Эниа

Виктор Леков

А теперь и дела общего собрания акционеров не клеились. Питер владел контрольным пакетом акций, однако, не в его стиле было настоять на своем в ходе голосования. Да и некоторые хитрости в Уставе ему и не позволили бы этого сделать. Приходилось выслушать их, и если удастся, успокоить. Люди требовали прибыли со своих инвестиций. Некоторые понимали, что даже продолжать заниматься своим бизнесом, это само по себе – удача, многим из компаний из разных областей не удалось продержаться на плаву. Другие настаивали на перестройке структуры, на слиянии или на еще более экзотических вещах. Послышались даже голоса в пользу объявления несостоятельности.

Питер

прижал большим и указательным пальцами лоб, спрятав ладонью закрытые глаза. Он слушал выступление, но между тем следил за пляской форм с внутренней стороны век. Он считал, что это как-то успокаивает его, что таким образом легче думается.

– В течение последней недели почти все наши свободные акции перешли в анонимные руки. Для нас это неплохая новость. В условиях нынешней экономической ситуации

акционеров пугают слова типа «кризис»,

кто-то решил вкладывать деньги именно в нас. По слухам, это делают из «Грайф»-а. – Билл Харкнесс продолжал выкладывать данные.

Питер слушал его уже вполуха, это выступление они готовили вдвоем, чтобы успокоить акционеров. Б`oльшую часть внимания он направил на точечки за борющимися за первенство вуалями в лиловом и бордовом. На втором плане их было плохо видно, а именно они интересовали его.

Как же извлечь их из-за пятен?

Он некоторое время поработал над этой затеей, и они, кажется, неохотно стали подчиняться. Постепенно выступили более отчетливо из-за цветных пленок.

Интересно!

Билл продолжал излагать перед акционерами отчеты по кварталам, данные о росте инфляции…

в цифрах.

Часть Питера,

все меньшая,

продолжала следить за его речью.

Цифры! Оказывается, точечки – это цифры! Или хотя бы большинство из них. Он разглядывал их! Однако, они мелькали очень быстро.

Он потер глаза, открыл их, чтобы обрести такое выражение лица, какое ожидали увидеть присутствующие. Затем собрание закончилось. Болела голова. Он понял лишь то, что акционеры дали ему отсрочку на выполнение спасительного плана, какого он еще не придумал.

oo••

Питер попытался сосредоточиться на очередном отчете и предложениях директора, нужно было найти выход из ситуации. Но с того собрания по сей день у него часто стала болеть голова Сегодня тоже. Питер отложил папку в сторону, откинулся на спинку любимого кресла и закрыл глаза.

Думай, спасай компанию, нельзя подводить отца!

Часть его подозревала, что головная боль обусловлена открытием точек-цифр. Однажды начав, он не смог перестать наблюдать за ними.

Они были там! Неужели все остальные люди их не видят?

Не у кого было спросить, не вызвав сомнений в своем психическом здоровье. Они были словно наркотик. Вот они, снова выступили – 45, 09, 1…

Было ли это 1, что за скрюченная единица?…

От поморгал немного, вздохнул и остался с открытыми глазами.

Большинству людей лучше думается с закрытыми глазами, таким образом они отвлекаются от посторонних вещей. Для Питера эти раздражающие вещи становились сильнее, если закрыть глаза, тогда любопытство брало верх, и он следил за цифрами. Он окинул взглядом комнату, заставил себя думать о компании.

45, 09, 1…

На собрании исполнительный директор выразил свое опасение, что именно «Грайф» скупает их акции.

Единица?

Они нуждались в инновации. Но это ущли бы новые расходы.

Единица! Ну конечно же! Это была именно единица, только арабская! Почему я вижу ее написанной по-арабски?

И догадался. Во время поездок в Марокко, Тунис, Алжир, Египет и Иорданию он изучил их написание цифр. Его прирожденная склонность к иностранным языкам подтолкнула его на это. Он не научил арабского, только цифры и около двух десятков выражений. В Тунисе и Марокко прекрасно справлялся на французском, а в Иордании – на английском. Он, быть может, сам запретил себе выучить еще несколько языков, хватало и тех штампов в паспорте, из которых было видно, что он побывал в разных странах, все-таки он жил в Америке после 11 сентября.

Лучше прямо надеть на голову какой-нибудь из тех платков, которые русские туристы удачно назвают „платками арафатками” 8 ?

o•oo

В 4:12 часов телефон стал настойчиво вибрировать. А затем звонить. Питер открыл глаза. Скрытый номер.

– Привет, Питер! Это Мартин. Ты спишь?

8

Ясер Арафат – президент Палестинской автономии и предводитель «Движения за освобождение Палестины». На почти всех фотографиях его голова покрыта куфией – традиционным клетчатым платком. – Прим.авт.

– Уже не сплю… привет.

Из всех знакомых Питера только Мартин был в состоянии позвонить ему, не учитывая разницу во времени.

Или именно учитывая?

– У меня, кажется, возникло неплохое предположение насчет цифр. Я перерыл всю сеть.

– Когда же ты успел? Ты вообще отдыхаешь?

– О, у меня есть tool… Ищет даже в закрытых сетях, я немного помогу. Ищет также в… ладно, неважно. Данные, хотя и фрагментарные, очень похожи на координаты звезд.

Довольство Мартина было чуть ли не видно в сумраке спальни.

– В этом нет никакого смысля, я никогда не интересовался астрономией. – Питер подавил безудержную зевоту.

Мартин заговорил чуть расторопней и с пылом:

– Не знаю, совпадение оказалось в компьютере, к которому у тебя нет совершенно никакого доступа, обалденно, конечно, но это единственный формат, соответствующий твоему… если у тебя все еще возникают… видения в стиле «Матрицы», скинешь мне, да? У меня возник интерес!

– Конечно, Мартин. Спасибо тебе! И… надеюсь, ты не хакнул НАСА?