизни, Эпохи больной чудеса. И память о прежней отчизне Предательски щиплет глаза.
Нас нету, давно уже нету, Но все-таки как-то живем... Обходим больную планету И грусть потихоньку жуем.
Мелькают обманы природы, Забвенье неспешно течет. Из слякотно-серой погоды, Где время похоже не в счет.
И звезды прекрасные тушит, Вода холодеющих строк, И нехотя, медленно рушит
Ну, переверни хоть страничку И в полную грудь задыши... А жизнь превратилась в привычку, В дурную привычку души.
* * * Ищу прекрасные слова, А сердце ожесточено. Ужасно ноет голова, Ведь все вокруг обречено. Ведь мы вовлечены в обман, В безвыходную суету. И наши души дней туман Преобразует в пустоту. Повсюду пепел и зола, Я от тоски не излечусь: Беда куда-то позвала И я сквозь тьму, сквозь годы мчусь.
* * * Как живется тебе в подземелье без звезд и без снов, Где холодные стены навеки уже онемели? И какие пространства мерещатся в мире лгунов? И какие слова безнадежно уже надоели?
Столько было вопросов... Осталась усмешка в глазах, Да присутствие где-то под боком таинственной скуки. Ох, как много иллюзий на разных души полюсах Воплощающих в музыке самые горькие муки.
Проявляется грусть из туманных нелепых страниц, Из давно распыленного в вечности странного тома... Это сердце твое, что не помнит ни взглядов, ни лиц, Все стремится узреть очертанья любимого дома
Только гонит в промозглую полночь больная судьба. Календарь представляет одна бесконечная дата... И звучит как рефрен, как угроза иль просто мольба: "О ничтожная жизнь, мы с тобою сочтемся когда-то"...
* * * Катится стремительное время, Порождая лишь иллюзий ложь, Бытия бессмысленное бремя С каждым днем трагичней ты несешь.
Жизни мимолетная дорога, Зла нечеловеческая суть. Нервная звенящая тревога. Счастье, что способно обмануть.
Хлам надежд ненужных разгребая, Слушай ледяную тишину. В ней поет, летит судьба любая В вечность, что всегда подобна сну.
Помни бред неистовых мечтаний, Миг, что пониманье слов принес... В вихре всех сомнений и метаний Легкая душа идет вразнос.
* * * Минута сменяет минуту, А жизнь генерирует боль И злую душевную смуту И в ней ты вариться изволь.
На небе все те же планеты И звезды сияют во тьме. Рассветы, приметы, поэты, Судьба, что себе на уме.
И проклято место и пусто, И мерзость все застит глаза... А горе намазано густо, И мутной выходит слеза.
Немного весеннего бреда И пыли никчемных дорог Над смыслом бытийным победа, Зловещей усмешки итог.
И сердцем усталым толкая По жилам кипящую кровь, Бредешь, ко всему привыкая, Губя сам себя вновь и вновь.
Нет больше ни ада, ни рая, А есть только память о них... Ты жутко живешь, умирая, В потоке
* * * Надежда и беда слились в едином взгляде, Дыханье пресеклось и сердце вдруг зашлось От музыки в ночном звучащем звездопаде, И вновь о тишину и вечность обожглось.
И вновь по длинным дням блуждающее лето, И мягкое, как шелк, касание тепла. Как будто все в руках: судьба, мечта, планета... И в том, что суждено, как будто нету зла.
И белых облаков медлительная пена, И тающая грусть в небесной синеве Душа моя, тебе не выбраться из плена. И спутаны опять все мысли в голове.
В календаре летят события и даты. Все тоньше жизни нить, что скручена в моток. Но нежность красоты припомнишь вмиг, когда ты Вдруг сделаешь тоски отчаянный глоток.
* * * Не думай, что все впереди, Не будь у иллюзий в плену. Кислотные бродят дожди. Жизнь клонится к вечному сну.
Ты учишься жить, не дыша, Глотая безумную боль. А в космосе тает душа, Ты ей распадаться позволь.
Ты звезды беды сотвори И вязь убивающих строк. Пусть блеск искаженной зари Войдет, нестерпимо жесток.
Пусть будет игрой для ума Судьба, ты ее обмани... Ведь лучше предвечная тьма, Чем мерзкие, серые дни.
* * * Нелепые будни, а праздники - хуже... Все праздники - бездны для темной души. Ты встанешь, как призрак, кошмаром разбужен, Вплывешь в тишину, сотворишь миражи.
Над проклятым миром ночная прохлада Покоя и грусти, надежды и сна. Нельзя не придумать ни рая, ни ада. Нельзя не припомнить беды имена.
Лицо раздробилось на две половины На сотни частей развалилась Судьба. Срывает тоски ледяные лавины С вершины безумья ветров ворожба.
И эта больная планета - чужбина, А Родины нету во веки веков. Вот слов середина и снов сердцевина И бледные тени друзей и врагов.
Пусть спрятаться негде от времени злого. И светом распада сияет любовь. Но ты усмехаешься снова и снова: "Да здравствует хаос, сжигающий кровь!"
* * * Непонимания стена глухая, И жизни расщепляемая суть, И полоса отчаянья лихая Все то, что называют словом: "Жуть".
И неизбежность остро ощущая, Все ищешь знак возмездья в небесах. Живешь, в себе надменность воплощая, Скрывая одиночество в глазах.
Ты бродишь по тропинкам зоопарка, Среди уничтожаемых зверей, В пространстве, где почти по-адски жарко, И хочешь мир пройти насквозь, скорей...
* * * Нестерпимою болью пронзен, Непонятной слепому уму. Обреченной звездой изменен, Вовлечен в запредельную тьму.
И тоска, что сидит в глубине Бредит тонкой жестокой игрой. И лицо твое, словно во сне, Очень призрачно-жутко порой.
Слышен нервный загадочный звук Мир устал и сорвался на крик. И в кольце наваждений и мук Кто-то с грустной улыбкой возник.