Энергия
Шрифт:
Цезий продолжал думать о себе, о Диане, о месте человека в этом быстро меняющемся мире. В его голове вертелось множество вопросов, и только я мог на них ответить. Его мысли были опасны и стоило их скрывать ото всех. Если бы я был человеком, как когда-то, то, наверное, умер бы от страха, но ангелам не присуще такое чувство. Будущее, к которому Цезий неумолимо приближался своими поступками, пока вело лишь к увеличению потока энергии. С одной стороны, это казалось благом, но с другой… Впрочем, остальное были лишь мои догадки. Будущее оставалось туманным и непредсказуемым. Шел 2108 год от Рождества
Глава 2. Племя "Тару"
В глубине джунглей, где лианы переплетаются в непроходимую сеть, а солнечный свет едва пробивается сквозь густую листву, раскинулось прекрасное озеро. На его берегу, словно застывшее во времени, живет племя – осколок древней цивилизации, чудом сохранившийся в нашем стремительно меняющемся мире.
Здесь время течет иначе. Мужчины, как и столетия назад, обеспечивают семьи пропитанием, а женщины хранят домашний очаг. Охотники терпеливо ждут добычу, расставив хитроумные силки. О чем думают они в эти долгие часы ожидания? Возможно, их мысли так же свободны и безмятежны, как окружающая их природа.
Те, кто не может усидеть на одном месте, возделывают землю простыми ручными инструментами. Здесь нет спешки и гонки за урожаем – щедрая земля всегда дает достаточно. Рыбаки лениво забрасывают удочки в озеро, наслаждаясь тишиной и покоем.
Современный человек только мечтает, чтобы у него было время спокойно посидеть на берегу водоема и понаблюдать за тем, как поплавок лениво покачивается на поверхности воды в ожидании, когда очередная рыбка захочет отведать червяка, насаженного на крючок. В этом же месте так протекает вся человеческая жизнь. Каждый день в племени – зеркальное отражение предыдущего. Здесь не беспокоятся о будущем, ведь оно кажется таким же незыблемым, как прошлое. Все знают: так жили их предки, так живут они сами, так будут жить их дети.
Любые нововведения в повседневной жизни воспринимаются негативно. Строгое однообразие – закон племени. Если с детства человек пил из одной чаши, он будет пить из нее до самой смерти или пока она не разобьется. И все же, несмотря на кажущуюся замкнутость, племя не держит никого силой. Каждый волен уйти. С другой стороны, если кто-то утомленный суетой современного мира желает принять их размеренный образ жизни, старейшины не препятствуют этому. Однако имеется одно условие: ничего не менять.
Был случай, когда любознательный мальчик предложил отцу более короткий путь к полям, где выращивали овощи: "Зачем нам торопиться?" – ответил отец. "Послушай лучше, как заливаются птицы на рассвете, вдохни аромат леса после ночной прохлады". Вскоре этот мальчик покинул племя, уйдя в большой мир. Его родители горевали, но со временем смирились. Таким не место среди них. Любой пытливый ум может нарушить равновесие тишины и спокойствия, царящие в этом крае.
Люди в племени отзывчивы и всегда помогают друг другу. По сути, это большая и дружная семья. Ссоры редки и быстро забываются. Важнее сохранить доброе отношение между всеми, чем выяснять, кто прав, а кто виноват.
Здесь нет финансовых, социальных и психологических проблем. Люди встают с рассветом и ложатся с закатом, не нуждаясь в электричестве и современных средствах связи. Огонь – их верный помощник, как и тысячи
ООН бережно охраняет этот осколок прошлого от внешнего вмешательства. Лишь немногие, прошедшие строгий отбор, могут посетить племя. Им запрещено приносить с собой предметы современного мира или рассказывать о нем аборигенам. Поскольку нет контроля над человеком, которого впускают на территорию, приходиться рисковать. Но вряд ли кто-то захочет нарушить правила. Еще не было такого случая, и вряд ли он произойдет.
Когда человек возвращается во внешний мир, его подвергают серьезному допросу с использованием специального оборудования. Из его мозга извлекают всю информацию и по минутам восстанавливают весь период, который он находился в племени. Если будет установлено, что человек нарушил правила, то его будут судить, и закон предусматривает лишение свободы.
Однако, как бы ни старался мир сохранить первозданность этого уголка, цивилизация неумолимо оставляет свой след. Все чаще молодежь покидает родные края, устремляясь в шумные города.
Большинство подобных мест теряет свою индивидуальность, и со временем цивилизация поглощает их. Возможно, придет день, когда на месте племени останется лишь заповедник или экзотический курорт. Но пока это один из немногих оазисов "старого" мира, существование которого связано с необычными событиями, происходящими и по сей день.
В легендах племени хранится история, больше похожая на сказку. С незапамятных времен эти люди поклоняются божеству по имени Тару. Когда-то давно, живя на берегу бескрайнего моря, племя старалось держаться в стороне от других человеческих групп. Они сохраняли свою миролюбивость, вступая в бой лишь для защиты. Своему покровителю, грозному Богу Тару, они приносили жертвы. В те далекие времена Тару требовал человеческих жертвоприношений, и алтарь обильно орошался кровью юных дев. Но шли годы, и гнев божества смягчался. Постепенно Тару стал довольствоваться кровью животных или частью выращенного урожая.
Взамен Бог щедро одаривал своих подопечных: исполнял их сокровенные желания, благословлял на удачную охоту, даровал плодовитость домашнему скоту и защищал от злых духов, таящихся в непроглядной тьме джунглей. Люди и боялись своего Бога, и почитали его, всячески стараясь умилостивить.
Тару требовал строгого поклонения и общался с племенем через шамана, которого назначал единожды и на всю жизнь. Когда же шаман отходил в мир иной, Тару выбирал нового посредника. Этот таинственный обряд существует и по сей день.
В день, когда шаман покидает этот мир, все члены племени, от мала до велика, ложатся спать в отдельных шатрах, строго воздерживаясь от близости. Если жилищ не хватает, сооружаются нехитрые шалаши из веток и листьев. В судьбоносную ночь на одно из жилищ опускается непроницаемый туман. С первыми лучами солнца люди видят загадочное облако, которое не рассеивается до следующего утра. Никто не смеет приблизиться к нему, страшась жестокой кары Тару за непослушание. Через сутки к изумленным соплеменникам выходит новый шаман, через которого с этого момента Бог говорит с племенем и высказывает свои требования.