Эпидемия IDIC

Лоррен Джин

– Этого не будет, потому что вы отлично знаете, что орионцы иммунитетом не обладают.

– Будет, если только я выживу, а я выживу, Корсал. Я не знаю, кто вы. Наверное предатель?

– Что вы имеете в виду? – Корсал оскорбленно посмотрел на орионца, его губы дрогнули, обнажая зубы в хищном оскале. Но Борт не испугался.

– Если клингоны не восприимчивы к болезни, вы ведь не станете сообщать Империи об этой болезни.

– Клингоны не уничтожают население планеты с помощью болезни, чтобы увеличить свою территорию. Мы сражаемся, позволяя им защищать свои дома.

– Против

очень превосходящих сил и вооружения, – сказал Борт с масляной улыбкой. – И вы, Корсал, это не одобряете. Я вижу это по вашим глазам. Вы не клингон, вы слабак подобно этим людям. Но я орионец, и я думаю, что в Клингонской Империи найдутся фракции, которые заплатят за этот вирус. Особенно если клингоны обладают иммунитетом.

– Для аргументации скажите еще, что мы только пока обладаем иммунитетом, – сказал Корсал. – Путь, по которому видоизменяется болезнь, нельзя предсказать. Сможет ли она стать смертельной для моих людей?

Борт пожал плечами.

– Пока мне хорошо платят, я готов рисковать. Держу пари, что этой заразе хватит времени, чтобы вычислить, как поразить и клингонов. Но к тому времени я буду далеко от Клингонской Империи.

Корсал впился в него взглядом.

– Вы делаете меня больным без любого вируса, Борт. Какой же вы ученый, если основываете свою теорию на единственном случае. Но если я заболею, я не умру. Кто-то из тех, кто действительно знает вас, должен быть рядом!

Глава вторая

Капитан Джеймс Т. Кирк сидел в своем кресле на мостике «USS Энтерпрайза», чувствуя себя отдохнувшим и сосредоточенным в естественной земной гравитации. За месяц, проведенный им на Вулкане, он привык к постоянному ощущению усталости. Правда в последние дни он перестал обращать на это внимание. Но тем не менее теперь он чувствовал определенное облегчение.

С другой стороны, он акклиматизировался к более высокой температуре Вулкана и теперь чувствовал легкий озноб от температуры на звездолете, предназначенной для человеческого комфорта. Возможно ему стоит носить нижнюю рубашку, как это делал Спок в течение нескольких дней.

Тихая смена утомляла. Он хотел бы обойти звездолет, но никак не мог найти достаточно оправданий, чтобы побродить по коридорам, которые он не видел достаточно долго. Если он не найдет себе дело, он…

– Капитан! – раздался взволнованный женский голос по системе внутренней связи, который он не узнал.

– Кирк здесь!

– Это Валенски, сэр. Наши вулканские гости причиняют беспокойство. Двое из них хотят бороться смертельным оружием! – Он слышал напряженность в ее голосе, и вспомнил, что часть ее обязанностей включала слежение за использованием помещений корабля. Она принадлежала к обслуживающему персоналу, а не к службе безопасности.

– Где они?

– Палуба пять, гимнастический зал A.

– Иду! – бросил Кирк Валенски. – Мистер Спок, примите мостик. И вызовите службу безопасности в гимнастический зал.

Проклятый Сендет и его толпа, не иначе! На борту «Энтерпрайза»

они были не гостями, а политическими заключенными, транспортируемыми к новой необитаемой вулканской колонии, где они будут оставлены, чтобы искать свой собственный путь развития, который они сочли бы верным.

За исключением Сендета, однако, последователи Т’Вет, как они назвали себя, не совершили никакого преступления, потому что они были пойманы прежде, чем смогли осуществить свои планы о свержении правительства Вулкана. Высокий Совет Вулкана предоставил им выбор: или умственное перепрограммирование, или ссылка. При таких обстоятельствах, Кирк не сомневался в их выборе!

Когда Звездный Флот приказал «Энтерпрайзу» перевезти мятежников, Кирк решил, что нет никаких причин перевозить их как заключенных. Пусть уж лучше чувствуют себя гостями; к тому же это означало меньше работы для его команды.

Насколько он их понял, последователи Т’Вет поддерживали веру в расовую чистоту, что Кирк с трудом принимал; их философия была своего рода верой здравого смысла в выживание сильнейших, и соответствовала многим другим верованиям. Он не ожидал неприятностей, во всяком случае не через два дня после того, как они покинули Вулкан!

Гимнастический зал был большим, с открытой трибуной для аудитории, чтобы было удобно наблюдать за соревнованиями, которые часто проводились среди членов молодой неугомонной команды космического корабля. Но он не предназначался как арена для кровавых игр.

Когда Кирк прибыл, два мускулистых молодых вулканца уже кружились друг перед другом на циновке. Если бы они были безоружны, Кирк просто присоединится бы к зрителям, но эти двое сжимали в руках лирпы, вулканское оружие на одном конце которого крепился камень, а на другом острое как бритва изогнутое лезвие, которым наносили хлесткие удары. Любой конец мог убивать.

– Капитан!

Это должно быть Валенски. Маленькая женщина в красной униформе службы обеспечения стояла на открытой трибуне в окружении вулканок.

– Тише, человек! – сказала ей одна из них. – Бой не должен быть прерван.

– Ну конечно! –воскликнул Кирк, шагая между борцами. – Kroykah!

Он кричал, надеясь что даже последователям Т’Вет известно слово, которое использовалось в вулканских церемониях Начала времен и означало "остановитесь!"

Получилось. Не протестуя оба борца прекратили кружиться, повернулись друг к другу и опустили оружие.

– Как вы смеете осквернять вулканские традиции!

Человек, отделившийся от группы вулканцев, был столь же высокого и внушительного роста как и отец Спока Сарек, того же примерно возраста, и от него исходила уверенность человека, привыкшего видеть повиновение. В отличие от других вулканцев, которые были одеты как узнал Кирк в повседневную одежду, этот человек носил одежды из тяжелого коричневого материала с зеленой вышивкой спереди, украшенной золотом и драгоценными камнями.

Когда вулканец выступил вперед, Кирк заметил Сендета среди других молодых людей, который наблюдал за ним с улыбкой превосходства на губах. Кирк обратил внимание на приближающегося к нему человека.