Епископ
Шрифт:
— ИИ отвечают за генерацию и поддержание окружающей среды, ИИ отвечает за поведение неписей, ИИ реагирует на действия персонажей и генерирует квесты, — продолжил я уже серьезно, — так кто боги этого мира? Иногда мне кажется, что программисты «Виртекса» уже не то, что не хотят, а не могут вмешаться в жизнь «Эдена».
— О! Кажется, ты немного заигрался, друг мой! Или перечитал желтой прессы. ИИ, которые обрели собственную волю, капсулы, которые могут убивать пользователей… игроки, застрявшие навечно… что там еще? Зона 51? Поверь мне, в игре все происходит так, как
— Элайя не враждует с Тамирой, — в яблочко попал, засранец. Действительно что-то знает или совпадение? А про драконов? — Читай лор.
— Что?
— Богине жизни нет смысла враждовать с богиней ночи. Это прописано во всех священных текстах и официальных гайдах. Но… все уверены, что они враждуют. Почему? Потому что всем насрать, на то, что там написали программисты и гейм-дизайнеры? Включая сами ИИ?
Впрочем, ладно. То, что медицинский блок есть во всех капсулах, начиная с пятого поколения, ты в курсе? А чем отличается яд от лекарства? Правильно, дозой. Не буду врать, что смогу заставить удаленную капсулу впрыснуть лекарство, я не хакер. Но теоретически-то такая возможность существует. Про Зону-51 ничего не скажу, не был даже на экскурсии.
— Слушай, парень, это все звучит здорово, но у меня есть знакомые в отделе разработок «Виртэкса», я знаю, о чем говорю. Я и сам программист и точно тебе говорю, что программа выполняет только то, что в ней записано.
— О! Давно хотел провести один эксперимент, — как я уже и говорил, виртуальный алкоголь все же действует на мозг, хоть и слабее.
Немного повозившись, протягиваю Гюнтеру, Джессике и Кими по листку бумаги.
— Это текст, точнее его звучание на илирийском, — поясняю соратникам, ниже подстрочный перевод, чтобы вы понимали, о чем говорите. Постарайтесь, если не выучить, то хотя бы прочитать молитву искренне и с выражением.
— Готовы? — уточняю через некоторое время, — итак все вместе: — «Деви аширвада…»
— Фак май майнд! — комментирует Джессика.
— Боевой монах не может накладывать массовые благословения до 50 уровня, да? Прописано в коде и всех гайдах.
— Это хрень какая-то, — гном тоже прифигел, — я вообще не служитель Элайи! Мисс, вот теперь я вас понимаю. У него в предках точно были драконы. Как минимум, крокодилы.
— Кстати о драконах, — вспоминаю я, — ты серьезно говорил о друзьях в «Виртэксе»?
— Есть бывшие однокурсники.
— Поспрашивай аккуратно о культе бога-дракона, пожалуйста. Я тут наткнулся на интересную информацию, но в официальных источниках ничего нет. Великая Шестерка была всегда. Может быть, какая-то заготовка, не пошедшая в дело, или еще что… Не к спеху, не слишком важно, просто любопытно.
— Изучаешь опыт конкурентов? — усмехается гном.
— Типа того, — тоже улыбаюсь, чтобы показать, что ничего серьезного.
— Монк, а где ты нашел учебник
— В монастыре Элайи, когда проходил обучение. На илирийском все священные тексты написаны.
— В смысле, проходил обучение? В песочнице? И нашел уникальный учебник мертвого языка?
— Да нет же. Просто выучил, при помощи наставника. Ну вот как раньше учили эльфийский, клингонский, эсперанто…
— То есть ты вот так, в реале, выучил мертвый игровой язык? — вытаращился гном, — я понял! Ты ролеплейщик! Только совсем упоротый.
— Как бы и не скрывался. Я не играю в «Эден», я в нем живу.
— И как, оно того стоит?
— Ага, часами изучать старые хроники, чтобы из гор поэтического бреда выцепить примерное место смерти какого-нибудь рыцаря. Дня три-пять шкериться по высокоуровневой локации, найти истлевшие кости, ржавый меч и, почему-то сохранившийся дневник. Обнаружить, что дневник вообще на гатарском. Нестись через полконтинента к единственному знатоку гатарского, платить деньги за перевод и в результате оказаться счастливым обладателем нескольких паршивых баллад и сравнительного описания борделей трехсотлетней давности. Затраты на дорогу и расходники прикиньте сами.
Впрочем, тексты баллад потом загнал какому-то коллекционеру, так что расходники окупились.
— Звучит не очень, — улыбнулась Джессика, — ты ведь и фехтованием в реале занимаешься?
— Бодзюцу, — киваю я, — как персонажа создал, так и записался в додзе.
— И как, есть эффект? — интересуется гном.
— Спортом всегда полезно заняться, — пожимаю плечами, — а эффект в игре… скорее на уровне ощущений, понимания что и как делаешь, тактики и стратегии. Я статистику не вел.
— Примерно около полупроцента к увороту и шансу крита, но тут все от уровня противника и ситуации зависит. В общем, польза есть, но где-то на уровне погрешности.
— Что? — Джессика отсалютовала нам бокалом, — преподаватель сценического фехтования. Бывший. Почетный член клуба исторического фехтования, специализация — монтанте. Но сейчас это тоже формальность. Фехтую только в игре.
— Где в Японии найти школу магов? — задумчиво спрашивает Кимико. У меня почему-то спрашивает.
И главное, смотрят все на меня, будто я им сейчас адрес напишу.
— Не знаю я! Медитациями займись какими-нибудь. В реальности каллиграфию изучи и ювелирку. К этим, которые с огнем выступают, запишись. Да хоть ушу займись, в самом деле. Посохом владеть научат.
Поклонилась, причем, всерьез. Я хренею с этих японцев.
— Слушай, о великий низвергатель богов, а попроще цели у тебя есть?
— А у тебя? Мы о тебе вообще ничего не знаем.
— Да я простой парень! Папины предки из Дании, мама англичанка, сам я вообще в Австралии родился. Работаю специалистом по безопасности в банке. Каком — не скажу, это не важно. В игре чуть меньше года. В плане мечты… — Гюнтер задумался, — Увековечить свое имя в «Эдене», совершить какой-нибудь подвиг, открыть новый континент, который назовут моим именем…