Enigma
Шрифт:
— Каким курсом следует конвой?
— Семьдесят градусов.
Джерихо вернулся к столу и меньше чем за две минуты с помощью кодовой тетради и текущей тетради кодирования квадратов военно-морской сетки (в восьмом бараке ее расшифровали как раз перед тем, как немцы сменили метеокоды) поставил под сообщением о контакте шестизначную шпаргалку.
RGHCDMIG DDFGRX??
Первые четыре знака сообщали о том, что конвой, шедший курсом семьдесят градусов, обнаружен; следующие два означали квадрат, последние два — кодовое название подводной лодки, которое он не знал. Джерихо обвел кружками R-D и D-R. Первое
— Я получил D-R/R-D, — сообщил через несколько секунд Пак.
— Я тоже.
— И я, — добавил Бакстер.
Джерихо кивнул, рассеянно рисуя на листке свои инициалы.
— Неплохое начало.
События стали развиваться быстрее.
В 8.25 были перехвачены два длинных сообщения из Магдебурга. Кейв сразу предположил, что это приказ штаба всем подводным лодкам в Северной Атлантике стягиваться в зону атаки. В 9.20, положив телефонную трубку, он сообщил, что Адмиралтейство только что предупредило командующего конвоем, что за ними, вероятно, ведется наблюдение. Спустя семь минут телефон зазвонил снова. Станция радиоперехвата в Флауэрдауне. Повторный сигнал о контакте почти из того же места, что и первый. Девушки, запыхавшись, прибежали с текстом: KLYS QNLP.
— Та же самая, — заметил Кейв. — Следует обычному правилу. Сообщает каждые два часа или около того.
— Квадрат?
— Тот же.
— Курс конвоя?
— Тот же. На данный момент.
Джерихо вернулся к столу и принялся примерять первоначальную подсказку к новой шифрограмме.
KLYSQNLP DDFGRX??
Снова нет совмещения знаков. Золотое правило Энигмы и ее единственное роковое слабое место — ничто не бывает самим собой: А никогда не выходила из нее как А, В как В… Действует. Джерихо весело приплясывал ногами под столом. Взглянув на удивленно глазеющего на него Бакстера, к своему ужасу, обнаружил, что тот смеется.
— Доволен?
— Конечно, нет, — ответил Джерихо и до того смутился, что, когда через час пришел Логи с известием, что еще одна подлодка сообщила о контакте, почувствовал себя лично виноватым.
SOUY YTRQ
В 11.40 конвой начала преследовать третья лодка, в 12.20 четвертая, и Джерихо вдруг обнаружил, что у него на столе целых семь сообщений. Он чувствовал, как к нему подходят и заглядывают через плечо. Логи с воняющей жженым сеном трубкой. Терпкий запах тела и тяжелое дыхание Скиннера. Он не оглядывался. Не разговаривал. Внешний мир перестал для него существовать. Даже Клэр была теперь фантомом, тенью. Остались лишь идущие из сумрачной Атлантики сочетания букв, их число росло на бумаге, образуя порождающие надежду эфемерные цепочки.
Они не прерывались ни на завтрак, ни на обед. Весь день шифроаналитики минута за минутой через третьи руки следили за перипетиями погони на расстоянии в две тысячи миль отсюда. Командующий конвоем докладывал в Адмиралтейство, Адмиралтейство сообщало по прямой линии Кейву, а тот каждый раз выкрикивал новость, которая могла бы помочь охоте за ключевыми знаками.
В 13.40 поступило два сообщения:
— Конвой только что срочно повернул на зюйд-ост. Пока «Мэнсфилд» загоняет их под воду, караван попытается оторваться.
Джерихо поднял голову от бумаг.
— Каким курсом следует конвой?
— Каким курсом он следует? — повторил в трубку Кейв. — Я вас спрашиваю, — прокричал Кейв, — каким, черт возьми, курсом он следует? — Прижав трубку к изуродованной щеке и глядя на Джерихо, поморщился. — Хорошо. Да. Спасибо. Конвой следует курсом сто восемнадцать градусов.
Джерихо потянулся за кодовой тетрадью.
— Удастся им оторваться? — спросил Бакстер. Кейв с транспортиром в руке наклонился к карте.
— Возможно. Я бы на их месте поступил именно так.
Прошло четверть часа, ничего не изменилось.
— Наверное, удалось, — сказал Пак. — Тогда что нам делать?
Кейв спросил:
— Сколько еще материала вам требуется? Джерихо пересчитал сообщения.
— В наличии девять. Нужно еще двадцать, а лучше двадцать пять.
— Боже! — возмутился Кейв. — Все равно что ходить по трупам.
Где-то позади коротко звякнул телефон — трубку тут же подняли. Через минуту, продолжая писать, появился Логи.
— Сент-Ерт сообщил о сигнале контакта из точки с координатами 49, 4 градуса северной широты и 38, 1 градуса западной долготы.
— Новая точка, — глядя на карту, сказал Кейв. Поставил крестик, отшвырнул карандаш и, устало потирая лицо, откинулся на спинку стула. — Оторвались от одних и напоролись на другую. Какая это по счету? Пятая? Боже, да они там кишат.
— Конвою не уйти, да? — спросил Пак.
— Никаких шансов. Если они стягиваются со всех сторон.
Девушка раздавала шифроаналитикам последнюю шифрограмму: BKEL UUX5.
Десять сообщений. Пять подлодок вступили в контакт с конвоем.
— Квадрат? — спросил Джерихо.
Эстер Уоллес в покер не играла, и напрасно, потому что с ее непроницаемым лицом можно было заработать состояние. Никто из видевших, как она днем ставила на стоянке у столовой велосипед, как небрежно показывала пропуск часовому; никто из уступавших ей дорогу в коридоре шестого барака, когда она твердым шагом проходила мимо, или сидевших напротив нее в диспетчерской радиоперехвата — словом, никто не догадывался, что творилось в ее голове.
Она, как всегда, выглядела бледной, хмурой, не располагавшей к разговорам. Длинные темные волосы стянуты в тугой узел и утыканы шпильками. Одежда, какую носят классные наставницы в западных графствах: туфли без каблука, серые шерстяные чулки, простая серая юбка, белая кофточка и старенький, но хорошо скроенный жакет, который она вскоре сняла и повесила на спинку стула, так как днем стало тепло. Пальцы быстро бегали по строчкам. Ночью Эстер почти не спала.
Название станции радиоперехвата, время перехвата, радиочастота, позывные, количество буквенных групп…