Эпицентр
Шрифт:
— ФБР. Специальный агент Малдер, специальный агент Скалли. Мы прилетели осмотреть место происшествия и труп.
Во дворике уже работали оперативники. Услышав разговор Малдера с полицейским, следователь подошел поближе (вид у него был совершенно замороченный) и спросил:
— Вы из ФБР? Значит, без тяжелой артиллерии не обошлось. Зачем вас вызвали?
— Нас заинтересовали некоторые обстоятельства, — объяснила Скалли. — Возможно, эта смерть имеет непосредственное отношение к расследованию дела, над которым мы сейчас
Детектив удивленно поднял бровь и устало пожал плечами:
— Буду рад, если чем-нибудь поможете. Могу и вовсе все уступить. Крепкий орешек! Первый раз такое вижу.
— Поздравляю: ты стал богаче еще на одно дельце, — шепнула Скалли и пошла осматривать бассейн и внутренний дворик.
Достав перочинный ножик, она соскоблила пробу с почерневшего изнутри забора из красного дерева, ограждавшего частное владение Нэнси Шекк.
— Обгорел только верхний слой. Похоже, тепловая вспышка была мощной, но непродолжительной.
Малдер осмотрел поцарапанное ножом место, повернулся к бассейну и заметил разбитые лампы для приманивания насекомых.
— Странно, все лампы разом вышли из строя. Такое редко случается. Как будто они полопались одна за другой от резкого скачка напряжения.
— Давай позвоним в местную энергокомпанию и уточним, не было ли перепадов в подаче питания на момент смерти, — предложила Скалли.
Малдер молча кивнул. Положив руки на пояс, он медленно обернулся кругом, как в детской игре, и опять уставился на бассейн, словно надеясь, что разгадка сама вынырнет из воды. Увы!
— Ну ладно, Скалли. На этот раз мы не в лаборатории разработок ядерного оружия и не на полигоне, а всего лишь во внутреннем дворике особняка в Мэриленде. Какое логическое обоснование ты можешь мне предложить?
Скалли вздохнула.
— Знаешь, Малдер, на этот раз, боюсь, даже твоя буйная фантазия бессильна.
— Ты всегда меня недооценивала! Во-первых, я попробую узнать, существовала ли связь между Нэнси Шекк, Эмилом Грэгори и Оскаром Маккэрроном. Имела ли она отношение к испытаниям ядерного оружия. Или к Манхэттенскому проекту. И Бог знает к чему еще.
— Да во времена Манхэттенского проекта и второй мировой войны ее и на свете-то не было! Правда, в досье сказано, что она занимала солидный пост в Министерстве энергетики. Если это и есть связь, то весьма отдаленная. В Министерстве энергетики работают десятки тысяч людей.
— Разберемся.
Коронер [9] уже упаковал труп в черный пластиковый мешок. Малдер подошел к нему и жестом попросил расстегнуть молнию, чтобы еще раз взглянуть на то, что осталось от Нэнси Шекк.
— Ничего более странного в жизни не видел! — заявил коронер, чихнул, громко засопел и пробормотал что-то насчет аллергии. — Никогда не видел подобного трупа. Это не просто жертва пожара. Я даже представить себе не могу, что могло вызвать такую мощную тепловую
— Может, атомная бомба? — бросил пробный камень Малдер.
Коронер нервно хохотнул и опять чихнул.
— А почему бы и нет? Подумаешь, рванули бомбу во внутреннем дворике. Обычная разборка между добрыми соседями! Только никто из свидетелей не приметил грибовидного облака.
— Я понимаю, насколько дико это звучит, но за последнюю неделю это третий подобный случай. Сначала в Калифорнии, потом в Нью-Мексико, а теперь вот здесь.
— Значит, вы такое уже видели? — оживился коронер и потер покрасневшие глаза. — Что же это может быть?
Покачав головой, Малдер попросил застегнуть молнию и неохотно признался:
— Пока я пребываю в таком же неведении сэр.
У стеклянной двери в кухню стоял военный в генеральской форме и двое полицейских усердно записывающих его показания в блокноты. Генерал был невысокого роста, широкоплечий, с короткой черной шевелюрой, смуглый, и, судя по выражению лица, он был глубоко потрясен случившимся.
— Кто это, Скалли? — заинтересовался Малдер.
— Я слышала, как один полицейский сказал, что это он вчера вечером обнаружил труп.
Малдер быстро пошел послушать, что говорит генерал, и задать ему кое-какие вопросы.
— Когда я пришел, бетон был еще горячий. Значит, это случилось незадолго до моего прихода. Забор дымился. Краска пошла пузырями, и пахло… — Генерал сокрушенно потряс головой. — Этот запах. — Он повернулся и смотрел прямо на Малдера, но явно его не видел. — Я воевал и много чего повидал на своем веку… Знаю, что такое смерть. Доводилось собирать останки жертв авиакатастрофы, так что меня трудно удивить. Но погибнуть вот так… у себя дома…
Малдер наконец прочел имя генерала на пластиковой карточке и, воспользовавшись паузой, спросил:
— Скажите, пожалуйста, генерал Брадукис, вы с Нэнси Шекк вместе работали?
Генерал был в таком состоянии, что даже не поинтересовался, по какому праву Малдер задает ему вопросы.
— Да… работал.
— А зачем вы приезжали к ней вчера вечером?
Генерал напрягся и сдвинул брови.
— Собирались вместе поужинать. Хотели пожарить мясо на вертеле. — Он вспыхнул. — Мы не афишировали наши отношения, но и не делали из них большого секрета.
Малдер сочувственно кивнул.
— Еще один вопрос, генерал. Миз Шекк занимала видный пост в Министерстве энергетики. Вы не знаете, над чем конкретно она работала?
Брадукис отвел в сторону глаза. Полицейские занервничали, сомневаясь, то ли прогнать нового следователя, то ли разрешить ему задавать вопросы.
— Мы… Нэнси не любила говорить о работе. Нащупав новую ниточку, Малдер воодушевился:
— Значит, она занималась одним из тех секретных проектов, которые финансируются из «черных дыр» бюджета?